Их доходы были настолько низкими, что правительство доплачивало им через механизм налоговых вычетов, таких как налоговый вычет на детей и налоговый вычет на трудовой доход.
дескать, их законное право, и правительство обязано им это обеспечить. И они будут голосовать за этого президента, несмотря ни на что… Это люди, которые не платят подоходный налог… Заботиться о них — не мое дело. Их никогда не убедить в том, что они должны взять ответственность и сами заботиться о себе».
Есть 47% избирателей, которые в любом случае проголосуют за Обаму. В их числе те, кто зависит от правительства, кто считает себя жертвами, кто считает, что правительство обязано заботиться о них, что они имеют право на медицинское обслуживание, на еду, на жилье и на все остальное. Это
На его взгляд, это был важный график: он показывал большую картину, рассказывал полную историю. Федеральный подоходный налог не платили 44% американцев.
Это была самая тупая идея, которая только могла прийти в голову республиканцу. Мнучин не учел остальные 5% «сквозных налогоплательщиков», среди которых были такие крупнейшие доноры республиканской партии, как братья Ко
Позже Мнучин предложил ограничить величину предпринимательского дохода, который подлежал обложению по более низким ставкам подоходного налога, — так называемого «сквозного дохода». Он сказал, что в 95% случаев доходы структур со сквозным налогообложением не превыша
прощение налогового кодекса; снижение налоговой нагрузки для семей со средним уровнем доходов; создание рабочих мест и рост заработной платы; возвращение в страну триллионов корпоративных долларов, осевших за рубежом
По понедельникам вечером спикер Пол Райан устраивал в своей совещательной комнате итальянский фуршет для «Большой шестерки» — так он называл ключевых лиц из конгресса и администрации президента, от которых зависела судьба налоговой реформы. В «Большую шестерку» входили сам Райан, Макконнелл, председатель бюджетного комитета палаты представителей Кевин Брейди, председатель финансового комитета сената Оррин Хэтч, Мнучин и Кон. Это был страшный сон для демократов — пятеро консервативных республиканцев и бывший президент Goldman Sachs решали, как реформировать налоговую систему США.