Цитаты из книг автора «Бен Элтон»

Вся человеческая история – страшное бедствие, – не сдавался Стэнтон. – Если хотите ее исправить, отправляйтесь на двести тысяч лет назад и пристрелите обезьяну, которая первой попыталась выпрямиться и ходить на двух ногах.

Стэнтон наткнулся на этот инцидент, катастрофический для австрийской разведки. Редль, начальник австрийской контрразведки, продал русским план вторжения в Сербию, потому что нуждался в деньгах на содержание своего любовника, тоже офицера-контрразведчика.

Не забывай, Британия и Россия связаны «Тройственным согласием», но русские поддерживают сербов. Австрийские военные патологически не доверяют России, и на то есть серьезная причина: всего год назад обнаружилось, что их главный шпион – русский крот. – Кто? – То есть двойной агент. Ты слышала о скандале с Альфредом Редлем?[22]

Встреча в Берлине – ну прямо шпионский роман. – Ничего особенного. Совсем не так захватывающе, как приковать себя к ограде Букингемского дворца. – Абсолютно ничего захватывающего. Это растерянность, страх и жуткое неудобство. Ты не представляешь, как народ озлобился. Нас освистывали, в нас плевались, даже женщины. Полиция вела себя ужасно. Словно мы представляли угрозу. Какая угроза от женщины, прикованной к ограде? – В конце концов вы победите. Настанет день, когда дискриминация по половому признаку будет противозаконной.

В восемнадцать лет я провела здесь месяц, сопровождая свою тетушку. Она обожала оперу, которую я не особенно чту, но Вену я полюбила и до сих пор люблю. Три года назад я была здесь на конференции по женскому здравоохранению. Другого такого размякшего города я не знаю. Венцы рано ложатся и поздно встают, а затем все поголовно сидят в кафе и болтают о театре. Вы не представляете, сколько у них способов готовить кофе – на каждый час дня свой рецепт. Наверное, дело в том, что Вена привыкла быть старой доброй столицей, но, утратив свою важность, взяла и размякла. Я к тому, что в Лондоне или Берлине все суетятся: мы хотим всех опередить, немцы пытаются нас догнать. Насколько я знаю, в Нью-Йорке лихорадка еще бешенее. Даже Париж хочет выглядеть главным и значимым. А Вена как будто сдалась, понимаете?

Ясно как день, австрийцы ищут повод усмирить Сербию, а немцы их подзуживают.

Не возражаете, если я к вам подсяду? – спросил Стэнтон. – Может, вместе пообедаем? – Боюсь, это зависит от результатов проверки. – Какой? – Например, что вы думаете об избирательном праве для женщин? Надо было сразу догадаться. В начале лета 1914 года только одно занимало умы свободомыслящих женщин.

Самая трудная часть миссии еще впереди. Он спас эрцгерцога и ликвидировал конкретный повод Великой войны. Но осталась ее главная причина – прусская верхушка, жаждавшая бойни, и лично германский император. Он не сможет убить кайзера, если его как боевика «Черной руки» будут допрашивать в сараевской следственной тюрьме.

Дубина водитель не только не знает дороги, в чем, может быть, и не сильно виноват, но он не способен элементарно дважды выжать сцепление. Олухов и так уже перебор, но до кучи появляется еще один. История затаила дыхание, когда этот придурок попытался сдать задом и машина заглохла. Заглохла! Профессиональный шофер не может сдать задом! – Лицо Маккласки стало багровым, на шее и лбу вздулись вены. – А тут из харчевни выперся Принцип со жрачкой в руке и в полутора метрах от себя видит малого, которого должен грохнуть. Нет, это просто немыслимо. Весь день он с бездарными подельниками гонялся за человеком, который сейчас сидит в машине, заглохшей на узкой улице. Ничего себе расклад? Просто безумие какое-то.

Молодой дурак, упустивший шанс стать национальным сербским героем, решает утешиться бутербродом с сыром. В это время шофер эрцгерцога понимает, что отбился от кортежа, поскольку он один не знал, куда надо ехать. Пытаясь вернуться на маршрут, водила сворачивает в какую-то улицу, и надо же такому случиться, что из всех чертовых сараевских улиц он выбирает именно ту, где стоит харчевня Шиллера. Ты можешь в это поверить? Просто, блин, невероятно! Речь о начале Великой войны, а все упирается в ошибочный поворот и бутерброд с сыром!