– Тюрьма, – повторил за ним Максим и тут же встал. Не сказав ни слова, он вышел из кафе.

– Странный он, – мрачно заключил Гашек.

По пути в гостиницу Максим ещё раз решил попробовать воспринимать всё, как обыденные моменты и не задумываться о возникающих нестандартных, если так можно их назвать, явлениях. Не дойдя ста метров до входа в отель, он услышал, как кто-то выкрикнул его имя. Он обернулся и увидел того самого писателя-философа, что был с Полански в кафе. Антонио Маркес махал Максиму, подзывая его к себе. Маркес сидел за столиком в летнем кафе, почти напротив «Пингвина». «Он что, из-за стола не вылезает?» – подумал Максим, подходя. Кроме писателя, с ним за столиком сидел ещё один полный господин и не менее полная дама.

– Максим Волков, вас так зовут? Простите, вы никуда не торопитесь, не хотите ли присоединиться к нам? Буквально на несколько минут.

– Да нет, не тороплюсь, – сказал Максим, присаживаясь за столик.

– Меня зовут Антонио Маркес, Роберт говорил, наверное. Это вот Стефан и Лориан Фогель.

Максим и супруги Фогель обменялись любезностями.

– Вы знаете, так интересно увидеть совершенно новое лицо, – быстро заговорила мадам Фогель, – нет, не в смысле, просто новое, а вот, такое новое, что из какого-то другого мира. Или не мира, вы ведь, наверное, уже успели понять, что сами мы не очень-то понимаем, как это происходит. Сами мы, то есть, предки наши, тоже когда-то здесь появились, а может, и жили всегда. В общем, это всё так интересно. Особенно, когда вы появляетесь в этом отеле. Хотя, я не знаю, попадают ли в город как-то еще. Наверное, можно оказаться где угодно… или только здесь. Не знаю, не знаю. И…

– Дорогая, что ты набросилась на человека? Простите, Максим, моя жена, наверное, единственная, кого интересует проблема прибытия гостей.

– А что, прибытие гостей – это проблема? – поинтересовался Максим.

– Нет, я не так выразился. Это явление рядовое, как, скажем, дождь, ветер, смена дня и ночи. Никто не придаёт этому значение феномена. Если они, конечно, не останавливаются в таких шикарных отелях.

– Я думаю, Стефан, что жизнь сама по себе – явление феноменальное во всех её проявлениях, – заметил Маркес.

– У вас-то, философов, понятно, а мне просто любопытно, что чувствует человек, прибывший из другого мира, – продолжала Лориан.

– А с чего вы взяли, что тот мир, откуда прибывают гости, другой? Может, как раз наоборот, их мир, это тот самый, настоящий, а наш с вами, в этом Городе, другой? Ведь, всё же относительно. Ведь нам не понять, как могут существовать сотни, тысячи Городов, каждый со своим президентом, со своим языком.

– Вот с языком, я не понимаю. Как это может быть другой язык? – не унималась мадам Фогель, – президент – это могу представить, это как разделить Город на муниципальные округа, каждый со своим президентом.

– Ну, надо же. – Засмеялся Стефан.

– Ничего смешного. Тебе, Стефан, вообще не интересно ничего, кроме твоего банка.

– Правильно, зачем мне нужно что-то знать о существовании какого-то параллельного мира. Мы знаем, что есть Луна и знаем, что жизни там нет, знаем, что есть Марс, а есть ли там жизнь или нет – это уже неясно. А совершенно другой мир, другое измерение – это ни к чему мне. Достаточно того, что есть информация об их существовании. Хотя, если бы этого не было, я бы не огорчился. Меня, действительно, гораздо больше занимает вопрос экономической стабильности.

– Ты скучный.

– Ха-ха, каждому своё.

– В чём-то я с вами согласен, – сказал Маркес, – мы не можем разобраться в том, что происходит в нашем Городе, на нашей земле, а всё лезем куда-то, в дебри других миров, внеземных цивилизаций. А вот, как вы себя ощущаете здесь, Максим? Хотя одного дня, думаю, не достаточно, чтобы можно было оценить здешнюю атмосферу. Но, думаю, это сравнимо с тем, как если взять человека с какой-нибудь далекой фермы, где-нибудь на окраине Города, привезти его сюда. Для него Центр будет уже другим, отличным от того, миром. Всё дело, опять же, в относительности. Вы что скажете, Максим? Простите, что-то мы разговорились.

– Действительно, – вступила Лориан, – скажите же что-нибудь.

– Ну, – начал Максим, обращаясь к Маркесу, – думаю, я с вами согласен. У-у-у, что-то, я даже не знаю, мне больше, нечего сказать. Я ещё… не привык.

– А чем думаете заниматься? – спросил г-н Фогель.

– Признаться, об этом я тоже не думал.

– А у себя, в том мире, вы чем занимались? – спросила г-жа Фогель.

– Ну, так, работал там, как это… менеджером среднего звена, а может даже и нижнего… или… не знаю, как, в общем.

– А в какой сфере, если не секрет? – поинтересовался Стефан.

– Машиностроение.

– О, вы работали на заводе?

– Да нет, какой там завод. – Максим рассмеялся. – Я на заводе и не был никогда. Так, продажа разного оборудования для этих самых заводов или наоборот.

– Как это наоборот.

– Ну, мы продаём что-то на сам завод, или кому-то продаём то, что продаёт завод. То есть перепродаём. Хотя в первом случае, так же перепродаём то, что произвёл какой-то другой завод. В общем… да продажи, короче. Не знаю я, как ещё сказать.

– А продажа чего-то конкретно, или…

– Или. Продажа всего подряд. Всё, что продаётся и покупается, то мы и продавали, и покупали и, в общем, это не интересно.

– То есть, вам это было не интересно? – спросил Маркес. – Зачем же вы этим занимались?

– Риторический вопрос. В нашей стране, ну, в Городе в последнее время сложилась такая ситуация, что заниматься приходилось не тем, что нравится, а тем, что есть, и это есть дает возможность есть. О, как. – Максим заметил на себе предосудительный взгляд Маркеса. – В общем, долго рассказывать.

– Ну, правда, что мы пытаем молодого человека? – вступилась Лориан. – Он ещё, как вы сказали, не…

– Не акклиматизировался.

– Непосредственно с финансами вы не работали, я полагаю. То есть, с банковской деятельностью вы не знакомы? – спросил Стефан.

– К сожалению, нет.

– Жаль, я бы мог помочь вам с работой. У меня свой банк. Можно ещё варианты продумать.

– Стефан, ну ты что?

– Нет, – смеясь, продолжал г-н Фогель, – просто, мало ли, свежие идеи, проекты… Я думаю о перспективах. Молчу, молчу. Максим, после поговорим, хорошо?

– Хорошо, я вот только не знаю… Ладно, – попытался как-то ответить Максим и про себя подумал: «Это видимо очередная шутка. Или просто такая случайность? Он швейцарец и у него свой банк. Чушь! Тем более, раз у него свой банк, то он, скорее, должен быть евреем. А почему я собственно решил, что он швейцарец?»

– А вы на бал идёте, Максим? – спросила Лориан.

– Ну, да, загляну.

– Приходите обязательно, не пожалеете.

– Да, между прочим, Максим прибыл не один, – оповестил Маркес.

– Да что вы? – воскликнула г-жа Фогель.

– Кто же ваш попутчик? – поинтересовался г-н Фогель.

– Да я и не знаю, в общем. Девушка. По пути сюда познакомились. – Тот факт, что Максим приехал сюда с Маргаритой как-то совсем вылетел у него из головы.

– Девушка! А где она сейчас? – Г-жа Фогель была заинтригована. – О таком я даже не слышала. Что бы сюда прибывали парами. Какой-то особенный заезд гостей!

– Да успокойся, дорогая, не вижу ничего особенного. Можно подумать, ты знаешь обо всех заездах. И что тебя это так беспокоит? Уверяю тебя, будет, как обычно, как рассказывают, через пару месяцев, ни ты, ни я, ни кто-либо ещё, включая Максима и его попутчицу, и не вспомнит о том, что они гости, они станут такими же гражданами Города, и будут жить этой жизнью и этим миром.

– В целом, я с вами согласен, – сказал Маркес, – хотя, не думаю, что так уж скоро.

– Забавно, – произнёс Максим.

– А где же девушка? – не унималась Лориан.

– Где-то гуляет, – ответил Максим, – я ещё спал, когда она ушла, познакомилась с кем-то, как мне сказали, и того…

– Ну что же вы так? Только познакомились и уже упустили, – весело заметила Лориан. – Симпатичная?

– Да. То есть, наверное. В общем, я не помню, не знаю…

– Как это?

– Как-то не до этого было.

– Ну что ты опять пристала? – одёрнул жену Стефан. – Может, у человека стресс был, ведь правда, могло такое быть?

– Да уж, это точно, – сказал Максим и в это мгновение услышал за спиной шум колёс и цокот копыт, он обернулся и увидел медленно проезжающую карету.

– Ух ты, имённой экипаж? Как её раскрутили! – произнесла Лориан.

Когда карета поравнялась с кафе, кучеру пришлось попридержать лошадей, чтобы пропустить пешеходов. В момент остановки Максим увидел, как в окошке экипажа показалась прелестная женская головка. Её обладательница, выглянув, встретила его взгляд и задержала на нём своё внимание. «Чёрт возьми, опять, что ли, начинается? – подумал Максим. – Я же её где-то видел! Во сне, в бреду?» Видимо, заметив его замешательство, девушка улыбнулась и скрылась в глубине кареты, которая тут же тронулась дальше. «Ну, точно, – не унимался Максим, – блондинка, эти глаза, эта улыбка».

– Поздравляю, Максим, – вывела его из транса Лориан, – вам улыбнулась сама примадонна!

– Кто? – спросил Максим.

– Звезда сцены номер один, и не только сцены, Жанна Роллан. Сколько уже? Год, уж точно, занимает первое место в рейтинге популярности. Была простой актрисой театра оперетты, и тут нате вам. И кино, и телевидение, и шоу разные.

– Коротка земная слава, – вставил Маркес.

– Моя жена, – обратился Стефан к Максиму, – только и делает, что следит за миром шоу-бизнеса: читает жёлтую прессу, да смотрит все эти передачки. Как она только разбирается во всех этих актёрах, актрисах? Я вот, если б от неё не услышал, то и не узнал бы никогда про эту Роллан.

– Начинается, ещё напомни мне про сериалы. Нравится – вот и смотрю, тебя же никто не заставляет?

– Точно, – словно опомнился Максим, – афишу я с ней видел.

– Вот видишь, – продолжала г-жа Фогель, адресуя мужу упрёк, – человек только приехал, а уже видел афишу. Только ты у нас ничего не слышишь и не видишь. Знаю я вас, мужчин: «Это всё чушь, как это может быть интересным, как на такое можно тратить время», а сами и гороскоп почитывают тайком и, хлебом вас не корми, дай посплетничать.

– Ну конечно, – начал было оправдываться г-н Фогель.

Максим и Маркес весело наблюдали семейный спор.

– А это правда, или очередная утка газетная? – обратился Антонио к Лориан, – мол, Жанна Роллан, дочь того самого Роллана, Филиппа.

– Правда. Так она, видимо, через папу и раскрутилась, или раскрутили. Ещё бы… Ага. – Лориан снова набросилась на мужа. – Даже наш философ знает, кто такая Жанна Роллан…

– Всё, я со всем согласен, успокойся, – сдался Стефан.

– Так вот, – продолжала Лориан, на этот раз, обращаясь к Максиму, – отец Жанны Роллан – Филипп Роллан, генерал спецназа МГБ. Он хоть и в отставке уже, и, вообще, если верить слухам, немного того, не в себе уже, ну, такая работа, а генерал есть генерал.

– Да, – добавил Стефан, – а МГБ есть МГБ.

– Ой, – воскликнула г-жа Фогель, – половина седьмого уже, скоро бал, нужно домой ещё забежать, мы тут живём, прям рядом с отелем, – проинформировала она Максима. – Вы как, идёте?

– Да, переодеться надо, наверное.

– Конечно, пойдёмте собираться. Вы, господин мыслитель, по традиции, игнорируете такие пустые мероприятия?

– Да, извините, это не для меня, – улыбаясь, ответил Маркес, – вам хорошо отдохнуть. Я тут ещё посижу немного.

Супруги Фогель и Максим попрощались с Маркесом и направились к отелю.