Цитаты из книг автора «Блейк Пирс»

Обычно, встречая тех, кого она уже видела по телевидению, Райли поражалась тому, насколько иначе они выглядели в реальной жизни

Теперь всё должно быть проще. Он начал обматывать её цепями, крепко привязывая к койке. Цепи смеялись от удовольствия. Они были довольны его работой. Когда он закончил, он услышал её слова: – Где я? – спросила она, приходя в сознание. – О Боже, где я? Что происходит? Он громко шикнул на неё. Если бы он мог говорить, он бы объяснил ей, почему она должна молчать. Здесь разрешалось говорить только цепям. Но шиканье не помогло. – Где я? – невнятно проговорила она, её ужас усиливался. – Кто-нибудь помогите! Он сунул ей в рот тряпку и закрепил её, обмотав вокруг её головы цепями. Она продолжала извиваться и стонать. Её широко открытые глаза остановились на чём-то в комнате. Он проследил её взгляд и увидел, что она смотрит на маленький алтарь, который он соорудил. На столе, придвинутом к стене, стояла доска объявлений. На самом столе он почтительно разложил обувь, значок тюремного надсмотрщика, униформу медсестры и её бейджик, несколько пуговиц и другие вещи, принадлежащие тем женщинам. На доске объявлений были прикреплены некрологи, похоронные листовки и фотографии цветов, которые он положил на могилы. Он был рад, что она увидела. Это должно было её немного успокоить. Она, конечно, поняла, что он и её память увековечит тут, когда придёт время. К его глазам подступила слеза, когда он вспомнил, как оплакивал тех женщин и как будет оплакивать эту. Но женщина громко застонала под кляпом. Она не поняла. Это взбесило его. Всё происходило так же, как и тогда. Он ослабил цепи и вытащил кляп, чтобы дать ей воды, но она бесконтрольно закричала. Возможно, у него получится объяснить этой. Он достал свою опасную бритву из кармана, открыл её и поднёс к горлу женщины, снова шикая. Так она поймёт, что он не хочет резать ей горло и это будет её выбор, если она не перестанет орать. Всё, что ей нужно, это замолчать. Её стоны немного притихли. И всё же он увидел следы несговорчивости в её глазах. Это не к добру. Рано или поздно она закричит, и тогда у него не будет другого выбора, как убить её. Как и в прошлый раз, он повесит её на всеобщее обозрение. Это предупреждение абсолютно необходимо. Мир должен знать. Мир должен понять. Мир должен оставить его в покое. Он ещё не знал, где и как выставит её. Цепи ему подскажут. Так было всегда. Убийства этих женщин никогда не были его инициативой. Цепи просто не оставляли ему другого выбора. Это был просто закон жизни и он ничего не мог с этим поделать.

Когда он уезжал, цепи молчали. Он знал почему. Они были слегка восхищены. Они не ожидали, что он сделает всё так смело и ловко. Они недооценивали его. А теперь он показал свою над ними власть – по крайней мере, на ближайшее время.

Он быстро понял, что женщины тоже могут спать здесь – то есть, начинать свой вечный сон.

Райли сдержала свою ярость. Она знала, что хочет сказать ему: «Чёрт побери, да, это моя вина. Моя вина, что я думала, что могу доверить тебе Эприл. Это моя вина, что я думала, что тебе есть дело до неё или до кого-нибудь другого

Решает не кровь, решает любовь.

– В статистике есть такое понятие как «выброс». Это исключения из правил, они идут вразрез со средними значениями.

приняла большую дозу алпразолама. Думаю, ей хотелось быть «в отключке» настолько, насколько это возможно.

Почему ты всегда пытаешься исправить то, что невозможно исправить?

Она могла доверять Биллу в том, что он не станет говорить всякую обнадёживающую чепуху типа: «Я уверен, всё будет хорошо» или «Она в любой момент вернётся домой, вот увидишь».