Продолжая нервно смотреть на тело в своих руках, я пропустил мимо мышления пришедшее уведомление, хоть и прочитал его краем глаза.

Внимание! Вы прошли обряд «Объединение Души и Плоти» с Роал.

Вы получили постоянного спутника – Роал Лойт из клана Белого Демона.

Количество ваших Роал: 4.

Внимание! Вы, неосознанно двигаясь к достижению Хеса, который имел 7 Роал, которые происходили из разных Кланов, каждый поклоняющийся своему прародителю, взяли 4-ю Роал. У вас есть Роал, принадлежащие 2 разным кланам, что намекает жителям Тэкх’Рар на вашу схожесть с Хесом. Теперь в землях Тэкх’Рар к вам будут относиться чуточку серьёзней.

Ваша репутация Вождя в Клане Превосходство Дракона повышена (Уважение).

Ваша репутация с Кланом Белый Демон повышена (Расположение).

Наконец-то ко мне пришли на помощь. В шатёр зашла Роал, которая с ходу глухо и строго спросила:

– Ших! Чего орёшь? Что у вас тут?..

Гаяра скинула капюшон плаща Роал со своей головы с подобранными в хвост на затылке пышными волосами и, недовольно пробормотав, что в шатре нечем дышать, вопросительно воззрилась на меня. Но её лицо вытянулось в недоумении, и она непроизвольно воскликнула:

– Ты кто, Машах, такой?!

Но я проигнорировал её вопрос о своём обличии и плаксиво, так как мне было некомфортно, что она меня видит в таком положении, протянул:

– Во-о-от… – и, чтобы привлечь её внимание к проблеме, помотал телом Лойт в своих руках, отчего тело белой девчонки замотало, как пакет на ветру.

– Что «вот»? – отрешённо переспросила Гаяра, что так и не отвела своего прилипшего ко мне взгляда, продолжив заворожённо пялиться не туда, куда надо.

– Да вот же! Она… она издохла. И тут… – не выдержал я, поддавшись панике, отчего вскрикнул и замотал телом Лойт ещё сильней.

И всё же Гаяра наконец переключила своё внимание на Лойт и, увидев безвольное тело девушки, подозрительно всмотрелась в неё. Но тут же вынесла вердикт своим строгим голосом:

– Успокойся. Она жива. Просто девочка не справилась с эмоциональным выплеском.

Говоря это, Гаяра пошла ко мне и, снова переключив всё своё внимание только на меня, отчего конец её фразы зазвучал механическим голосом, она так и не договорила конец фразы. Поняв, что с Лойт всё нормально, все её мысли снова переключились на мой облик, отчего она, подойдя ближе, с неподдельным интересом резко спросила:

– Ты эльф?

– Да нет же, Гаяра. Другое… Во-о-от, – и на этот раз я помотал тазом.

Глаза Гаяры, горя любопытством и пристально изучая всего меня, скользнули с моего лица вниз и, достигнув проблемы, преобразились в скучные. Она одним движением скинула с себя плащ и, принявшись стягивать перчатки с рук, зашла мне за спину.

– И чего ты её держишь на весу? Давно бы сел на колени. Садись уже, – усмехаясь надо мной, произнесла она.

Я послушно стал опускаться на шкуры, а она, вздохнув, запричитала дальше, но голос её был беззлобным:

– Вот не думала я, что вот так сразу буду обхаживать… убийцу своего мужа. Постой!

Я уже сел, продолжая держать безвольное тело Лойт перед собой, когда Гаяра запустила свои пальцы мне в волосы. Она аккуратно развела их в стороны и задумчиво прокомментировала:

– А я всё думаю, чего ты как пришибленный себя ведёшь? Вроде и эффект от зелий уже давно должен был бы спасть. Болит?

На удивление, её голос стал очень мягким, а прикосновения пальцев аккуратными. И она, не дожидаясь от меня ответа, ответила сама:

– Знаю, что болит. Сильная травма. Ещё и нанесённая во время действия зелий. Тц! Лойт не видела, что ли? Тупая, Сартах…

Шикарное тело коснулось моей спины, и упругие груди надавили мне на лопатки. Она придвинулась ещё ближе, и к моей спине прижалось всё её великолепное тело, а подбородок Гаяры лёг мне на надплечье, и её лицо показалось сбоку от моего. Гаяра, сев на колени позади меня, обняла меня бёдрами, и её ладони заскользили по моему торсу от груди вниз.

Я повернул лицо к ней, посмотрев слегка сверху вниз, так как её голова на моём надплечье находилась ниже. У неё был твёрдый и спокойный взгляд, а прелестное лицо, обрамлённое двумя изогнутыми и длинными до подбородка прядями, ничего не выражало. И я наконец вспомнил, кого она напоминает, но я никак не вспомню имени. Помню, Мишель что-то там, то ли Срам-это, то ли Царь-миньето. И то, когда та была очень молодой, так как Гаяра больше схожа с Лойт, особенно их носики идентичны. У Гаяры он просто копия того, что у беленькой.

Её пальцы, достигнув моего физиса, перебрались на тело Лойт, что намертво зажала меня, будто стальной капкан. Я не видел, что Гаяра там делает, так как продолжал смотреть в разноцветные глаза женщины. Они были словно голубые сапфиры, но имели небольшой белый, словно молоко, окрас вокруг белого зрачка. И Гаяра, в свою очередь, пристально смотрела в ответ. Одна из её ладоней вернулась обратно ко мне, обхватив меня пальцами и начав управлять всем там. Её подбородок оторвался от моего плеча, и лицо Гаяры слегка приподнялось, став ближе к моему, а её губы тихо прошептали:

– Почему ты так смотришь?

Я неуверенно ещё чуть-чуть приблизил своё лицо к её. Она продолжала работать руками и пристально смотреть мне в глаза, но её губы едва приоткрытого ротика задрожали. Я стал медленно отклонять свою голову дальше вбок и приближать свои губы к её, а её веки медленно прикрылись, став узкими прорезями, через которые её расслабленный взгляд ещё продолжал смотреть на меня. Её губки потянулись ко мне навстречу. Соприкоснувшись друг с другом лишь краешками, я почувствовал, насколько они мягкие и гладкие. Но только её сухие губы стали проминаться под моим последующим давлением губ на них, как произошло несколько вещей. Во-первых, я наконец выскользнул из Лойт. Во-вторых, уже сама Лойт застонала. И, в-третьих, бешено ворвавшаяся в шатёр Сартах властно прикрикнула:

– Что за своевольное бабское царство вы тут развели?!

Всё это заставило Гаяру вздрогнуть и резко отстраниться от меня назад. Впрочем, её лицо оставалось расслабленным и спокойным. Она с достоинством встала и принялась одеваться. Сартах же, скинув капюшон, грозно обвела всех взором. А за её спиной обнаружилась Тосэт, которая, тоже открыв лицо, смотрела уже с горящим взором, и она явно желала не то что увидеть продолжение, но и самой присоединиться. Сартах уставилась на натягивающую перчатку Гаяру и тяжёлым голосом вопросила:

– Гаяра?

И я отметил, что бывшая названная сестра моей лисички избегает прямого контакта глаз с Сартах, хоть и остаётся внешне непоколебимой. Гаяра пристально посмотрела на меня, будто решая, что говорить, но, поёжившись и не отводя от меня глаз, заговорила:

– Да Лойт упала в обморок, ей свело мышцы, и она защемила твоего Д’хокар. Сама понимаешь, дело нехитрое. Так что пришлось расцеплять их.

Но Сартах не удовлетворилась ответом и угрожающе заметила:

– И ты решила воспользоваться Рамаб’Гир, чтобы самой стать Роал?

Гаяра лишь тяжело вздохнула, так ни разу и не взглянув в сторону Сартах, а затем сказала:

– У него травма головы. Сильная. Я бы повременила с проведением Хубаал.

– Не тебе решать! – Сартах гневно оборвала Гаяру, но на половине фразы прервалась, так как, по-видимому, чуть её не назвала своей сестрой.

Гаяра же, всё это время одеваясь и продолжая смотреть на меня, лишь грустно улыбнулась, тем самым показывая мне, что между двумя женщинами сложные взаимоотношения. Тем не менее Сартах подошла ко мне, всё ещё сидящему на земле, и стала перебирать когтями мне волосы на голове. И ещё что-то проделав у меня за спиной, она обратилась к Лойт, что удивлённо оглядывалась по сторонам:

– Лойт, как всё прошло?

– Да! Я стала Мар… – улыбка тут же появилась на лице всегда жизнерадостной девчонки, и она тотчас бодро вскочила. Но, сделав шаг мне навстречу, взглянула поверх моей головы, видимо, на Сартах, и, кивнув ей, спешно пошла на выход.

Тем временем Сартах задумчиво произнесла:

– Травма сильная. Плюс к этому остатки зелий ещё не вышли, так как он всё никак. Как я вижу… Ших, Анри, ну чего с тобой всегда так сложно-то?

Она присела передо мной и растерянно посмотрела в мои глаза. Немного отстранённо поплутав в своих мыслях, она вдруг мягко спросила:

– Ты как? Силы на Тосэт ещё есть?

И я, закрыв глаза, очень медленно лёг на спину.

С минуту молча полежав, я взглянул на счётчик времени, что осталось до оживления Шат’то, затем прислушался к ощущениям своего тела и разума. Вроде с ними всё в порядке. Отклонений больше не чувствую. И только после этого я открыл глаза и, посмотрев на Сартах, спросил:

– Я помню, что Элех – из клана Бездушного Ящера. Есть ли возможность каким-либо образом вернуть её в этот клан?

Сартах чётко уловила мои мысли и, кивнув, ответила:

– Я тоже думала над этим. Это лучший вариант для нас, чем рисковать, беря к нам новую Роал. Тосэт?.. Что ты делаешь?

Поражённая Сартах замялась, так как черноволосая, не дожидаясь чьего-либо разрешения, принялась мне смачно сосать, на что я услышал даже сухой кашель от Гаяры. А Сартах, смерив меня вопросительным взглядом насчёт того, нормально ли я отношусь к тому, что Тосэт вот так внаглую влезла в разговор, но, увидев, что я запустил пальцы в шелковистые волосы девушки и стал прижимать её голову сильней к себе, закатила глаза и вопросила:

– Исах, как так вообще можно? Не Роал, а одни грязные шлюхи… И кого мы только набрали?

Тосэт попыталась ей ответить, но её рот был занят, так что она, лишь чавкая, что-то непонятное прогудела, и Сартах продолжила говорить про Элех дальше:

– Я свяжусь с кланом Лэигир'Заргорэл, чтобы Элех приняли обратно в него. Они сами с большим удовольствием согласятся на это, я очень постараюсь…

Сартах осеклась, так как я, грубо держа голову Тосэт за волосы, чтобы та оставалась на четвереньках, поднялся на ноги, а после заставил чернявая бестию развернуться к себе идеально ровной формой сердца. По словам самой Тосэт, она должна была быть девственной, но черногривая лишь выгнулась от удовольствия и заспешила сама начать двигаться телом.

Тем временем две другие Роал, стоя с разных сторон от меня, молча наблюдали за ходом моей похоти, так как сейчас я просто жаждал уже выплеснуться. Уже плевать на Тосэт, мне чрезвычайно сильно требуется избавиться от напряжения, что скопилось во мне за все предыдущие разы. Не хочу, чтобы меня поглотил Сагхил. Поэтому я был груб. Извини, Тосэт, но тебе придётся потерпеть. И к тому же ты сама полезла, когда тебя не просили.

Порыкивая, я засаживал ей наполну до упора, отчего Тосэт протяжно тянула букву «у» с плаксивым завыванием. Цепляясь побелевшими пальцами за шкуры на земле, попутно всё больше загребая их под себя, она уткнулась в них лицом, а затем впилась и зубами. Отпустив попу девушки, я с силой отдёрнул её руки от шкуры и, выкрутив ей кисти за спину, заставил её встать обратно на колени и продолжил интенсивно её истязать.

Я взглянул на Гаяру, лицо её оставалось внешне спокойным, но вот её глаза заведённо пылали. Поймав мой взгляд, она выдавила:

– Знаешь… Хоть ей и нравится, как ты её дрючишь, но вот я уже задумываюсь, что уже несильно хочу проходить с тобой Хубаал.

Вот только её масленые глаза противоречили её словам, собственно, как и её подрагивающая ладонь, которую Гаяра запустила между бёдер. Впрочем, я быстро отрешился от Гаяры, так как Тосэт, замычав, сжала челюстями пальцы моей пятерни у себя во рту, и, став выгибаться, аж взвилась на носочки – в попытке отпрыгнуть, как лягушка, от меня прочь. Она же первым делом, как её руки освободились, вырвала мою ладонь из своего рта, став яростно изворачиваться. Одна рука вцепилась ногтями мне в кисть руки, которой я пытался держать её торс, а второй ладонью она стала раздерать мне грудь. Взгляд у неё был бешеным. Она выпрямила подо мной ноги, пытаясь таким образом зажаться от меня, и я вжал её в землю.

Но тут на моё плечо легла когтистая рука Сартах, и издали до меня донёсся её встревоженный голос:

– Всё, всё! Хватит. Ты уже перегибаешь. Она уже не может больше. Остановись.

Я чрезмерным усилием воли заставил себя замереть. Кровь оглушала своим биением по вискам, бешено стуча в голове. Тосэт напоминала спелое красное яблоко: её фарфоровая кожа реагировала на любое маломальское прикосновение, а их было не перечесть сколько, да ещё и грубых, жёстких. Её мокрые волосы, потеряв объём причёски, патлами налипли на кожу. Я вновь медленно задвигался. Это моментально заставило Тосэт напрячься и выгнуться в струну, и Сартах уже более настойчиво стала отодвигать меня от черноволосой.

Приподнявшись, я схватил Сартах за кисть и зарычал. Перед глазами была пелена, и я различал только обнажённое тело Тосэт. Оно светилось, привлекая своей красотой. Я не могу остановиться. Не сейчас!

На помощь Сартах пришла Гаяра, схватив мою вторую руку. И стоило её голому телу попасть в моё поле зрения, как я переключился уже на него…

Оно изысканное. Я хочу его. Только особо искушённый может понять, что эта самка несравненна, словно огранённый бриллиант. Теперь надо только действовать осторожно, чтобы когти не повредили красоту, нежно и мягко.

– Гр-р-р… – говорю я ей.

Но она не понимает. Тогда я сам укладываю её на спину. Вот умница. Теперь она поняла, что я сказал. Её мягкие бёдра оплетают мою чешую. Я знаю, что ей понравилось, когда быстро и жёстко, но мне не стоит усердствовать, всё же я сам быстрый и жёсткий. По сравнению с ней. Да-а… сладко. Аж задние лапы ломит. Даже голова внутри чешется. Но сегодня я слаб, раз так быстро насладился Драгоценностью. Жаль. И стыдно перед ней. Но плевать. Я уже засыпаю. Было потрясающе хорошо, а в следующий раз я покажу ей настоящую, Истенную Силу Дракона.

***

Я проморгался, уставившись на каплю пота, что, стекая по моему носу, замерла на его кончике. А затем перевёл взгляд на лежащую подо мной Гаяру. Взгляд у неё был непонятный, то ли ошалелый, то ли заведённый, то ли и вовсе остервенелый. Встретив мои глаза, она очень медленно и с хрипотцой от пересохшего горла промолвила:

– Я… ты… сейчас… только что… ты в меня… и кажется, мне там всё порвало… не чувствую… там всё горит… после того, как ты излился… было очень горячо… не вылезай пока что… хочу ещё немного… ощущать тебя… Ну вот… я же говорила… что даже не думала, что так быстро… позабуду о своём…

Взгляд её стал отрешённым, но она продолжила крепко прижимать меня к себе. Я же попытался сосредоточиться на чувствах, ощущая в себе силы ещё на заход. Видимо, сказалась изнурительная череда незавершённых танцевальных номеров с разными партнёршами. Тем не менее смущало восприятие себя языком в колоколе. А, ну да. Как-то из головы вылетело, что Эгор был нереально огромным Хасом. Слава Винару, что Гаяра спокойно пережила Дракона.

И я поддался порыву сердца и, подтянувшись к лицу Гаяры, нежно поцеловал её в губы. Моё прикосновение вывело девушку из ступора, отчего я поймал её удивлённый взгляд, что, перескакивая с затравленного на неверящий, стал после как-то странно смотреть на меня. Не знаю, чего она так реагирует на искреннюю ласку и сопереживание?

И всё же ей пришлось выпустить меня из своих объятий, так как я принялся подниматься. Встав, я мельком обежал взглядом по всему её телу, убедившись, что там всё цело и я ничего не повредил. Всё ещё лежащая Гаяра продолжала странно смотреть на меня, и мой быстрый осмотр её ног добавил её взгляду ещё больше неясных мне эмоций. И я обернулся на Сартах, которая взирала на меня с укором.

Подле неё, вытянув ноги перед собой, на земле сидела взмыленная, но чертовски довольная Тосэт, чья светлая кожа в разных местах всё ещё оставалась красной, продолжая гореть пятнами, полосами и следами от моих жёстких хваток и прикосновений. Её лицо лучилось радостью, и она не преминула мне тотчас заявить:

– Вот это было… шикарно! Я про то, как ты меня трахнул! И про то, как ты стал маленьким драконом и насадил Гаяру. А это правда?.. – хотела она было задать какой-то свой следующий вопрос, но по её макушке щёлкнул коготь Сартах, чтобы та замолчала, и главная Роал спросила:

– И что это было? Серьёзно – Дракон?

Я прошёл к бадье с холодной и грязной водой, но всё равно залез в неё и попутно быстро просмотрел сообщения о присоедини двух новых Роал к себе. Но вот чего я не ожидал, так это того, что я в облике дракона сделаю всех Роал частью своей коллекции. При этом Тосэт, Гаяра и Южа моментально приняли правила, тогда как остальные повременили. Я занырнул в бадью с головой, но быстро приподнялся и ответил:

– Да. Я – дракон, типа… И если меня долго держать в возбуждённом состоянии, то я неконтролируемо обращусь в него, так как не смогу сдерживать свою суть в узде.

Сартах лишь недовольно цокнула и с претензией заявила:

– Ты же обещал.

Однако я резко встал из воды и оборвал её начинающуюся тираду:

– Мать твою, Сартах! Я Странник! Ты даже не представляешь какой пиздец творится со мной! И о половине я просто не могу сказать, потому что мне запрещено! Правилами, Богами да самим Эло! Да я и сам порой не знаю, что мне можно говорить, а что нельзя! Ведь одно любое слово может убить меня. Но если ты действительно желаешь… – я, задыхаясь от ярости, смотрел на опасно сузившиеся глаза лисички, но злоба так и подкатила ко мне, поэтому я выдохнул: – …то смотри, – и я трансформировал своё тело в истинный вид – с тёмной кожей, с рогами, со всеми татуировками, проявил даже демоническую печать на спине. – Вот! Вот как я выгляжу! – я закричал на неё. – Теперь довольна?! И что это меняет? А? Хоть кто бы поинтересовался, каков я внутри, а не снаружи?! Блядь! Да я сам от этого схожу с ума!

Меня несло, и я путался в своих мыслях, поэтому я благоразумно заткнулся и всмотрелся в свои чёрные руки с острыми ногтями. Но уже вставшая на ноги Гаяра привлекла всех к себе:

– Так вот чего вы так носились с Орденом.

Сартах же, не оборачиваясь на неё, подошла ко мне и, смотря мне прямо в глаза, успокаивающе положила свою когтистую ладонь мне на грудь. И то, что она затем произнесла, меня глубоко поразило:

– Ты тоже многого не знаешь о нас. А я вот знаю, какой ты внутри. Ты разбит внутри. Твоё сознание не цельно. И ты по кускам собираешь его воедино. Дайра медленно вплетает тебя в свой узор. В тебе несколько душ, и ты принадлежишь сразу нескольким мирам. У тебя есть семья в другом мире, где ты прожил уже… несколько десятков лет. И эту твою часть, что уже была сформирована, разрывает. Ты не можешь дать определение этой боли, так как это боль души. Я знаю это.

Сартах с нежностью смотрела на меня, пока со стороны входа в шатёр не раздалась команда, произнесённая жёстким голосом:

– Так. Все быстро вышли!

И я в первый раз увидел не присущую Сартах реакцию, никогда даже и помыслить не мог, что её лицо может вот так страшно исказиться в приступе глубочайшей ненависти. Её лицо так сильно поразило меня, что я дрогнул, вот настолько оно было ужасающим. На одну секунду её лицо сморщилось, притом что кожа натянулась, показался свирепый оскал, а сузившиеся глаза вспыхнули гневом, но уже через мгновение, когда она резко повернула голову к скомандовавшей им уйти, Сартах молниеносно сбросила свою эмоцию, став спокойной. Тем не менее по её телу всё же пробежала мимолётная дрожь, заставив глухо звякнуть её цепочки. И Сартах, почтительно кивнув головой, сказала:

– Да, Почитаемая. Мы уходим.

И, быстро окинув взглядом остальных Роал, Сартах направилась к выходу, при этом остальные девушки, не успевая одеться, похватали свои одеяния и, суетливо натягивая их на ходу, последовали за лисичкой прочь. Но Инсэн положила руку на плечо мимо проходящей Сартах, останавливая её, и, пропустив вперёд остальных девушек, чтобы остаться с моей главной Роал наедине, скептически поглядела на уже накинувшую на себя капюшон лисичку и очень тихо спросила её:

– Ты хоть осознаёшь, когда ты являешься собой, а когда аватаром?