Глубокий, бархатный голос обволакивал, будто теплое одеяло, утешая, успокаивая, прогоняя все страхи прочь
Цветы всевозможных видов и форм цвели на кустах и деревьях; каждый из них словно старался превзойти соседей яркостью и красотой
Он не желал видеть собственную смерть, но, если уж без этого никак, предпочел бы оказаться в самом дальнем ряду, закрыв глаза