Фира, Хранитель Леса Уба, Защитник Древа Уба, Страж Барьера. Возраст: неизвестен (предположительно, древний), 8828-й уровень. Раса: Дриада (второе развитие: Дрэйда, Тейп Аквилегии – Красный Кампсис). Гибридизация (Бадана, Айвдинос, Гидрана, Кервидай (подвид Скита)). Мутации (Инсект, Саррацения). Кросс‑класс: Егерь – Страж Леса, мультиспециализация (Бастион, Высший Стратег, Селекционер, Великий Мастер Флоры, Особый Бист‑Мастер, Гранд-магистр Магии Природы). Титулы: Дух Леса, Душа Леса, Сердце Леса, Суть Леса, Сознание Леса, Госпожа Леса, Добрая Воля Леса, Мстительная Сила, Ярость Природы. Мировоззрение: нейтральное. Поведение: уравновешенное. Характер: твёрдый, терпеливый, эпизодически вспыльчивый. Имеет глубокие душевные триггеры, которые приводят в мгновенную ярость. Испытывает сильную неприязнь к Хуманам, Эльфам, Гоблинам, Демонам, Некройям. Патологическая ненависть: разведение огня, рубка любого дерева, чрезмерное хищение Даров Природы. Благосклонна к пилигримам, что уважают её Лес. Потаённая страсть: наблюдение за преодолением трудностей и собственных лимитов другими существами. Черты характера: внешняя отрешённость, двуличность, скрытность, апотемнофилия, латентный мазохизм. При особых триггерах проявляется: садомазохизм, психологический садизм, сексуальный садизм. Справка: Фира обитает в лесах Уба уже достаточно давно, и местные жители поколениями поклоняются ей как местной Богине Леса, принося ей частые дары и отмечая праздники в её честь. Очень часто местные жители просят Фиру как непредвзятого Судью рассудить их споры, и Фира всегда отвечает их просьбам взаимностью, честно обличая виновных, тем самым снискав себе славу как Доброго и Рассудительного Духа Леса.

Я вгляделся в черты женского лица, сильно напоминающие мне одну известную модель Бар Рафаэли. Но, естественно, лишь напоминающую, так как из‑за огроменных треугольных глаз, что были в полтора‑два раза больше человеческих, я затруднялся вообще что‑либо сказать о схожести с кем‑то конкретным. Оценка существа и обстановки пронеслась в моей голове за считаную секунду, и вот уже раздавался льстивый голос Ялониса, который тут же заговорил на общем:

– Госпожа Леса! Мы приносим Вам глубочайшие извинения за то, что мы посмели потревожить Вас. Нашему проступку, обагрившему кровью Ваш Лес, нет никаких оправданий. Мы немедленно покинем Ваши владения, о Мудрая…

Все эльфы, вторя словам своего командира, повторяли его поклоны, а после его речи, не разгибая поясниц, двинулись пятиться назад, отступая мелкими шажками к кромке леса, что была уже в метрах пяти.

Но Дриада уставилась на меня и подозрительно поинтересовалась у эльфов:

– А почему ваш девятый не столь же учтив, как и все вы? Принимаете меня за дуру, решив, что я его не увижу? Что вы задумали?!

Эльфы застыли, а Ялонис даже распрямился, и по его широко распахнутым глазам в прорезях маски можно было оценить, что он пребывает в полнейшем замешательстве. Эльф только начал выдавливать из себя звуки речи, как Фира уже махнула рукой и с меня спал эффект Хозяина Леса.

Увидев меня, эльфы напряглись, поняв, что я, возможно, находился здесь долгое время, а у меня, соответственно, оставались лишь мгновения, чтобы просчитать ход своих действий. И я, мигом трансформировав свои уши в длинные, а цвет глаз поменяв на янтарный, убрал с головы шлем. Чуть повернув лицо и глянув на Ялониса, я спокойно и чуть мягко заговорил на эльфийском:

– Шиен, Айда. Йола, Эс Ялонис. («Спокойно, Воин. Приветствую тебя, Ялонис».)

Сделав паузу, я привалился спиной к дереву так, чтобы группа эльфов и Дриада оказались по обе стороны моих плеч, и довернул лицо в его сторону, давая тому время разглядеть себя. Но по тому, как его глаза сузились, я понял, что он в порыве злости искривил губы. Тем не менее он фактически выплюнул на общем:

– Барон… И давно вы с нами?

Я же, оценив его намёк, что они были на суде, не поменял интонации и, оставаясь расслабленным и делая ленивый кивок головой, продолжил речь на эльфийском:

– Увидел вашу игрушку, бегущую по полю…

При моих словах Ялонис кинул быстрый и раздражённый взгляд на Дриаду и прервал меня, правда, заговорив уже тоже на эльфийском:

– Понятно. Что же ты скрывался, ху…

На слове «хуман» он завис, так как, волнуясь о реакции Дриады и отслеживая её движения, только сейчас обратил внимание на мои уши. Пропустив удар сердца, он исправился в обращении:

– …Хаф? Но ладно, ещё встретимся, Барон.

На этих словах он пересёк границу леса, выйдя за незримую черту владений Дриады. Его же последние слова несли для меня не то что обещание дружеской встречи, а именно что угрозу и полное намеренье обязательно наведаться лично ко мне для беседы по душам.

Именно из‑за этого я, продолжая быть равнодушным, окликнул его:

– Ялонис. Забирайте Поля и выметайтесь из моих земель. И помни, что единственная вещь, по которой ты, явившись снова ко мне, останешься в живых, будет лишь приказ Плетущей.

Свободно задвигавшийся эльф замер, начав буравить меня тяжёлым взглядом, а я принялся нарочито открыто осматривать стоящих рядом с ним бойцов. Тон Ялониса стал леденяще спокойным:

– Хорошо, Хаф. Нам больше нечего делать в этих… поганых землях.

Пытаясь оскорбить меня или задеть словами, он ненароком обидел и саму Дриаду, так как её лес был в этих же самых землях. Или она попросту посчитала, что эти слова и были именно о её землях. Да и как можно было даже не подумать над тем, что древняя Дриада, возможно, знает все языки Дайра?

Действовала она просто, жёстко и эффективно. Стремительные корни деревьев оплели ноги эльфа, а почва размягчилась, превращаясь в лужу болотной жижи, в которую корни принялись погружать тело. Из‑под земли выстрелили лианы, оплетая торс и руки Командира охотников, а через секунду за деревьями у меня за спиной прозвучал громогласный медвежий рёв, что тараном ломанулся через кусты на Ялониса. Команда эльфа, наблюдая за нападением на командира, не стала смиренно стоять и быстро ощетинилась оружием. И это было их ошибкой. Стой они спокойно да дай расправиться со своим главным, Фира бы их и не тронула. Но их воинственное поведение заставило её атаковать и их тоже. И все они тотчас оплелись корнями и тягучими жгутами стеблей, а к медведю сразу прибавилось с десяток других крупногабаритных зверей. Я не стал упускать момент и вызвал Шат’то, что, оценив обстановку, направила всех Дев на эльфов. Главное, чтобы они не атаковали животных, которые, к слову, всё же пытались задеть рядом с собой проносящихся девушек, но пока их приказ был чётким – убить эльфов, отчего те особо специально не гонялись за случайными помощницами.

Оценив начавшийся бой и продолжая прижиматься спиной к дереву, что, если честно, не было лучшей идеей рядом с Дриадой, так как она легко бы могла приказать дереву сковать меня собой или в себе, я взглянул на Лесную Госпожу. Всё это время глаза Фиры с интересом рассматривали только меня, а встретившись с моим взглядом, в них блеснул нездоровый огонёк. Лицо же её напоминало безэмоциональную маску из дерева, и лишь треугольники неморгающих глаз медленно меняли формы, хоть как‑то выказывая внутренние эмоции. А ещё я разглядел, что её левый зрачок часто изменяет форму, то становясь огромным, то начиная сужаться, когда как правый глаз всегда оставался спокойным. Понаблюдав за этим явлением ещё, я догадался, что левым глазом она следит за битвой.

Она обратилась ко мне первой:

– Правильно ли я понимаю, что ты решил ударить в спину своим товарищам, эльф?

На моём лице скользнула злорадная улыбка:

– Отчасти…

Она сделала резкий шаг в мою сторону, и я поспешил пояснить:

– За исключением того, что они не мои товарищи и что я не эльф.

Дриада задумалась, и её левый глаз перекинулся на меня, а голос Дриады колокольчиком разнёсся вокруг, перекрывая лязг железа и рёв диких животных:

– Ты разве не эльф?

Моя улыбка стала шире:

– И не хуман. И не гоблин.

– То, что ты не гоблин, я вижу прекрасно и сама… – внешне она оставалась спокойной, но прозвучавший более высокий перезвон указал мне, что Дриада явно поддалась на мою провокацию.

– И кто же ты тогда, раз не эльф, не хуман и не смесь из них? – в её голосе прозвучал интерес, но очень опасный. Такой, который обещал, что если мой ответ разочарует её или окажется достаточно банальным, то она убьёт меня.

Я оглянулся на битву трёх групп и оценил гигантского медведя, не уступающего уровням эльфов. Ещё там были парочка исполинских волков, серый и чёрный, монструозный лось, пантера, анаконда, конебык, подобный выращиваемым местными, синий заяц размером с конебыка, стая крупных белок и обычный бобёр. Вся эта свора, носясь вокруг борющихся с природой эльфов и каждый раз атакуя разных жертв, так как те по‑прежнему оставались смертельно опасными, несла полнейший хаос. А мои Девы, будучи слабее всех присутствующих, отчего им приходилось кружить между всеми в ожидании удобного момента для финального удара по эльфам, вносили в общую сумятицу ещё больше бардака. Ко всей кутерьме добавлялась ещё и Дэй, что была в состоянии летающего меча, который бумерангом взрезал пространство.

Я вновь посмотрел на Дриаду, но она за доли мгновений, пока я оглядывал битву, внезапно оказалась прямо передо мной, почти касаясь меня грудями. Рост у неё был чуть ниже моего, но сейчас она стояла на корне, что делало её намного выше, и мне пришлось задрать лицо вверх, чтобы скрестить с ней взгляды. В нос ударил яркий аромат цветочного букета с долей мшистого оттенка и примесью резкой капельки смолы, а за всеми этими нотами угадывался тёплый запах кожи ящерицы. В ответ на мой глубокий вдох Дриада, делая короткие и резкие движения головой, сама обнюхала меня. Я же присмотрелся к её бархатистому жёлтому лицу, отмечая, что за анатомической границей лицевой части у неё начиналась красная змеиная чешуя. Её же уши, скрытые под копной листвы, замещающей ей волосы, были оленьими, очень длинными, торчащими, подобно моим, в стороны, но покрытыми чешуёй. А ещё под её копной листьеволос были скрыты маленькие, сантиметров в шесть, остроконечные оленьи рожки. Она приоткрыла рот, полный мелких и острых зубов, что за её губами показались белыми кончиками, и высунула два толстых хвостика раздвоенного, словно он у неё был разрезан, красного языка. Но сделала она это, подражая змеям, чтобы уловить ещё и вкус запаха, только не тряся им в воздухе, а лишь слегка высунув перед губами. Поймав мой горящий взгляд на вот этой своей части, она приоткрыла рот чуть шире, и её язык стремительно, дотянувшись до скулы, облизал ее щёку, а после скрылся за губами. И всё это действо было для неё столь естественным, что для меня было сравнимо с тем, как обычные девушки облизывают себе пересохшие губы.

Я посмотрел в её глаза, трансформируя в своём рту язык в длинную версию и потаённо готовясь в следующий раз поймать её язык своим, но она молвила пушистым тоном:

– Я чую в тебе противоестественное… Демоническое… Давно я не встречала подобных… тварей. Но вот что странно. Я чую в тебе и зверя, и монстра… И огромного ящера… Очень странного огромного ящера… Кто ты такой?

Я пропустил её вопрос и нахально задал свой:

– Ты ведь изначально пришла к нам, так как сразу учуяла меня, верно?

На её восковом лице не дрогнуло ни единой черточки, но голос преисполнился лёгком смехом:

– Ты слишком большого о себе мнения…

Смех в голосе стих, и он заполнился пустотой, что выразилась в ровном тоне:

– Но ты прав. Ты привлёк… моё внимание.

Всё было достаточно просто. Разве станет Хранитель Леса, недолюбливающий людей и эльфов, объявляться у его границ ради проверки того, почему там одни двуногие ублюдки режут других? Ей плевать на всё это. Тут может идти хоть война, и пока никто не рубит и не жжёт её лес, она не кажет и своего виду. Эльфы резали Поля до меня уже достаточно долго, но она явилась тотчас, как я зашёл в лес. Вывод? Она чует меня. Как? Следуя из того, что она подавила у меня эффект Хозяина Леса, сам лес ощущает меня. Я подхватил её слова и направил в нужное мне русло, спросив напрямую:

– Ты пришла познакомиться? Или у тебя более конкретное предложение?

На сей раз её изогнутые объёмные брови зелёного цвета приподнялись, и она на некоторое время, пока обдумывала мои вопросы, молчаливо впялилась в меня обескураженными глазами. Я же, глянув на бой, где среди групп ещё сохранялся статус‑кво, не дал ей додумать ответы и предложил:

– Может, объединим усилия и ты позволишь моим Девам добить эльфов? А я в обмен на это… я выполню твою просьбу.

Дриада сразу же ухватилась за это и с интересом уточнила:

– Любую?

Я хмыкнул:

– Нет, не любую. Но обещаю обдумать её и сказать, смогу ли я её выполнить. И если нет, то ты вправе просить другое.

– Какой ты… хитрый, – Фира стрельнула в меня глазами и, помолчав, заявила: – Ты даже не ответил на мой вопрос о том, кто ты есть…

Я поморгал, так как только сейчас понял, что она уже достаточно давно прижимает меня своим телом к дереву. Как это произошло? Когда она успела? Почему я пропустил этот момент?

– Что случилось? Отчего ты так напрягся? – её голос разразился вереницей ехидных колокольчиков прямо у моего лица, а губы обдало сладким дуновением выдоха Фиры. Я понял! Это глаза. Каждый раз, когда я в них смотрю, она каким‑то неведомым образом гипнотизирует меня, и моё зрение становится замыленным, концентрируясь только на самих глазах. И именно поэтому я не вижу и не определяю её мимику. Я закрыл глаза, что вызвало ещё один смешок со стороны сладострастной Дриады, и она отстранилась, а я с сожалением отметил и оценил утрату давления её упругого тела на своё.

Стараясь более не смотреть в её глаза, я вообще отвернулся от неё и принялся следить за боем. И сразу отметил изменение в поведении зверей, что теперь не кидались при малейшей возможности на девушек, а даже немного скооперировались с ними, отчего дело заспорилось. Эльфы, конечно, были мощными, да ещё и сработанной командой. Разрывая силой, разрубая оружием и уничтожая магически беспрерывно возникающие оковы природы, ушастые не только успевали отбиваться от нападающих зверей и жалящих исподтишка постоянно трансформирующихся в мечи девушек, они также успевали ещё и помогать друг другу избегать новых земляных ловушек и прикрывать от ударов соседей. Я поймал себя на мысли, что вся их бешеная активность напоминает мне собой цирковую труппу гимнастов: выверенную, слаженную, чёткую по движениям. Они скакали с одного места на другое, запрыгивали на плечи и спины друг друга, клинки разрезали воздух столь стремительно, что напоминали крутящиеся лопасти вертолётов, а пара среди них лучников расстреливала округу стрелами, словно из автоматов. И я скажу, что если бы не станящие заклинания Дриады, что тормозили и отвлекали на себя половину движений эльфов, то элитные бойцы бы влёгкую отбились от всех нападающих.

Через несколько секунд моего наблюдения я различил возникновение для ушастых новых препятствий, по земле стали перекатываться волны, стремительные гребни, разрыхляя почву, старались вдарить по ногам обороняющихся, а трава под ногами эльфов теперь становилась острыми ножами. В нескольких местах поодаль битвы стали формироваться фигуры големов, состоящих из земли, камней, веток и оплетающей всё это, чтобы скрепить между собой, травы. Крайние деревья леса стали гибкими, подобно телам змей, и принялись резко, будто хлысты, лупить своими стволами по эльфам, чётко выворачивая свои кроны так, чтобы не зацепить союзных животных и моих Дев. Я кинул быстрый взгляд через плечо на Дриаду, которая, оказывается, уже полулежала на кушетке, образованной для себя из толстых корней деревьев. И она по‑прежнему глядела на меня одним глазом, а вторым следила за битвой.

Подловив меня на том, что я глянул на неё, она внешне равнодушным тоном, но переполненным скрытым подначиванием, предложила:

– Готова поставить на то, что я первой пролью эльфийскую кровь…

Я повёлся и, быстро отводя взгляд, хмыкнул:

– Поставить что? И первой по сравнению с кем?

Я почувствовал прикосновения к моим икрам и настоятельные тычки за коленями, будто мне предлагали согнуть ноги, чтобы сесть. Я оглянулся за спину, увидев сформировавшееся из корней, подобно кушетке Фиры, плетёное кресло, и сел в него. Фира же медовым голосом пояснила:

– Первой из нас двоих… А поставить… Твою жизнь… Если я смогу первой пролить их кровь, то ты навсегда останешься в моём лесу.

Такой наглости я уже не мог противодействовать, отчего я посерьёзнел и мрачно молвил:

– Во‑первых… Я тебя уделаю, Фира. Не в споре… Нет. А в битве один на один с тобой. Я тебя порву на дрова и щепки… А во‑вторых… Твой Лес располагается в моих Землях, а значит – это мой Лес…

Само собой, моей наглости она тоже терпеть не стала, и моё тело мгновенно оплели корни кресла, намертво сковывая собой. После чего они развернули меня лицом к Дриаде и приблизили к ней, но я всё ещё оставался в сидячем положении. Я разглядел хищную улыбку и, избегая её глаз, сфокусировал свой взгляд только на её губах. Она же злоехидно процедила:

– Ты‑ы? Победишь меня? Ты слабак! Нахальный! Самоуверенный! Дерзкий идиот! Насекомое!

Начав перечислять все мои достоинства и сама заводясь от своих слов, Дриада приподнималась из своего полулежачего состояния и всё больше склонялась ко мне. Её палец с длинным острым ногтем, напоминающим огромную чешуйку поясохвоста, ткнулся мне в подбородок и надавил острием на кожу, сама же Дриада продолжала выплёвывать оскорбления:

– Червяк! Знай своё место, ничтожество! Тебя стоит проучить! Тебе лишь невероятно повезло, что ты неведомая для меня зверюшка! Поэтому я лично покажу тебе, где твоё место!

Корни деревьев давно уже перестали формировать для меня кресло и, разведя мои конечности в стороны, подвесили в воздухе перед Фирой. И они также сжимали мне шею, норовя оторвать голову от тела. Вот только реальное давление и разрывание для меня было незначительным, тем не менее я не подавал вида, что мне легко, а продолжал наблюдать за следующими действиями вспыхнувшей Дриады. Фира уже стояла передо мной в полный рост, широко расставив крепкие ноги, а вспыхнувшее бешенство распушило на её теле всю чешую. Голос её сорвался на крик:

– Да как ты вообще посмел?! Наплевал на моё гостеприимство! Хамишь мне?! Это Мой Лес!!! Ублюдок!

Так! Походу, она уже всё. Совсем поплыла. Даже стала путаться в смыслах своих слов. Я использовал Гоустран, проваливаясь спиной назад через её корни, и телепортировался за границы леса и подальше от места битвы. Но навык переноса не сработал, я никуда не портанулся, оставшись падать спиной на землю. Значит, пока я нахожусь в Лесу, Дриада имеет некую власть надо мной и может блокировать у меня некоторые навыки. А я ведь хотел избежать прямой битвы с ней.