Пиво лилось рекой (в том числе и на пол), падали столы и стулья, но надо всем шумом и гамом парил вдохновенный, раскатистый хохот Крампуса: глубокий, теплый звук, пробиравший до самого сердца. Джесс никогда прежде не наблюдал Повелителя Йоля с этой стороны, и ему вдруг подумалось, что настоящий Крампус именно таков – Крампус древности, дикий и великий дух Йоля, который зажигал людские сердца, помогая человечеству пережить самые темные ночи первобытных времен, согревал души, давая силы бороться с самыми суровыми зимами.