Я… э… Весь ужас ее положения вдруг окончательно дошел до Амбер. Она стояла посередине чужого дома, рядом с незнакомым мужчиной и полностью от него зависела. Крыша над головой, еда, даже одежда… – у нее не было средств ни на что! Они находились в нескольких милях от ближайшего городка, да и воспользоваться телефоном и кредитками представлялось невозможным. Если она позвонит куда-нибудь или снимет деньги со счета, то будет легко вычислить ее местоположение.

– Совсем обессилела, – сделала вывод Стефани, беря Амбер под руку. – Пойдем наверх. Я тебя отведу.

Она мягко подтолкнула Амбер в сторону деревянной лестницы.

– Спокойной ночи тогда, – пожелал им вслед Ройс.

– Что с тобой? Тебя как будто оглушили чем-то тяжелым, – прошептала Стефани на ухо Амбер, когда они поднимались по ступенькам.

– Если честно, у меня возникли сомнения, в здравом ли я уме, – призналась та.

Стефани нажала выключатель, и перед ними осветился коридор второго этажа с четырьмя дверями.

– Поверь, ты вовсе не сошла с ума, – твердо произнесла она, открывая одну из дверей в центре коридора.

– Ну да… Бросить жениха и улететь посреди ночи в неизвестном направлении с неизвестными людьми.

– Почему же неизвестными? Ты меня все-таки хоть как-то, но знаешь, – постаралась успокоить Амбер Стефани, приглашая ту в светлую и уютную комнату.

Покрывавшее королевских размеров кровать с медным пологом бело-голубое одеяло выглядело чрезвычайно заманчиво и казалось ужасно мягким. Около стеклянных дверей, ведущих на балкон, стояло два кресла ярко-синего цвета. Белые двери вели в гардеробную и ванную комнаты. Над головой Амбер лениво работал потолочный вентилятор, а ее ноги утопали в кремового цвета ковре.

Стефани включила одну из ламп с керамическим абажуром, стоявших на тумбочках по обе стороны кровати.

– Или ты считаешь, что сошла с ума, потому что отказалась от такого завидного жениха? – спросила она.

– Его это точно не обрадовало, – вздохнула Амбер.

– А он… ну, как ты думаешь, как он себя повел? Побагровел от гнева и стал кричать и топать ногами, да? – Стефани с любопытством ждала ответа, и видно было, что она немного возбуждена из-за необычности ситуации.

Амбер не смогла сдержать улыбку:

– Нет. Когда чем-то недоволен, он надувается, суровеет и ведет себя, как будто все знает лучше других. Давит на окружающих логикой и авторитетом.

Харгроув никогда бы не стал кричать. Он всегда давал Амбер понять, что она глупа, неспособна принимать ответственных решений и ведет себя как избалованный ребенок. Ее мнение и чувства не принимались им во внимание. Сейчас Амбер впервые за долгое время ощущала свободу, ведь он не мог руководить ею.

– Ясно. Мои братья такие же, – кивнула Стефани, открывая двери высокого шкафа из вишневого дерева и показывая Амбер ряд полок.

– И Ройс? – вырвалось у Амбер, на которую за их короткое знакомство Ройс не произвел впечатления человека хоть чем-то похожего на Харгроува.

– И Джаред тоже, – продолжила Стефани. – Они оба все еще думают, будто мне лет десять. А я полноправный партнер компании, но при этом, если мне что-то нужно, приходится обращаться к ним за разрешением.

– Представляю, как это тебя раздражает, – посочувствовала ей Амбер.

Сама она с такой проблемой никогда не сталкивалась, вернее, не задумывалась о границах собственной независимости. Ей хватало того, что в ее распоряжении находились кредитные карточки.

– Представляешь, одна из лондонских конюшен собирается продавать породистого жеребца по кличке Бланшар, – сказала Стефани. – Он идеально подходит для моей программы по разведению лошадей. И все, что мне нужно, один миллион долларов.

Она недовольно покачала головой и протянула гостье хлопчатую ночную рубашку.

– Миллион долларов за одну лошадь? – не поверила своим ушам Амбер. Цена ей показалась невероятной.

– Она – моя, – объяснила Стефани, показывая на рубашку. – Не стесняйся, копайся тут. Здесь есть все: и джинсы, и рубашки. Они должны быть тебе впору.

– Не знаю, станет ли тебе легче от этого, но не думаю, что Харгроув позволил бы мне потратить миллион долларов на что бы то ни было. – Амбер сочувственно погладила Стефани по плечу.

– А раз так, то ты просто обязана его бросить.

– Да. Я ухожу от него… – Амбер осеклась, испугавшись впервые произнести вслух подлинную причину своего разрыва с Харгроувом, но потом все же закончила: – Я ухожу, потому что не люблю его.

О! выдохнула Стефани, а потом медленно кивнула. – Самая веская причина.

Амбер в душе согласилась с ней, хотя и знала, что ее родители не примут такого объяснения: они до сих пор считали, что их дочь не в состоянии разобраться в своих чувствах, а уж тем более понять, что такое любовь.

А значит, ей нельзя пока возвращаться домой. Никто не станет ее слушать. Они все сговорятся против нее, и в итоге она окажется в белом платье на собственной свадьбе с Харгроувом.

* * *

Как и всегда, Ройсу оказалось пугающе легко вписаться в жизнь ранчо и превратиться в ковбоя. Вздремнув пару часов, он поднялся и быстро оделся. И вот уже на нем синие джинсы, хлопковая рубашка и его любимые старые ковбойские сапоги. Саша, пятидесятилетняя полная женщина, работающая у Райдеров на кухне, быстро приготовила ему стейк средней прожаренности и стопку блинов, облитых кленовым сиропом. Выпив чуть ли не литр кофе, Ройс отправился искать трех помощников Мак-Квестина.

От них он узнал, что ветеринар порекомендовал перегнать стада из долины Боулер из-за сезонного нашествия туда насекомых, которые беспокоили телят. Вторая новость была еще менее приятная: в северной части ранчо под угрозой иссушения оказались искусственные пруды из-за порчи водопровода. А строительные материалы для его ремонта застряли где-то по дороге в Айдахо, поскольку обнаружилась какая-то путаница в сопроводительных бумагах. Ройс не успел приступить к решению ни одной из этих проблем, поскольку ему на мобильник с просьбой о помощи позвонил вице-президент компании «Райдер интернэшнл» Барри Брюстер, отвечающий за финансы. Он искал письмо из китайского министерства экономического развития и торговли. В чикагском офисе оно отсутствовало, и Барри надеялся, что у Джареда в бумагах на ранчо могла сохраниться его копия.

Отложив все прочие дела, Ройс отправился просматривать документы на столе в кабинете брата. Ему нужно было во что бы то ни стало найти это письмо от Ченг Ли, отвечающего за международные инвестиционные проекты. Без его одобрения соглашение между «Райдер интернэшнл» и «Саксена электронике» не могло быть заключено, а это грозило привести к потере огромных сумм.

Отчаявшись найти письмо на столе и проклиная старшего брата за то, что тому приспичило жениться в столь неподходящее время, Ройс перешел к осмотру ящиков. Выдвинув верхний, он тяжело вздохнул: система, по которой были расположены документы, не поддавалась пониманию. Ну почему нельзя все расположить в алфавитном порядке? Однако выхода не оставалось: следовало просмотреть все бумаги.

– А тебе не кажется, что твоя одежда не соответствует занятию, – раздался насмешливый женский голос.

Он поднял голову и увидел в дверном проеме Амбер. На ней были облегающие джинсы и красно-коричневая безрукавка. Она пришла босиком, а посвежевшее лицо обрамляли золотистые мокрые пряди волос. Веселая улыбка украшала ее и без того симпатичное лицо.

– Ты находишь мой внешний вид смешным? – сердито проворчал Ройс.

– Скажем: неожиданным, – пояснила Амбер.

– Только не стой в дверях, пожалуйста.

– А чем я могу помочь?

Он показал на заваленный бумагами стол.

– Мы ищем письмо из китайского министерства экономического развития и торговли.

– Ты знаешь, как оно выглядит? – спросила Амбер, беря ближайшую стопку бумаг.

– Обычный документ, – процедил Ройс.

– Письмо длинное? Или короткое? В конверте? Скреплено с каким-нибудь отчетом?

Я не знаю. Оно от Ченг Ли, ответственного за международные инвестиционные проекты. Мне срочно нужен его телефон.

Амбер уже просматривала следующую стопку, а Ройс вернулся к изучению ящиков стола.

– А ты в Интернете не смотрел? – спросила она.

– Этот номер в Интернете не найдешь.

– Значит, оно очень важное? – поинтересовалась Амбер, продолжая рассортировывать документы.

– Если я с ним сегодня не свяжусь, то у нас сорвется крупная сделка.

– Сколько сейчас времени в Китае?

– Утро понедельника. Барри сказал, что если одобрение Ченг Ли не будет зарегистрировано в Пекине к концу сегодняшнего рабочего дня, то мы в пролете.

– К концу рабочего дня по пекинскому времени?

– Да, по пекинскому, – подтвердил Ройс. – Черт возьми! Чем им алфавитный порядок не угодил?

Она подошла к нему ближе и слегка коснулась его:

– Хочешь, я…

– Нет, – рявкнул Ройс, и она мгновенно замерла на месте.

Мужчина стиснул зубы, а потом заставил себя сделать глубокий вдох. В том, что письмо потерялось, вины Амбер не было. Кроме того, откуда ей знать, что с ним происходит, когда они находятся рядом?

– Прости! Ты можешь поискать его на столе?

– Конечно.

Амбер была хорошо воспитана и умела не показывать свои чувства, поэтому ему трудно было определить по ее лицу, обижена ли она.

– Я… я не хотел кричать на тебя.

– Все в порядке, – кивнула она и отвернулась.

Ройс открыл было рот, но потом решил, что продолжать этот неприятный разговор ни к чему.

Если его гостья обиделась, то он объяснится с ней позднее.

– В письме идет речь о компании «Саксена электронике»? – спросила Амбер.

Он резко вскинул голову:

– Ты нашла его?

Она передала ему листок, и Ройс, быстро пробежавшись по нему глазами, нашел подпись Ченг Ли и номер его офиса.

– Оно! – Он с облегчением вздохнул и подавил в себе внезапный порыв заключить Амбер в объятия, чтобы выразить свою благодарность. – Спасибо!

Ройс все-таки заставил себя посмотреть на гостью. Как он и предполагал, желание обнять Амбер только усилилось. И открытая блузка, а тем более обтягивающие джинсы подчеркивали все изгибы ее тела и стройность фигуры. То, что она была босой, лишь добавляло ей сексуальности. Да и голубые глаза, розовые щеки, нежная кожа и шелковистые волосы уже давно не давали ему покоя.

Тряхнув головой, Ройс потянулся за телефоном и быстро стал набирать код и номер. После нескольких гудков ему ответили, но по-китайски.

– Могу я поговорить с мистером Ченг Ли? – попытал счастье Ройс, но в ответ услышал только китайский язык. – Ченг Ли! Кто-нибудь говорит по-английски?

Он не смог ничего разобрать, кроме имени, да и то не был уверен в этом. Амбер сделала знак передать трубку ей. Ройс непонимающе посмотрел на нее, в то время как женщина на другом конце провода попыталась еще раз что-то объяснить ему по-китайски.

– Ничего не понимаю… – теряя терпение, произнес он.

В следующий момент Амбер неожиданно резким движением выхватила у него трубку.

– Эй, ты что…

Но до того, как он успел выразить все свое возмущение, Амбер быстро что-то произнесла в трубку. И говорила она определенно не по-английски! Глаза его распахнулись от изумления. Не может быть!

Разговор продолжался некоторое время, а потом Амбер прикрыла рукой трубку.

– Номер твоего телефона? – прошептала она.

Ройс быстро достал свой мобильник и показал ей свой номер. Поговорив еще немного, Амбер повесила трубку.

– Ченг Ли перезвонит тебе через час, когда придет переводчик.

– Ты говоришь по-китайски? – Это было все, что Ройс смог выдавить из себя.

Она закатила глаза и хмыкнула:

– Меня понимают. Но думаю, я для них разговариваю не лучше двухлетнего ребенка.

– Ты говоришь по-китайски… – прошептал он.

– Да, немного. – Амбер сделала паузу, но поскольку Ройс молчал, она решила продолжить: – Мне вообще языки легко даются. Моя мать учила меня шведскому. В школе я занималась испанским. – Она пожала плечами. – Учитывая то, что китайская экономика быстро развивается и Китай занимает ведущие позиции в мире, я в колледже выбрала китайский язык, ну и еще пенджабский. Индия – страна большая. На самом деле я и тот и другой знаю плохо.

Ройс продолжал пристально смотреть на нее.

– Ты, конечно, мечта любого политика. Кто бы отказался от такой жены!

Амбер скривила губы.

– Ты имеешь в виду, что у меня нет своей жизни?

– Нет, я говорю, что он приедет за тобой, – предостерегающе сказал Ройс. – Уверен на все сто, что он не даст тебе вот так просто убежать от него.

Она моргнула, и в ее голубых глазах вновь появились веселые искорки.

– Меня больше пугает другое: смогу ли я отсюда выбраться. Если не ошибаюсь, к дому ведет только одна дорога.