Цитаты из книг автора «Бернард Шоу»

А чего стоит женщина, да и вся наша жизнь, без уважения к себе?

Что ты здесь делаешь, дурочка? Убиваешь здоровье и красоту для того, чтобы другие наживались?

самая бедная может стать либо тряпичницей, либо цветочницей, смотря по вкусу. Люди всегда сваливают вину на силу обстоятельств. Я не верю в силу обстоятельств. В этом мире добивается успеха только тот, кто ищет нужных ему условий и, если не находит, создает их сам.

терпеть ваши выходки; но если вы прекратите их, вам не придется терпеть мои. У вас могут быть свои убеждения, свой образ жизни – это ваше право; я вам мешать не буду.

Вы предъявляете права матери: право называть меня деточкой и глупышкой; говорить со мной в таком тоне, как ни одна преподавательница в колледже не смела со мной говорить; диктовать мне правила поведения и навязывать мне в знакомые скота, лондонского кутилу самого последнего разбора, – это сразу видно. Я еще не оспариваю этих прав, я хочу сперва узнать, имеется ли для них реальное основание?

Я советовал вам преодолеть свою лень и ветреность, избрать себе достойную профессию и работать, – не сидеть на моей шее, а жить своим трудом.

юноши и девушки боялись друг друга; не было товарищеских отношений, ничего настоящего, одна галантность, взятая напрокат из романов,

Множеству еретиков инквизиция сохранила жизнь, забрав их у народа – народ же отдавал их в уверенности, что им воздастся по заслугам. Прежде, когда не было Святой Инквизиции, да и теперь в местах, где она еще не действует, людей, заподозренных в ереси, порой ошибочно и по невежеству, побивали камнями, рвали на куски, топили, сжигали в домах вместе с невинными детьми – без суда, без исповеди, без погребения, как собак. Сии дела жестоки и противны Богу. Господа, я милосерден по натуре и по своей профессии;

излишества ее – излишества благочестия и доброты, а не суетности и распутства. Она не из тех, чьи грубые черты говорят о бессердечии, а бесстыдство и непристойное поведение уличают их раньше, чем их обвинят.

Я надеялась, что у Бога наверняка повсюду друзья, ведь он-то друг всем и каждому, и по наивности своей верила, что вы – те, кто сейчас отринули меня, – будете защищать меня, как крепостные стены, от всякой напасти. Но я поумнела, а немножко мудрости никому не мешает. Не пытайтесь меня запугать, говоря о моем одиночестве. И Франция – одна, и Бог – один, а чего стоит мое одиночество в сравнении с одиночеством моей страны и моего Бога? Я поняла теперь, что в одиночестве Бога – Его сила. Кем бы Он был, если бы слушался ваших жалких, завистливых советов. Что ж, одиночество мое будет и моей силой. Лучше быть одной и с Богом. Его дружба мне не изменит, Его совет не обманет меня, любовь не оставит.