– Нам надо пойти на компромисс. Для начала мы распланируем все на бумаге. Вы сделаете несколько чертежей вместе с архитектором и будете вносить поправки до тех пор, пока они полностью не удовлетворят вас. А потом мы просто поставим инвесторов перед фактом. – С каждой минутой Гордону все больше нравилась эта идея. – Это должно сработать. Если вы воплотите все свои идеи в архитектурных проектах, нам будет легче высчитать истинную стоимость и гораздо проще уговорить инвесторов, имея на руках конкретные планы.

– Вы хотите таким образом устранить те препятствия, которые могут помешать работе этих инвесторов со мной? – сухо осведомилась Джессика, но она совсем не сердилась. Если половая дискриминация существует, то тут уж ничего не поделаешь. Ей и раньше приходилось с этим сталкиваться. Что ж, с этим она и в этот раз справится.

– Это все очень упростит, – продолжал Гордон, пропустив мимо ушей ее замечание. – Вы сможете полностью контролировать архитектурные проекты. А инвесторы, в свою очередь, будут точно знать, во что они вкладывают свои деньги. Если им не понравится ваша идея, они просто не станут связываться, а вы не получите своих денег.

– А сколько я могу получить? – спросила Джессика. – Недавно она слышала жалобы от своего коллеги, который тоже работал с архитектурным бюро.

– Если бы мы сотрудничали с человеком, знающим свое дело, то прибыль была бы колоссальной.

Джессика не знала, радоваться ли ей или огорчаться. Ее уверенность полностью улетучилась, как только Гордон заговорил об архитектурных проектах, области, в которой она совершенно не разбиралась.

– Вы имеете в виду какого-то конкретного специалиста?

– Да, – сказал Гордон, открыто посмотрев ей в глаза. – Он один из лучших в своем деле, а поместье Кросслинов это заслужило.

Джессика не могла с этим поспорить.

– И кто же он?

– Он работает в этой области всего двенадцать лет, но уже успел сделать невероятные успехи. Ему удалось объединиться с одной нью-йоркской фирмой, и они сотрудничали целых семь лет. Кроме того, все эти годы он работал на ПГР и на Восточном побережье.

– На ПГР?

– Планирование городского развития. Они создают проекты не только для городов, но и для пригорода. А пять лет назад он основал свою собственную фирму в Бостоне. Я видел его проекты, как раз похожие на то, что вы собираетесь создать. Они просто потрясающие.

Любопытство ее все возрастало, и ей стало досадно, что Гордон медлит с ответом.

– Он очень практичный человек и, кроме того, очень опытный архитектор, не глуп, с ним будет приятно работать. И еще я думаю, его очень заинтересует этот проект.

Джессика попыталась вспомнить все, что она когда-то читала в газетах о строительстве и современных архитекторах, чтобы понять, кого имеет в виду Гордон. Но такого рода статьи обычно печатали в деловом разделе, в который она редко заглядывала. К сожалению, этот факт только подтверждал правоту Гордона. Но это нисколько не заставило Джессику отступить от своих планов. Тем более что она будет работать с человеком, в котором так уверен Гордон.

– Так кто же он?

– Картер Маллой.

Джессика молча на него уставилась. Это имя показалось ей знакомым. Картер Маллой. Она нахмурилась. Перед ее глазами замелькали какие-то обрывки воспоминаний.

– Я когда-то была знакома с одним Картером Маллоем, – задумчиво проговорила она. – Его родители в свое время работали у нас. Мать следила за домом, а отец был садовником. – Джессика вдруг почувствовала щемящую грусть. – Как же мне не хватает нашего Майкла Маллоя. Сейчас он был бы так кстати. Майкл привел бы в порядок участок вокруг дома. Но лет десять назад Маллой вышли на пенсию и уехали на юг. – Тоска ее куда-то улетучилась, уступив место досаде. – А их сына я не видела еще дольше, и слава богу. Он был таким противным. Всегда подчеркивал, что старше меня, и очень злился на то, что мои родители богаты, а его бедны. Вечно сквернословил. У него постоянно возникали проблемы в школе. А эти его ужасные плечи: одно другого выше на целую милю. Он был таким уродливым.

Гордон с трудом дослушал ее до конца, а когда заговорил, его голос прозвучал недовольно:

– Сейчас он совсем не урод.

– Простите?

– Я сказал, – повторил Гордон, – что сейчас он скорее привлекателен. Он вырос во многих отношениях. И в плане внешности тоже.

Джессика очень удивилась:

– Вы знакомы с Картером Маллоем?

– Он держит свои счета в моем банке. Бог его знает, зачем Картер держит свои счета здесь, имея бизнес в Бостоне. Говорит, что он связан неразрывными узами с местом, где провел детство.

– Я в этом и не сомневалась. У него здесь были дела с полицией. Мелкие кражи, не правда ли?

– Он изменился в лучшую сторону. Джессика очень в этом сомневалась.

– Меня всегда удивлял тот факт, как у таких замечательных людей, как Энни и Майкл, мог родиться такой сын. Сколько же страданий он им причинил! – Она покачала головой. – Вы уверены, что он живет не здесь? Если он переберется в наши места, предупредите меня об этом заранее. Не хотелось бы столкнуться с Картером Маллоем на улице.

– Он живет в Бостоне.

– И кем он сейчас работает? Продавцом подержанных автомобилей?

– Он архитектор.

Джессика на мгновение застыла от удивления.

– Значит, это не тот Картер Маллой, которого я знала.

– Как я уже сказал, он давно вырос.

Мысль, которая пришла Джессике в голову, была настолько ужасна, что она постаралась поскорее отмести ее.

– Картер Маллой, которого я знала, не мог так измениться. Он не смог бы стать профессионалом ни в чем. Вряд ли он даже закончил школу.

– Он ушел в армию и поступил в колледж, вернувшись оттуда.

– Даже если бы у него достало ума поступить в колледж, – чувствуя все нарастающую тревогу, продолжала Джессика, – у него не хватило бы терпения и самоотверженности для серьезной учебы. Он никогда не мог увлечься чем-либо надолго. Все, в чем он преуспел за свою жизнь, – это в способности попадать в неприятности.

– Люди меняются, Джессика. Сейчас Картер Маллой – уважаемый и успешный архитектор.

Джессика знала, что Гордон никогда не станет ее обманывать. Вот почему ей пришлось принять его слова о Картере Маллое на веру. Робкий лучик надежды заставил ее нервно хихикнуть:

– А это не может быть совпадением, может быть, они просто однофамильцы?

Гордон ничего не ответил. Джессика, взглянув на него, догадалась, о чем он думает. Сунув руки в карманы, она принялась мерить шагами комнату. Мягкая ткань юбки выгодно подчеркивала стройность ее ног и бедер. Казалось, что она сжала руки в кулаки, но это было не так.

– Знаете, что Картер Маллой сделал со мной, когда мне было шесть лет? Он уговорил меня забраться на вяз, который рос возле утиного пруда. – Джессика подошла к окну и обернулась к Гордону. – Стоит ли говорить, что вниз я уже не могла спуститься. А он поднял ко мне свое прыщавое лицо, нагло усмехнулся и ушел как ни в чем не бывало. – Джессика немного помолчала, уставившись невидящим взглядом на вырезки из «Ивес и курриер». – Я так испугалась. Сидела на ветке, надеясь, что он вернется, но напрасно. Звала на помощь, но дом был слишком далеко, и никто меня не слышал. Так прошел час, потом другой, а никто не приходил. Стоило мне посмотреть вниз, как у меня начинала жутко кружиться голова. Целых три часа продолжался этот кошмар, пока Майкл не нашел меня и не вызвал пожарную бригаду, – продолжала Джессика. – После этого меня еще долго мучили кошмары. С тех пор я никогда не лазила по деревьям.

Закончив свой рассказ, Джессика взглянула на Гордона, ища поддержки. Она стояла, опершись о край стола из красного дерева.

– Если вы хотите, чтобы именно этот Картер Маллой участвовал в проекте, то я категорически отказываюсь. Это мое первое решение в качестве главы нашего консорциума. И я прошу этот вопрос больше не обсуждать.

– Послушайте… – Гордон по возможности попытался смягчить свой тон, но у него ничего не вышло. – Теперь я окончательно убедился в том, что мне будет очень сложно найти сторонников этого проекта. Если вы и дальше будете принимать свои решения, основываясь на чувствах, а не на финансовых соображениях, то я умываю руки. Ваш проект обречен на провал, если вы отказываетесь от помощи опытного специалиста. Лично я никогда не стану вкладывать свои деньги в такое рискованное предприятие. Невозможно работать с женщиной, у которой нет головы на плечах.

– Гордон… – попыталась остановить его Джессика.

– Я говорю совершенно серьезно, Джессика. Вы сказали, что будете прислушиваться к советам более опытных людей. Что-то я этого не вижу.

– Я собираюсь прислушиваться к чужим советам во всем, что не касается Картера Маллоя. Я не смогу с ним вместе работать. Это было бы для меня настоящим несчастьем. И вы подумали, что тогда станет с домом? – Ее голос стал почти умоляющим. – Существуют же другие архитекторы. Не может быть, чтобы только он мог мне помочь.

– Архитекторов много, но он лучший из них.

– Во всем Бостоне?

– Да, тем более что он отнесется ко всему более чутко.

– Более чутко?

– Он знает этот дом. Он о нем позаботится.

– Позаботится? – В голосе Джессики послышалась тревога. – Да он скорее сожжет этот дом или сровняет с землей, чем превратит его во что-то по-настоящему прекрасное.

– Откуда вы знаете? Когда в последний раз вы говорили с ним?

– Когда мне было шестнадцать лет. – Джессика в волнении опять заходила по комнате. – Это был последний раз, когда я его видела…

– Но ведь тогда он был в армии, – перебил ее Гордон, желая напомнить события.

– Да. Его родители редко о нем рассказывали, а я была последним человеком, который хотел что-то о нем узнать. Но однажды он вернулся, чтобы помочь отцу. Я стояла на переднем крыльце, где мне было назначено свидание. А Картер сказал… – Она замолчала, вновь погружаясь в воспоминания. Воспоминания эти причиняли Джессике сильную душевную боль. Наконец она заговорила опять: – Он говорил со мной так жестоко. Его слова причинили мне столько страданий. – Она остановилась и посмотрела на Гордона. – Картер Маллой всегда ненавидел меня, так же как и я его. Он не станет работать со мной, даже если я сама этого захочу.

Но Гордона было не переубедить.

– Он возьмется за эту работу. И вы останетесь им довольны. Я знаком с Картером Маллоем уже пять лет. Поверьте мне, тот Картер Маллой, которого вы помните, и тот, кого я знаю, – это два разных человека. Вы никогда не задумывались, почему его родители так рано вышли на пенсию? Им было тогда около пятидесяти лет, и они отнюдь не были немощными стариками. Они скопили немного денег, и Картер купил им замечательный дом в живописном уголке Флориды. Дом был окружен живой изгородью, и Майкл мог ухаживать за ней круглый год. Это было первое, что сделал Картер, когда начал хорошо зарабатывать. А сейчас у его родителей есть все, чего только они могут пожелать, и Картер постоянно следит за этим. Так он пытается искупить перед ними свою вину за ошибки, которые он совершил в юности. Вот почему я считаю, что Картер обязательно поможет вам. Хотя бы для того, чтобы искупить обиды, которые он вам нанес когда-то.

– Очень в этом сомневаюсь, – насмешливо сказала Джессика. Но она почти успокоилась. Слова Гордона очень ее удивили. Образ того Картера Маллоя, которого она когда-то знала, никак не вязался с тем, что рассказал о нем Гордон. – И как, по-вашему, он сможет мне помочь?

– Я бы советовал включить его в консорциум.

– И вам совсем меня не жаль?

– Нисколько. Он очень деловой человек и прекрасный профессионал. Картер присоединится к этому консорциуму хотя бы из соображений собственной выгоды. К тому же он сделает это, помня о старых временах. Я неоднократно слышал, с какой теплотой он отзывался о поместье Кросслинов. – Гордон замолчал, приложив палец к верхней губе. – К тому же я считаю, что мы можем попросить его пожертвовать немного денег на наш проект. Так мы переложим часть ответственности на него. Если у нас возникнут проблемы с инвесторами, то он тоже будет за них в ответе. Его небольшой вклад спасет вас от разорения, ведь даже если проект провалится, вы получите тысяч сорок или пятьдесят.

– Пятьдесят тысяч? – Она и не подозревала, что может получить так много. Пораженная величиной суммы, Джессика поудобнее устроилась на стуле. Она отодвинулась в дальний угол и вытянула перед собой руки, словно защищаясь от какой-то незримой опасности. – Мне все это не нравится, Гордон.

– Я знаю. Но если мы прибегнем к этому, наследие будет спасено. Позвольте мне позвонить Картеру.

– Нет! – вскричала она. А потом, понизив голос, повторила: – Нет.

– Я хочу договориться с ним о встрече, чтобы вы просто друг к другу присмотрелись. Вы можете поделиться с ним своими соображениями по поводу проекта и выслушать его мнение. Тогда и увидите, сможете ли с ним поладить. Присмотритесь к нему и решите для себя, остался ли он прежним или все же изменился. Относитесь к этому как к чему-то необязательному. На вашем месте я поступил бы именно так. Она опустила голову.

– Я никогда не боялась Картера Маллоя. Я просто его не любила.

– Уверен, что сейчас ваше мнение о нем изменится. Он отличный парень. Помните, вы говорили, что он всегда завидовал богатству ваших родителей. Наверное, он очень часто мечтал, что поместье Кросслинов будет принадлежать ему. Покажите, что его мечты могут стать реальностью. Принесите ему свои проекты.

– Откуда мне знать, что он думает по поводу поместья Кросслинов? Почему вы так уверены, что он будет желать мне добра?

– Ах, – вздохнул Гордон, – запомните две вещи. Во-первых, у Картера сейчас много денег и хорошее положение в обществе. Во-вторых, если вам какая-то его идея не понравится, вы можете от нее отказаться. Ведь теперь он будет в вашей власти, не правда ли?

У Джессики в голове опять промелькнула их последняя встреча. Ей вдруг ярко вспомнились злые и обидные слова Картера. Она уже давно не вспоминала то унижение, ту боль, которые ей пришлось перенести. А вот теперь вспомнила. Может быть, она отплатит ему за его слова, когда он будет от нее зависеть.

И главное, поместье Кросслинов все равно будет принадлежать ей. Если какие-то идеи или планы Картера ей не понравятся, она может отказаться от них. И тогда посмотрим, кто будет смеяться последним.