1.3 Хрущевская оттепель

 
Суббота… Очередь за водкой,
В одном уральском городке.
Народ спешит прямой наводкой,
К ларьку, что виден вдалеке.
 
 
Серёгу взяли на поруки,
Продать пять ящиков всего,
Даёт по две бутылки в руки,
Чтоб не обидеть никого.
 

 
Законы соблюдает строго,
Никто по блату не пройдет,
Не зря командует Серёга,
В торговле он не первый год.
 
 
Два мужика со Станколита,
Ведут опасный разговор-
«Чем только думает Никита,
На хлеб талоны до сих пор!
 
 
С весны пустуют магазины,
Воруют, надо понимать,
Лишь запыленные витрины,
«Волюнтаризм-ядрена мать!
 
 
В хвосте волненье-вдруг не хватит?
«Давай, Серёга, по одной!
Коль друг чекушкой не отплатит,
Испорчен будет выходной.
 
 
Стоит народ «хрущёвки» ради,
А в доме-хоть шаром кати,
Звучит: «…Мы здесь не на параде,
«Мы к коммунизму на пути…⁴
 

1.4 Перестройка

 
Закончилась эпоха «старцев»,
Возликовал народ простой,
Давно пора за дело браться,
«На свалку пьянство и застой!»
 
 
Стране явился новый лидер,
И занял место у руля,
Немало он изъянов видел,
Внутри большого корабля.
 
 
Пришёлся людям он по нраву,
Приветлив, молод и речист,
Дается высший пост по праву,
Тому, кто помыслами чист.
 
 
Он заявил с трибуны бойко:
«Настало время перемен!»,
Что Гласность, мол, и Перестройка,
Приходят косности взамен.
 
 
«У нас большие перспективы,
Имеем всё – и нефть, и газ,
Побольше инициативы,
С участием народных масс!»
 
 
Но что такое Перестройка,
Пока никто не представлял,
Как—будто, где—то новостройка —
Так обыватель понимал…
 
 
Корабль наш требовал ремонта,
По старым швам давал он течь,
Трудилась до седьмого пота
Команда, чтоб его сберечь.
 
 
Но Капитан сказал: «Не надо!
Мы перестроим наш ковчег,
Сначала выкрасим с фасада,
И поменяем низ и верх.»
 
 
Мы сразу начали с фасада,
Немало сделав добрых дел,
Всё получалось так, как надо,
Здесь Капитан наш преуспел.
 
 
Остановил войну в «Афгане» —
(К чему нам чуждая страна?)
Не поддержал режим в Иране,
И Куба больше не нужна.
 
 
В Германии войска стояли —
Он срочно вывел все войска,
Вот, правда, танки растеряли,
Их не найдут ещё пока.
 
 
Зато Берлин освободился,
Объединилась вся страна,
В газетах лозунг появился:
«Прощай, Берлинская стена!»
 

 
А наш корабль едва держался,
Хотя, дал крен на правый борт,
Народ тихонько возмущался:
«Когда ж до нас черёд дойдёт?»
 
 
В стране и так было «не густо»,
Царили блат и дефицит,
А тут и вовсе стало пусто,
Лишь чёрный хлеб – как антрацит.
 
 
Народ товаром запасался,
Скупали сахар и муку,
А тот, кто больше всех старался,
Те брали сразу по мешку.
 
 
Когда-то были спекулянты —
(Презренный, в общем-то, народ,)
Теперь – повсюду коммерсанты,
К ним уваженье и почёт.
 
 
А тут ещё один явился
Откуда взялся рыжий бес?
Вокруг да около крутился,
И к старикам в карман залез.
 
 
Приватизировал квартиры,
А вместе с ними нефть и газ,
Кругом образовались дыры,
И все заводы стали враз.
 

 
Ну, а куда девать рабочих,
Никто не знал ещё пока,
Тогда, без лишних проволочек,
Их отправляли в отпуска.
 
 
Профессий массовых не стало,
– Попробуй токаря найди!
И сердце биться перестало
У «славной гвардии» в груди.
 
 
Кто стал «бомжём», кто просто спился,
Кто слыл заправским «челноком»,
Брат за решеткой очутился
За то, что сейф открыл тайком.
 
 
На площадях бушуют страсти,
Вместо законов – беспредел!
В поселках криминал у власти,
Земли устроил передел.
 
 
Эксперты лысины чесали,
Корабль вот-вот пойдёт ко дну,
Куда ж ты, наш Иван Сусанин,
Завёл Великую страну?
 
 
Тут, наконец-то, спохватились,
Созвали срочно главный съезд,
Единства так и не добились,
Всяк ратовал за свой уезд.
 

 
Сначала подлые «прибалты»,
Тащили воз в свой огород,
Потом Кавказ запутал карты —
Разбудоражил весь народ.
 
 
Затем, в корме прорвало шлюзы,
И в трюмы хлынула вода.
Так от Советского Союза
Вмиг не осталось и следа.
 
 
Лишь Капитан держался стойко,
Покинув первым свой линкор,
Но, что такое Перестройка,
Народ не понял до сих пор.
 

1.5 Горький мёд

 
Прихватив с собою недостатки,
Мы шагнули в 21-ий век,
Позади Чернобыля остатки
И десятки загрязненных рек.
 
 
Не отмерив, на авось кроили,
Вот и получилось вкривь и вкось,
Что бы нам потом ни говорили,
Но кафтан примерить не пришлось.
 
 
Мудрые законы позабыли —
Вместе с рыбой пересох Арал,
Тигра на Амуре истребили,
И взялись за озеро Байкал.
 
 
Растеряли нации элиту,
В войнах и расстрелах без суда,
У руля поставили Никиту —
Тут и вовсе началась беда!
 
 
Кукурузой земли засевали,
Где одни лишайники и мох,
Целину всем миром поднимали,
Но энтузиазм нам  не помог.
 
 
Кедры вековые вырубали,
Реки вспять пытались повернуть,
Пол-тайги соседям распродали,
Тех лесов теперь уж не вернуть!
 
 
Обогнать Америку пытались
По ракетам, мясу и зерну,
В этой гонке чуть не надорвались
И опустошили всю страну.
 
 
Но зато всем странам помогали
Безвозмездно строить коммунизм,
Эти страны долг нам не отдали,
Мы же покатились сверху вниз.
 
 
Ну, конечно, были и победы,
Вспомним лишь Гагарина полёт,
Только наши промахи и беды —
Будто ложка дёгтя – в сладкий мёд…
 

 
Сами мы Державу развалили,
Проиграв холодную войну!
Как пирог на части поделили,
Некогда Великую страну.
 
 
И теперь народ живёт, как может,
Каждому досталось по избе,
Ждём, когда Америка поможет
Иль Европа пригласит к себе.
 
 
Но от них коврижек не дождаться,
Стыдно жить с протянутой рукой,
Лучше сообща за дело браться,
Будет и достаток и покой.
 

1.6 Пикник на троих

 
Однажды, на лесной поляне,
С трудом уладив давний спор,
Три брата подписали втайне,
Своей Державе приговор.
 
 
Досталось каждому именье,
Угодья и придворных рать,
Вот, только не было уменья,
Отцовским домом управлять.
 
 
В хоромах появилась плесень,
В полях – крапива да бурьян,
Не стало слышно в доме песен,
Меж братьев – распри и обман.
 

 
Из всех щелей повылезали,
Жучки, клещи и упыри,
Те, кто годами кровь сосали,
Дом разрушали изнутри.
 
 
Мне стало душно в доме этом,
Среди обманутых людей,
Они толпою прошлым летом,
Шли по брусчатке площадей.
 
 
Куда идем, кто нами правит?
Что будет с нашими детьми?
Кто каждый день нас ложью травит,
Вражду посеяв меж людьми?
 
 
Мы – жертвы Беловежской пущи…
Нас разбросали по лесам,
Чтоб каждый съел свой хлеб насущный,
А после выбирался сам…
 

1.7 Рулевой

 
Он стал на вахту у штурвала,
Когда волной прорвало шлюз,
Сама судьба его послала,
Из пепла возродить Союз.
 
 
Война на Северном Кавказе,
Миллионеров суета…
Он начал очищать от грязи,
Давно забытые места.
 

 
Непросто поменять элиты,
Толпу перековать в народ,
Когда в провинции бандиты,
В глухих поселках – всякий сброд.
 
 
Но шаг за шагом, год за годом,
Счищая с ног рутины хлам,
Он всякий раз делил с народом,
И скорбь, и радость пополам.
 
 
Не разъезжал по теплым странам,
Своим – поблажек не давал,
Помочь старался ветеранам,
И сам в быту не шиковал.
 
 
Кто с первых дней в него поверил,
Кому-то он как в горле кость,
Свою страну шагами мерил,
Не уповая на авось.
 
 
P.S. Я, как и все, противник власти,
Но, видя как простой народ,
Себя страхуя от напасти,
Ему бразды передает,
Жму вместо СТОП на кнопку ХОД…
 

1.8 На казнь

 
Его вели по мокрому песку,
Туда, где обрываются надежды,
Не убежать, не выплеснуть тоску,
Не сбросить с плеч прилипшие одежды.
 
 
Он не убийца, не шпион, не вор,
Он строил мост через приток Евфрата,
Но скуп и беспощаден приговор,
Нарушившим законы Халифата.
 
 
Его хотели обменять на тех,
Кто не щадил собратьев по Корану,
А он надумал совершить побег,
Но не сумел перехитрить охрану.
 
 
А где-то там, в России, ждет жена,
В четвертый класс готовится сынишка,
Теперь она останется одна
с проблемами, что накопились слишком…
 
 
Гортанный звук остановил конвой,
Парнишка вышел… С виду-лет двенадцать,
Подходит сзади… Нервы тетивой!
Осталось в мыслях с сыном попрощаться.
 
 
Злой холодок по коже пробежал,
Колени облизал язык прибоя,
Мулла мальчишке протянул кинжал…
Покрылось дымкой небо голубое.
 

1.9 Прерванный полёт ТУ-154

 
Как-будто бритвой полоснуло —
«Исчез с радаров самолет!,
Смертельным холодом пахнуло,
От строчки: «Прерванный полет».
 
 
Скупые факты этой ночи,
Волною нагоняют стресс,
Спецборт пропал в районе Сочи,
Фрагменты ищет МЧС.
 
 
Чем меньше фактов – больше версий,
Погибли люди – это факт.
На фоне западных диверсий,
И здесь похоже на теракт.
 
 
Теперь рутинная работа,
Подъем обломков, поиск тел…
Если б не «черная» суббота,
Другой бы лайнер полетел
 
 
Их больше нет… Ушли артисты,
И доктор Лиза – мать сирот,
И молодые журналисты…
Понес потери наш народ.
 
 
Прими, Господь, родные души,
Боль в сердце помоги унять,
Но почему ты выбрал лучших?
Нам это все же не понять.
 
 
Вы сестры наши, наши братья,
Мы разделяем скорбь родных,
Пусть звезды распахнут объятья,
И души растворятся в них.
 

1.10 Маршрут Одесса-Херсонес

 
На блок-посту за Броварами,
Задержан старый Мерседес,
Под заказными номерами,
Маршрут «Одесса-Херсонес».
 
 
Пять активистов в балаклавах,
Ведут с пристрастием допрос,
Кто не кричал: «Героям слава!»,
Тех отправляют под откос.
 
 
Двоим из тех, кто помоложе,
Намяли битами бока,
За то, что на ментов похожи,
И гимн не вспомнили пока.
 
 
Забрали телефон у друга,
Домой не дали позвонить,
«Стой на коленях, москалюга,
И думай, если хочешь жить!»
 
 
Девчонку, что за них вступилась,
Насильно потащили в лес,
«Вести себя не научилась,
Другой покажем херсонес.!»
 
 
Один, не выдержав позора,
Рванулся за девчонкой вслед,
Потом признают в нем шофера,
Парнишке было двадцать лет…
 
 
Стоит блок-пост за Броварами,
Горит под лесом Мерседес,
В грязи табличка с номерами:
Маршрут «Одесса-Херсонес».
 

1.11 Блокада

 
Четвертый год Донбасс в блокаде,
Теперь взорвали водовод,
Как в осажденном Ленинграде,
Хотят измором взять народ.
 
 
Пестрят воронками дороги,
Обрушен мост через Донец,
В надежде, что нужда, в итоге,
Решит проблему, наконец.
 
 
Здесь, сразу два в одном флаконе —
Голодомор и геноцид,
Пойдут проблемы в обороне,
Народ в Россию побежит.
 
 
Но есть загвоздка… Вот, досада!
Дорога жизни – на Ростов,
Не получается осада,
Сосед своим помочь готов.
 
 
Заткнуть бы брешь военной силой,
На ключ границу запереть,
Но там не шутят, там Россия,
С ней лучше дела не иметь.
 
 
В полуразрушенных поселках,
Остались только старики,
Без света, без воды, в потемках,
Живут, блокаде вопреки.
 
 
Их дети рано повзрослели,
И, не спросив отца и мать,
Ушли под пули и шрапнели,
Родную землю защищать.
 
 
Живёт Донбасс в тисках блокады,
Возмездием горят сердца,
Не будет он просить пощады,
Он будет драться до конца.