«У меня нет возможности тратить время впустую, чувак, — сказал Бэннон. — Дональд Трамп никогда не станет президентом. Брось. Против Обамы? Забудь об этом. У меня нет времени на всякую хрень».
В реальности же Соединенные Штаты в 2017 г. оказались во власти эмоционально взвинченного, эксцентричного и непредсказуемого лидера. Члены его аппарата сплотились с тем, чтобы целенаправленно блокировать самые опасные, на их взгляд, импульсивные действия президента. Это было своего рода нервное расстройство исполнительной власти самой могущественной страны в мире.
«Больше, чем что-либо другое, это обеспечение безопасности нашей страны… Это задача номер один, два и три… Военная мощь, экономическая сила, защита нашей страны от нанесения ущерба извне. И разумеется, для меня это всегда будет стоять на первом месте».
С какой стати США должны тратить $1 млрд в год на систему противоракетной обороны Южной Кореи, прозвучало в ответ. Трампа приводила в бешенство система перехвата ракет средней дальности THAAD, и он угрожал вывести ее из Южной Кореи и разместить в Портленде, штат Орегон.
Портер, высокий (192 см), тощий, как жердь, 40-летний мужчина, воспитанный как мормон, был одним из незаменимых исполнителей — канцеляристом без намека на бахвальство, который окончил Гарвард, Гарвардскую школу права, и получал стипендию Родса.
Трамп постоянно меняет свою позицию, редко останавливается на чем-то одном и действует непоследовательно. Он часто бывает не в духе, его выводит из себя любая серьезная вещь или мелочь, и от него постоянно слышатся угрозы в адрес KORUS: «Мы выходим из соглашения сегодня же».
Все началось с негодования Трампа по поводу того, что Соединенные Штаты, у которых годовой дефицит в торговле с Южной Кореей составлял $18 млрд, должны тратить $3,5 млрд в год на содержание своих военных в этой стране.