Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • По популярности
  • По новизне
  • Мы семья, и если всем все объяснять, то получится, что для нас это важно, хотя глупости все это. Зачем кому-то знать? Кому какое дело?
    2
  • Вот те на! Невероятно. Непостижимо. Немыслимо. Невозможно.
    1
  • На хрен всех, вот что! Я – это я. И все. Просто я.
    1
  • – Чего ты о них беспокоишься? – спросил Вольфганг, разглядывая ее. – Они-то о тебе беспокоятся?
    – Я врач, Вольф. Ответное внимание мне не требуется.
  • Крохотная соленая дань океану горестей, уготованных миру.
  • «Господин» Гитлер. Та к Фрида и все ее друзья-евреи называли вождя, втайне надеясь, что цивилизованное обращение превратит его в цивилизованного человека. Им отчаянно хотелось верить, что, несмотря на все его слова, в глубине души он трезвый политик, соблюдающий нормы поведения, а не сбрендивший психопат из жутких кошмаров.
  • У нее украли жизнь. Ее волшебный мир превратился в кошмарную жестокую пытку.
  • Никто не просит тебя умирать. Умереть может всякий дурак. Чего легче – дай себя прихлопнуть.
  • – Одолеть врага – не значит его убить. Главное – не дать ему убить нас, вот в чем вся хитрость, – говорил он брату.
  • В каждом скрыто что-то любопытное, правда? Даже то, как он дышит. Нет, если и впрямь задуматься. Верно? Скажи, а?
  • Полная дурь. Всего-навсего покупаешь железнодорожный билет, но при этом поминаешь главу государства и отдаешь бойскаутский салют. Наверное, даже тираны Древнего Рима, объевшиеся властью, в столь житейских ситуациях обходились без верноподданнических чувств
  • – И потом, доктор, нынешний-то обернется выгодой. Недурно, а?
    Фрида усмехнулась – пациентка говорила о правительственной программе «вознаграждения» материнства. Возврат государственных ссуд зависел от числа рожденных детей. «Детский заем», шутил народ, – возьми денежками, верни ребенком.
  • – Я предупредила: если из-за нее меня схватят, я выдам к чертовой матери ее саму и ее идиотских дружков. Квартира – моя крепость, мне ее выстроил Пауль. Потому что любил. Меня. А не каких-то краснопузых лицемеров.
    Голос ее резал слух.
    Невероятно.
  • – У нас отняли юность, правда? – тихо сказала Дагмар. – Украли.
  • Что ты сказал? – Как в детстве, Отто набычился, изготовившись к драке. – Кто идиот? Ты же спросил, буду ли я о ней заботиться, и я ответил, что готов за нее умереть. И умру!
    – Никто не просит тебя умирать. Умереть может всякий дурак. Чего легче – дай себя прихлопнуть. Я хочу, чтобы ради нее ты жил. Чтобы берег себя. Не подставлял свою глупую башку. Что бы ты ни делал, ты должен помнить о Дагмар.