– Я даже не счел нужным о нем упоминать! – горячо воскликнул Луис. – Это просто коридор, в котором может находиться только один человек!

– Это тайный ход, по которому к Лодду приходят его осведомители? – догадался Марк.

– Да, – сквозь зубы проговорил Луис. – Крамик знает об этом не хуже меня. Туда нельзя войти по собственному желанию и невозможно выйти, если тот, к кому ты идешь, этого не позволит. В любом случае, миновать его можно только в одиночку и с разрешения Лодда. Я мог бы рассказать о нем и без Крамика, но это путь в никуда.

– Сейчас он говорит то, во что действительно верит, – прокомментировал Санди.

Марк задумался.

– Скажи, Луис, если бы ты сейчас появился там, то смог бы войти? – спросил он. – Лодд пустил бы тебя?

– Вероятно. – Луис флегматично пожал плечами. – Думаю, пустил бы с радостью – ведь ему известно, что я видел тебя и твоих друзей. Ну и что с того?

– Отсюда нужно немедленно уходить! – взволнованно вмешался Крамик. – Начинается облава, и искать вас станут прежде всего в этом секторе.

– Тогда мы уходим, – согласился Марк и поднялся. – Луис поведет нас к месту свидания со смотрителем Лоддом…

Они по одному выскользнули из выработки в штольню. Здесь по-прежнему было темно и тихо, и лишь Марк изощренным слухом уроженца Айсбурга смог уловить отдаленные, смутные звуки приближающейся облавы. Молчаливой цепочкой, которую возглавлял Луис, они ныряли из тоннеля в тоннель, переходили с яруса на ярус, протискивались в каменные щели, изредка останавливаясь для короткого отдыха. Во время одной из таких остановок Марк не удержался и спросил Крамика.

– Почему ты решил помогать нам, а не Лодду?

Перед тем, как ответить, Крамик старательно закашлял. Наверное, чтобы выиграть немного времени, преодолеть стыд и набраться решимости сказать правду – все это Марк сумел понять даже без помощи Санди.

– Ты не поверишь, но я отвечу совершенно искренне и честно, – тускло пробормотал он. – Лгать больше не имеет смысла. Во-первых, я вернулся потому, что понял, что опоздал с доносом. Недалеко от места, куда мы идем, я встретил того, кто меня опередил. Человек с белым лицом из команды откатчиков. Он был так счастлив, что не посчитал нужным скрывать свою удачу. Его сделали Действительным Кандидатом в граждане Истинного Света. Вряд ли смотритель Лодд стал бы столь же щедр по отношению ко мне.

– А во-вторых?

– Во-вторых, я просто решил использовать тот шанс, который мне остался. Этот шанс – вы. Последняя надежда или отчаяние – я не знал точно…

– И теперь тоже?

– Теперь – по-другому. Я верю, что у нас получится. Хотя точно так же не знаю, не понимаю, как…

Марку было жаль Крамика, но вспоминая его прежнего – напыщенного и чванливого, он не сумел удержаться:

– Попросту говоря, настала пора, когда тебе уже некого предавать.

И тут же почувствовал, что с его стороны это было чересчур жестоко. Крамик покраснел, глаза подернулись влагой.

– Мои дети… – сказал Фин Крамик. – Моя жена… У меня никого больше нет в этом мире. Ради них я готов на все…

– Ты встретишься с ними, Крамик, – мягко сказал Марк, машинально протянув руку в знак доверия, и Крамик испуганно отпрянул. К нынешнему обличию Марка он не успел привыкнуть.

Отдых закончился, маленький отряд продолжил путь. Марк шел замыкающим. Он не боялся измены Луиса, потому что за тем шаг в шаг следовал Санди. Изредка останавливаясь, Марк слушал происходящее за спиной и не обнаруживал ничего, кроме тех звуков, которые он называл дыханием горы. Но настал момент, когда слух Марка уловил иной звук, источник которого находился впереди. Марк передал по цепочке сигнал к немедленной остановке.

* * *

Бунтовщика с чужаками искали уже несколько часов подряд и не могли обнаружить никаких следов. Лодда это беспокоило и раздражало все больше. В руднике никто не пропадает бесследно, рано или поздно заблудившиеся (или пытавшиеся бежать, а впоследствии заблудившиеся) пленники находились. По крайней мере – их останки. Кстати, специально этих безумцев никто не искал – на их высохшие мумии натыкались либо патрули охранников во время плановых рейдов, либо откатчики, сбрасывавшие отходы в заброшенные выработки. Лодд в который раз за сегодняшний день пожалел, что уступил настояниям магистрата убрать ради экономии приборы слежения из секторов рудника, признанных неперспективными. Именно там, подозревал Лодд, сейчас скрываются преступники. Сообщения о ходе поисков Лодд получал непрерывно, и пока они его не радовали.

Сейчас Лодд находился в зале визуального контроля, где двенадцать сменных диспетчеров следили за экранами, на которые поступали изображения с видеоточек, расставленных в лабиринтах рудника. Из двенадцати диспетчеров четверо были женщинами. Лодд впервые осознал это обстоятельство, и вдруг ему пришла в голову мысль, что возвращение бунтовщика вполне могло быть подготовлено одной из них. Лодд никогда не доверял женщинам даже в те годы, когда тело его испытывало нужду по общению с ними.

Мысль о том, что измена вполне могла гнездиться и здесь, потрясла Лодда. Он смотрел в зал, оценивая обоснованность своих подозрений, как вдруг одна из дежурных воскликнула:

– Я вижу их! Я их засекла!

Помогла одна из немногих видеоточек, оставшихся в брошенных рудокопами выработках этого сектора. На повторе записи Лодд насчитал семь фигур, проследовавших через зону обзора. Он потребовал еще раз повторить и укрупнить изображение. Теперь было возможно более или менее различить лица разыскиваемых.

Первым в цепочке шел Луис. Лицо его было хмурым, исполненным отчаяния. Луис оказался заложником, понял Лодд. Через заброшенные сектора он ведет мятежников туда, куда они ему приказали. Скорее всего, к центральным воротам. Четверых следующих за ним Лодд в лицо не знал, они были облачены в стандартные рабочие комбинезоны, но это еще ни о чем не говорило. Зато шестой Лодду был хорошо знаком – Фин Крамик, новый осведомитель, старания которого вызывали у Лодда некоторую благосклонность. Неужели его тоже захватили в плен? Задумавшись над этим, Лодд слегка отвлекся, поэтому был вынужден еще раз прокрутить запись, чтобы разглядеть последнего из группы. А когда разглядел – вздрогнул. Лодд никогда не видел подобного чудовища, имеющего лишь отдаленное сходство с человеком. Откуда оно здесь взялось? А где, собственно, тот самый Марк Грегус, о возвращении которого твердил бледнокожий осведомитель Гланс? Впрочем, самого Грегуса осведомитель не видел – он всего лишь подслушал несколько фраз, из которых сделал вывод о его возвращении…

Сам Гланс сейчас, вдохновленный открывшимися перед ним перспективами, рыщет по лабиринту, изо всех сил пытаясь отыскать след чужаков, дабы заработать очередное отличие. Если он найдет их первым, то станет полноправным гражданином города. Так ему пообещал Лодд, и так он, Гланс, считает. Пусть считает, Лодд не намерен его пока разочаровывать. Сейчас важнее всего было восстановить на руднике спокойствие…

Конечно же утвердился в своем предположении Лодд. Бунтовщики идут к центральным воротам, рассчитывая прорваться там в административный сектор, у них просто не может быть иной цели. На этом пути их и следует ждать. Однако на всякий случай нужно приготовиться и к самому худшему. Лодд обязан это сделать по инструкции, это его долг…

Он глубоко вздохнул и набрал команду активации атомного заряда.

* * *

Марк услышал, а Санди неведомым образом ощутил опасность впереди, и произошло это практически одновременно. Вся семерка, повинуясь жесту Санди, опустилась на холодный камень извилистого, неровного поверхностью хода, поднимавшегося с нижнего яруса на вышестоящий горизонт. Марк пробрался вперед мимо своих спутников и прилег рядом с Луисом. Ход выводил в огромный зал, скупо освещенный «нетленными» кобальтовыми светильниками и заставленный ящиками с оборудованием. В стенах зала темнели отверстия тоннелей и ходов, больших и малых, просверленных в таком множестве и беспорядке от основания пещеры до свода, что вызывали мысли о куске сыра. Только этот дырчатый сыр был серым, холодным и смертельно опасным.

– Дальше не пройти, – прошептал Луис. – Здесь нас ждут.

Марк прислушался и склонился к тому, что Луис прав. Шорохи одежды. Звук скольжения пальцев по металлу оружия. Короткий, судорожный вздох, в попытке сдержать отрыжку. Где-то здесь пряталась засада. Здесь их ждали, этот зал был ловушкой. Марк отполз назад, утянув за собой Луиса.

– Расскажи мне, где она, твоя тайная дверь? – попросил он.

– Я приходил сюда из восточного тоннеля, – хмуро ответил Луис. – Он напротив, справа от нас, думаю, ты успел его увидеть. Дверь в пятидесяти шагах от угла налево, она слегка замаскирована под цвет камня, но не заметить ее нельзя. Те, кто намерен пройти этим путем, должен нажать кнопку вызова и ждать ответа.

– Что за дверью?

– Я уже объяснял, – с досадой сказал Луис. – Тамбур. Не очень длинный, но узкий и невысокий. В нем запрещено находиться более чем одному человеку. Внутренняя дверь не откроется, пока не закрыта внешняя, и она не откроется тому, кого сюда не приглашали, а если кто-то попытается нарушить это правило, его встретят большие неприятности. Может быть, в виде пули, порции газа, удара лазерного ножа или чего-нибудь иного – я не знаю точно, да и какая разница? И как же вы собираетесь туда попасть?

– Мы над этим подумаем, – пообещал Марк. – Только я хочу уточнить, Луис: если ты подойдешь сейчас к двери и нажмешь кнопку вызова, тебя впустят?

– Если ты попросишь – я пойду, – обреченно сказал Луис. – Правда, не знаю зачем. К тому же, как мне кажется, до двери я не сумею добраться. Сейчас здесь только убивают.

Марк медленно покачал головой.

– Я вовсе не прошу тебя об этом, – мягко проговорил он. – Я всего лишь спросил… Мы отдохнем и постараемся что-нибудь придумать.

Лицо Марка было неспособно отражать эмоции, поэтому никто, даже Санди, не видел его досады и смятения. Марк не знал, как поступить. Засада сама по себе проблемы не представляла, оружие Калеба и Санди могло превратить ее в пар вместе со всей здешней рухлядью, но что делать дальше? Осознав степень угрозы, Лодд не станет медлить… Они не могли прятаться здесь до бесконечности, рано или поздно мобилизованные со всего рудника загонщики доберутся и сюда, потому что будут искать пришельцев сколь угодно долго, пока не найдут.

Чтобы добраться до двери, нужно отвлечь внимание тех, кто сидит в засаде. Как это сделать?

Калеб тронул Марка за плечо, прервав его раздумья.

– Марк, – сказал он, – я думаю, мне пора начинать готовиться.

– Тебя застрелят, прежде чем ты приблизишься к этой проклятой кнопке.

– Я так не думаю, – покачал головой Калеб. – Уверен, что важнее всего для них найти тебя и понять, что же произошло. Они не станут убивать шпиона, предварительно его не расспросив.

– Что я должен буду им сказать? – растерянно спросил Луис.

– Ты – ничего, – ответил Марк.

– Но тогда, как я?..

– Пойдем со мной, Луис, – позвал Калеб.

– Куда? – Кажется, Луис испугался.

– Это не страшно и не опасно, я просто не хочу, чтобы мне мешали. Правда, ты немного удивишься, – коротко рассмеялся Калеб.

– Не беспокойся, Луис, – сказал Марк. – Калеб не причинит тебе вреда.

Преодолевая легкое сопротивление Луиса, Калеб повел его за собой. Крамик, Фаран и Бэкетт непонимающе смотрели вслед, пока тех не скрыл поворот тоннеля.

– Что мы будем делать дальше? – просил Бэкетт.

– Ждать Калеба.

Калеб появился очень скоро. Впрочем, теперь это был уже не совсем Калеб. А за ним из тоннеля вышел Луис – бледный, с пустым, ошеломленным взглядом.

* * *

Капрал Гизи услышал звук быстрых шагов и вскинул руку, призывая не торопиться со стрельбой. Приближавшийся к ним был один и явно не стремился остаться незамеченным. Из тоннеля выбежал человек, шатаясь от изнеможения, сделал несколько шагов и без сил рухнул на пол. По знаку Гизи двое охранников подхватили его и притащили к командиру.

– Я – Луис, старший рабочей команды и доверенное лицо смотрителя Лодда, – задыхаясь, проговорил он и протянул на раскрытой ладони пластиковый восьмиугольник. – Вот знак его благосклонности. Преступники там, они совсем недалеко, вы схватите их, если поторопитесь!

– Ты покажешь нам дорогу, – приказал Гизи.

– Нет, – мотнул головой осведомитель. – Я должен немедленно встретиться со смотрителем Лоддом. То, что я должен сообщить, гораздо важнее нескольких сумасшедших. Свяжитесь с ним немедленно, прошу вас, офицер!

Гизи подумал и поднес ко рту переговорное устройство.

– Капрал охраны Гизи Центру управления. Мы задержали некоего Луиса, который требует немедленной встречи со смотрителем Лоддом по неотложному делу. Он предъявил знак смотрителя. Жду распоряжений.

Подождал немного и выслушал ответ.

– Вы двое, – показал он, – отведете этого человека к смотрителю через шестой фильтр.

– Я знаю дорогу, – сказал Луис.

– Тебя проводят эти двое, – повысил голос Гизи, – а сейчас быстро говори, где находятся остальные!

– В конце тоннеля, откуда я прибежал, спуск на второй ярус, потом пещера, я всю ночь водил их по коридорам, они измотаны и едва стоят на ногах, вы легко захватите их.

– За мной! – скомандовал Гизи и первым ринулся в тоннель. Через несколько секунд они остались в зале втроем.

– Пошли, – один из охранников дернул осведомителя за руку.

Тот легко поднялся, и охранник только сейчас понял, насколько могучего телосложения был этот раб. Но больше ничего подумать не успел. Осведомитель схватил обоих охранников и стукнул друг о друга головами.

* * *

Из Центра управления рудником смотрителю Лодду сообщили, что охранники напали на след и преследуют мятежников по пятам. Это немного успокоило смотрителя, но окончательно тревога не ушла. Кризис закончится, когда измена будет пресечена, а неведомая тварь схвачена или уничтожена.

Как раз в это момент через главные ворота одна за другой вкатывались машины с солдатами. Даже если капрала Гизи с его людьми постигнет неудача, теперь мятежникам не скрыться. Количество ходов и тоннелей, пробитых искателями Хрустальных Цветов в Рудной горе за десятилетия, велико, но отнюдь не бесконечно. Неторопливая, планомерная облава большими силами неизбежно приведет к искомому результату. Лодд предусмотрел и ту возможность, что пособники преступников могут быть и снаружи. Если это действительно так, уйти им не дадут. Несколько полицейских машин со сканерами занимали позиции вокруг монолита, полностью перекрывая возможность бегства кому бы то ни было. Остаться незамеченной ими не сможет даже полярная мышь.

И все же, как бунтовщику удалось выжить? Где он? Эта загадка не давала смотрителю покоя. Сообщников он мог найти только в городе, но преодолеть тридцать километров пути по снежной пустыне в одиночку, без помощи, было невозможно. Помощь должна была подоспеть немедленно после того, как его вышвырнули в ледяную ночь – и этого тоже просто не могло быть. Сторожевые сканеры, показания которых Лодд просматривал уже не один раз, фиксировали лишь едва различимое присутствие редких природных обитателей полярной зоны.

Лодд еще раз включил запись. Вот яркое оранжевое пятно с очертаниями человека – бунтовщик на снегу. Пятно постепенно бледнеет – тело приговоренного теряет последние остатки тепла – и исчезает совсем. Недавно теплая, живая плоть обратилась в лед. Но он остался жив! Что же произошло потом? Неужели эта запись – подделка? Выходит, измена действительно кроется намного ближе, чем смотритель предполагал вначале…

Лодд взволнованно заходил по кабинету. Было бы неплохо, если бы Марка Грегуса взяли живым. Он подошел к пульту, чтобы отдать соответствующее распоряжение, но так и не опустил руку на кнопку вызова, потому что услышал сигнал, сообщающий, что в тамбуре секретного входа ждет посетитель. Лодд включил экран и увидел лицо Луиса – набрякшее, с пустым взглядом смертельно уставшего человека.

– Луис! – воскликнул Лодд в переговорное устройство.

– Да, смотритель, – хрипло ответил тот.

– Как тебе удалось уйти? Где остальные?

– Я все расскажу.

Силы явно покидали его, и Лодд поторопился отпереть внутреннюю дверь тамбура, а потом в нетерпении бросился из кабинета в помещение, предназначенное для подобных встреч. Шагнувших было за ним охранников Лодд остановил взмахом руки. Луис был одним из самых надежных агентов Лодда, смотритель даже склонялся к тому, что через два-три года нарушит им же установленные правила и позволит Луису сделаться действительным гражданином государства и города Истинный Свет.

Луис ввалился в комнату и рухнул на стул.

– Говори! – нетерпеливо потребовал Лодд. – Как Грегусу удалось уцелеть? Кто эти люди с ним? Как они сюда попали. Как имена этих предателей? И где сам Грегус?

– Сейчас, – тихо произнес Луис. – Я все расскажу. Они не предатели…

– Вот оно что! – презрительно поднял брови Лодд. – Как же ты предлагаешь их называть?

– Они пришли не из города. Это десант Департамента безопасности. Они все-таки отыскали вас. Скоро начнется штурм рудника, а потом очередь дойдет и до города. Вы знаете, насколько суровы законы Федерации к пиратам и рабовладельцам. Город Истинный Свет перестанет существовать.

Лодд был настолько потрясен, что с минуту просто открывал и закрывал рот, не в силах что-либо произнести.

– Ну что ж… – произнес он наконец. – Так тому и быть. Судьба хранила нас многие десятилетия. Когда-нибудь мы могли бы сделаться центром новой империи. Нам просто не хватило времени… Ты можешь идти, Луис. А я – выполню свой долг.

– Вы взорвете рудник?

– Это тебя уже не касается. Я сказал: ты можешь идти!

Лодд поднялся. Некоторое время Луис продолжал сидеть, а потом встал и он. Лодд вдруг осознал, что Луис выглядит немного иначе, чем обычно. Было в нем какое-то отличие, которого Лодд поначалу не мог уловить, но внезапно понял: Луис вырос! И вырос заметно. Он возвышался над Лоддом почти на голову. Лодд машинально посмотрел на его ноги, обнаружив еще одну странность: обувь Луиса была совсем не та, которую выдавали пленникам. Лодд поднял голову и отшатнулся. Лицо Луиса менялось, как пластилин, знакомые черты стирались и исчезали. Через несколько секунд перед Лоддом стоял совершенно другой человек.