ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
2019 год

Глава 1

«Её нет уже 1.095 дней. Хочу перестать считать! Сегодня. Сегодня всё закончится»

Небольшой катер плавно идёт по еле ощутимым волнам. Он очень старый: на борту ржавчина, а мотор за весь путь несколько раз издаёт хлопок, похожий на холостой выстрел.

Солнце успевает преодолеть половину пути, устремившись в сторону горизонта по правую руку. Редко слышатся короткие крики чаек, значит земля уже рядом. Вдалеке, милях в пяти, медленно появляется остров. Его очертания уже различимы, и привлекают внимание, потому что вокруг больше ничего нет. Безграничный океан вселяет покой.

Мэтью сидит у борта, взгляд устремлён прямо по ходу движения судна. Впервые в жизни он так близко видит столько воды. Однако впечатлиться не получается. В иной ситуации подобная поездка подарила бы новые эмоции. Но в данный момент он не может думать ни о чём абстрактном.

Информации об этом уголке Земли в свободном доступе не так много. Максимальная высота над уровнем моря не превышает ста метров, а восемьдесят процентов площади занимают тропические джунгли. Численность населения, по данным пятилетней давности, около тысячи человек. Так или иначе, люди явно создали здесь сносные условия для жизни. Цивилизация полноценно добралась сюда лишь в начале века: успели поставить один-единственный генератор электроэнергии, наподобие мини гидроэлектростанции. Осветили пару улиц. Часть суши, где расположено поселение, заасфальтировали. Затем, видимо, забыли. Бедное государство не стало тратить лишние ресурсы на богом забытый остров.

Аккуратные одноэтажные домики выглядят очень хлипко и вряд ли перенесут какой-нибудь природный катаклизм, но это никого не пугает. С интернетом большие проблемы, так же как и с сотовой связью. Мэтью никогда бы не подумал, что окажется тут – до недавнего времени он даже не знал о существовании этого места. Но дело не в самом острове, а в том, кто на нём.

Однажды Кэтти исчезла. Не пропала без вести, а именно исчезла. Ни следа, ни записки, ни капель крови или чужих отпечатков пальцев. Испарилась… Он может вспомнить точную дату, но не хочет. Достаточно другой цифры.

«1.095 дней. Больше не хочу считать!»

Здесь Мэт видит тонкую грань. Если бы случилось нечто из ряда вон выходящее, катастрофа, например, или похищение, тогда бы он считал, что любимая пропала, и произошло что-то страшное. Но она исчезла каким-то даже мистическим образом. Просто утром он пришёл домой и не обнаружил возлюбленную. Отчётливо помнит, что на столе стояла кружка с ещё горячим кофе и тарелочка с зажаренными в яйце тостами. Больше ничего.

От Кэтрин не было вестей ровно три года.

«Не ровно. 2016 был високосным. Значит, должно быть 1.096 дней. Если не увижу её сегодня, тогда будет три»

Все поиски закончились провалом. В итоге опустились руки. Может, надеясь на чудо, может, банально отчаявшись, Мэтью решил просто ждать, сам не зная чего. Именно с того момента ни единого слова не получилось перенести на бумагу. И каждый раз, садясь за работу, он часами смотрел на чистый лист на экране ноутбука. Его больше не заботили ни гонорары, ни награды, ни признание критиков и читателей.

Писатель внутри впал в кому.

Хотя до сих пор от фанатов приходят разного рода письма на электронный ящик: кто-то предлагает написать книгу в соавторстве, другой выражает благодарность и восхищение за уже написанные работы, иной говорит о бездарности Мэтью. Однако мнение критиков он всегда ставит выше. Он считает, что человек, потративший годы на изучение теории литературы, стилистических приёмов, лингвистических особенностей различных текстов, знающий и умеющий применять терминологию, имеет право оценивать работы других. Что пишут шизофазные бездари, не способные связать пару слов в одно предложение, ему не сильно интересно.

Однако неделю назад раздался звонок в дверь. Почтальон принёс очередную стопку писем, не больше дюжины (удивительно, но находятся люди, которые в двадцать первом веке пишут ещё письма). Мэтью пробежал их глазами в поисках счетов, остальные бросил в кучу в углу. Парень приходил два раза в неделю всегда в одно и то же время. На голову выше, молодой, около тридцати пяти лет. В ухе серьга, а длинные кудрявые волосы собраны в хвост.

Мэта же собственный внешний вид не заботил. К тому моменту он уже месяц не выходил из дома. Растительность на лице добралась до тонкой грани, отделяющей густую щетину от небольшой неопрятной бородки. Немытые волосы и рваный халат завершали образ.

«Я не хочу быть человеком. Слишком много памяти для одного»

«Память делает нас людьми». Так иногда говорил отец.

Однако среди тех писем оказалось одно, которое по значимости переплюнуло сразу все вместе взятые за всю его жизнь.

На лицевой стороне красивым почерком нежной женской рукой: «От Кэтрин Суон. Для Мэтью Майерса».

– Приготовьтесь, почти прибыли, – раздаётся неожиданно сзади. Владелец катера, невысокий и очень загорелый мужчина оказывается настолько жилистым, что вены прорываются на поверхность кожи. Его зовут Иша. Скорее всего, корни генеалогического древа уходят в Индию, но Мэт не уверен.

Пассажиров всего двое. Кроме писателя на борту находится странный молчаливый тип, даже не взглянувший на попутчика и Ишу ни разу за всю дорогу.

– Замечательно. Спасибо, – отвечает Мэтью спокойным голосом, хотя внутри всё просто разрывается от предстоящей встречи.

Скоро он будет на месте. Скоро вновь увидит Кэтти!

Только мысли о ней занимали его последние годы. И вот угасшая надежда разгорается вновь.

«Чёрт, а может…»

Он одёргивает сам себя.

«Остынь. Сначала разберись со своей жизнью, а потом уже думай о новых сюжетах»

Катер приближается к суше. То, что видит Мэт, нельзя назвать портом – слишком мало причалов и никаких необходимых построек. Полумесяц гавани располагается в северо-восточной части острова. На расстоянии не больше двадцати метров от воды по линии берега сразу идут жилые домики. У единственных трёх деревянных пирсов нет ни одного судна, хотя при желании тут бы поместились, по меньшей мере, семь или даже восемь таких же катеров, как у Иши. Однако достаточно много рыбацких лодок, скорее всего, самодельных, потому как все отличаются друг от друга внешне, но выглядят одинаково кривобокими и кустарными.

Издалека видно, как детишки на берегу оживляются при виде гостей, бегают по пляжу, радостно выкрикивая неразличимые слова. Удивительно наблюдать одновременно песчаный берег, усыпанный красивейшими пальмами, и асфальтированную дорогу. И всё это на фоне тропических джунглей.

Их катер сворачивает в сторону от основной гавани. Иша берёт левее, они идут вдоль берега к виднеющимся вдали отдельно стоящим постройкам. Мэт различает пять строений непонятного назначения. Справа от катера он опять наблюдает дорогу, по которой ему очевидно придётся идти до основного селения.

– Местные не очень жалуют, когда швартуешься рядом с их жилищем! – громко поясняет Иша, перекрикивая шум мотора.

Швартовка занимает удивительно мало времени. Иша в прямом смысле слова профессиональный моряк, он делал это уже тысячи раз, потому все движения выглядят уверенными и отточенными. Метров за пятнадцать до хлипкого причала он выключает двигатель, и катер, теряя скорость, легонько стукается о старые покрышки, висящие над водой по краям пирса. В эту же секунду индус спрыгивает, ухватив руками подготовленную верёвку – моряки называют её «конец». К доскам привинчены специальные металлические трубы, к ним привязывают судна.

По короткому откидному трапу пассажир неловко сходит на пирс, который вблизи выглядит ещё более ненадёжным. И всё равно, не скрывая довольной улыбки, вдыхает полной грудью. Делая первые шаги, ему кажется, что земля продолжает качаться в такт волнам.

За перевозку катерщик уже получил свои деньги. Обернувшись, Мэтью спрашивает:

– Иша! А есть тут какая-нибудь гостиница?

Индус распрямляется, держа в руках швартовый конец.

– Почём мне знать?

– Ты разве никогда не бывал в городе?

Ответ Мэту не нравится совершенно.

– Неа. Местные странные. Ну-у, не дикари, конечно, но какие-то смутные. Чужаков не очень жалуют.

Что-то определённо не так, однако чувство тревоги пока молчит. Писатель указывает в сторону попутчика, который успевает уже скрыться за поворотом дороги:

– А этот кто такой?

– Без понятия. – Медлит секунду и неохотно добавляет: – Я бы на вашем месте…

– Ты на моём месте «что»?

Индус хмурится, сплёвывает на песок.

– Не лезьте, куда не надобно, вот что. Знаете, мистер, я, бывает, привожу сюда людей. Однако вот обратно…

Иша спешно собирается отплывать. Он даже не сматывает конец, а бросает на палубу прямо так. Бегло осматривает мотор, хмыкает и встаёт за штурвал. Поворачивает ключ зажигания: со второй попытки двигатель начинает реветь. Моряк даёт задний ход и кричит на ходу:

– Я буду здесь в следующую субботу, мистер! Надеюсь, увижу вас. Не опаздывайте!

Он оставляет Мэта в смятении одного на причале. Стараясь подавить неясные пока предчувствия, парень идёт прочь от берега.

Строения у причала оказываются ветхими лачугами без признаков обитателей. Скорее всего, они отведены под какие-то складские нужды. Он отмечает, что по другую сторону вновь видит воду. Это место походит на косу, отмель. С той стороны никаких домиков нет. И по берегу небольшой лагуны тоже. Джунгли подходят вплотную.

Путь в посёлок один, и он отправляется, ещё раз глубоко вздохнув.

Дорога действительно оказывается асфальтированной, правда, какой-то неухоженной. Видно, что автомобили здесь проезжают крайне редко. А скорее, не ездят вовсе. Всё покрыто слоем пыли и мелкими камнями.

Мэт идёт, а справа чистейшие голубые волны обнимают песчаный берег. С лёгким шипением они уходят в открытый океан и тут же возвращаются, бережно укрывая сушу. Слева – зелёная стена джунглей, настолько густых, что он не может ничего различить в глубине. Щебечут какие-то птицы, в городе таких точно не встретить. Не смотря ни на что, подобный нежданный отпуск радует его. А возможность увидеть Кэтти и узнать, что же всё-таки произошло, заставляет его уверенно шагать вперёд.

До городка всего лишь пара миль, а может и меньше. Если бы не повороты дороги, скорее всего, он уже увидел бы домишки местных жителей.

Вскоре Мэтью замечает, что солнце припекает всё сильнее. Он никогда не был особо спортивным. И сейчас каждый миллиметр поверхности кожи исходит по́том. Приходится остановиться под ближайшим пышным деревом. Хорошо хоть багаж небольшой: все необходимые вещи умещаются в один походный рюкзак.

Он обнажает торс и теперь на нём только шорты и бейсболка. На дереве краем глаза замечает нечто странное, такое, что выбивается из привычной картины и общего пейзажа. Подходит ближе.

На уровне глаз висит что-то похожее на примитивный «ловец снов». Правда, поделка очень грубая, сделанная из подручных средств: нескольких палочек и тонкой верёвки. Таких «ловцов» он не встречал: ромб с горизонтальной линией, из верхнего угла которого на тонкой нити свисает какой-то оберег, или что-то похожее. Мэт делает фото на телефон и отправляется дальше.

За очередным поворотом начинается собственно посёлок. С некоторым облегчением он видит тех самых детей, играющих на пляже, и нескольких прохожих впереди. На всём острове людей не так много, как и предполагалось, и от этого возникает некоторое ощущение заброшенности.

Торопливо натянув футболку, Мэт направляется к ближайшему жителю. Однако при его приближении женщина – он обращает внимание на чистую, но изрядно потрёпанную одежду и бледный вид – скрывается в своей лачуге.

– Хм, – всё, что получается выдавить.

Следующий, кто встречается на пути, пожилой мужчина, сидящий у дверей небольшого, но опрятного домика. Ни заборов, ни собственных участков земли перед жильём ни у кого нет. По крайней мере, со стороны улицы.

– Эй, привет! – Мэтью старается улыбаться как можно приветливей.

Старик лишь хмуро смотрит в ответ.

– Э, извините, что беспокою. Не подскажете…

Дедуля смачно плюёт себе под ноги. Отворачивается.

– Я понял. Всего доброго.

Мэт – само хладнокровие. Он и по жизни остаётся достаточно спокойным человеком, чтобы не размениваться на такие мелочи, как грубость окружающих, или необоснованная критика его творчества необразованными бездарями. А здесь ещё его ожидает встреча с Кэтти, потому он и слова не говорит в ответ на подобное отношение. В конце концов, Иша прав – местные не сильно жалуют приезжих.

Пройдя ещё дальше, Мэтью обращает внимание, что дети тоже не торопятся приближаться. Да, они с любопытством поглядывают в его сторону, но передвигаются на расстоянии так, что бы ни в коем случае не оказаться слишком близко.

Так он добирается примерно до середины посёлка. Проходит по главной улице вдоль берега, считая, что при таком расположении она должна являться главной. Больше людей не попадается. Видимо из-за дневной жары люди не выходят из прохладных убежищ. Учитывая, что никакого особого хозяйства не видно, вряд ли здесь есть, чем заняться.

Мэтью останавливается, навострив ухо, потому как просто уверен, что слышит какой-то посторонний звук. Он раздаётся со стороны пляжа и похож на кряхтенье мотора в катере Иши. Видимо, у кого-то такая же беда с двигателем.

Пройдя между двумя покосившимися и явно нежилыми хижинами, писатель выходит к воде и деревянному причалу. Единственная лодка пришвартована почти у самого берега, внутри сидит мужчина, ковыряясь в моторе.

– День добрый! – говорит Мэт, подходя ближе.

Мужчина поднимает голову, щурится и продолжает своё занятие. Да, это не приветливый индус. Мэтью решает без лишних слов прямо в лоб объяснить, что ему нужно.

– Я ищу Кэтрин Суон. Она должна быть здесь. Она прислала мне письмо с приглашением. Вот.

«Надеюсь, ты умеешь читать»

На расстоянии показывает конверт рыбаку. Тот неожиданно протягивает руку. Мэт подходит ближе, решив, что это добрый знак, и хоть кто-то идёт на контакт. Наконец-то.