1 глава

Эмилия

Семья– это безусловно важно.

Но ничего нет важнее самого себя.

Я столько лет мечтала поступить в лучший государственный университет в Южной Корее. Кто бы мог подумать, что поможет мне в этом не отличная учёба, а богатый мужчина моей матери. Я безусловно благодарна ему, но кто-нибудь мне объяснит, зачем я столько учила? Вы можете сказать, что это было нужно для дальнейшей учёбы и это пригодится в жизни. Нет. Тут всё иначе. В первый же день мне надавали кучу конспектов по предметам, которые я даже не изучала. Всё что я учила в старшей школе было зря. Нужно было остановиться после того, как выучила алфавит и научилась читать, и переходить на высшие науки. И как же сложно сосредоточиться, когда твой придурковатый названный брат устраивает каждый вечер оргии, не заканчивающиеся до самого утра. Ещё и эти два Биба и Боба, которые ходят за ним по пятам. Убила бы.

Вечные подкаты в мою сторону. Как объяснить этим ловеласам, что я тут не для их утех? Конечно, общение с ними дали бы свои плюсы. Несмотря на репутацию, учителя были готовы кланяться им в ноги. Точнее Гуку. Тут удивляться вроде бы и нечему. Если его отец оплатил учёбу мне, сложно даже представить, какое состояние он вложил в него. И тем не менее, мне это было не нужно. Не нужен популярный парень, бродяга с подворотни. Не хочу. Вот закончу учёбу, тогда уже и можно думать. Можете считать меня старомодной.

Поверьте, я не монашка и встречалась с парнями. И понимаю, что секс нужен для здоровья и бла-бла-бла. Но, когда ты начинаешь жить не за свой счёт, ты начинаешь пытаться как можно скорее закончить этот период. Не устану говорить, что благодарна Господину Хван Ли, но быть под его опекой и жить в чужом доме долго, не горю желанием.

Я сотню раз пыталась уговорить свою мать снять ещё одну квартиру. Для них сейчас это были не деньги. Но её аргументы были одинаковы: «Гук может тебя защитить. Вдруг грабители? Пожар? Наводнение?». Ох, мама, знала бы, что происходит в этом доме, была бы не против если бы я утонула при наводнении.

Гук, в отличии от своих дружков, не пытался приударить за мной. Но его ненависть ко мне… ГОСПОДИ, да в чем я виновата?! Моя мама правда полюбила его отца. Я никогда не видела её такой счастливой. Но, видимо по плачевному опыту, он везде видит меркантильных женщин, которым нужны их деньги. Я стараюсь не идти на рожон, не вступать в конфликты с ним. Я стала кем-то вроде домработницы. Да и Бог с ним. Уберу, приготовлю, отучусь и свалю в светлое будущее под смачные звуки домашних оргий. Его жизнь остановиться без денег отца, моя же жизнь так легко не угаснет.

Завязав высокий пучок, я взяла папку с конспектами и залезла на подоконник, чтобы воспользоваться этим вечернем затишьем. Я даже не переодевалась после учёбы. Сил уже не осталось даже на это. Ещё и духота. Даже распахнутое окно не пропускало в комнату свежий воздух. Единственное, что я сделала, стянула с себя блузку, оставаясь в коротком топе. И принялась за изучение теорем. Но стоило мне только вникнуть, как раздался громкий рёв мотоцикла.

– Нет…

Я с грустью опустила взгляд вниз, наблюдая за подъезжающим мотоциклом. Завидев меня, Гук поднял одну руку, показывая мне средний палец. Как же хотелось, чтобы он упал в этот момент. Я даже поймала себя на мысли, что, как ведьма, бубнила под нос: «Упади. Упади». Он не упал. Плохая из меня ведьма. Нужно бы приобрести котелок.

Снова уставившись в конспект, я пыталась продолжить учить. Читая раз за разом, я не могла понять даже то, что учила до этого. Словно кто-то поменял все буквы местами.

Телефон завибрировал, окончательно путая все мысли.

Дженни: «Я слышала у вас сегодня вечеринка. Почему ты не позвала меня?».

Я: «Ты же прекрасно знаешь, что я не устраиваю вечеринки в этом доме».

Дженни: «Ладно».

Коротко и ясно. Вот и весь диалог. Сложно догадаться, почему она так рвется стать моей подругой, не так ли?

На самом деле она вроде не плохая, если сравнивать с остальными моими новыми знакомыми. В конце концов, нужно хоть с кем-то общаться чтобы не сойти с ума.

– Эй, на стол нам накрой. Сейчас придут гости.

Голос Гука заставил меня вздрогнуть. Я ведь знала, что он зайдет. Почему я напугалась, как дитя?

– Если ты не заметил, я занята. И может все-таки начнёшь стучаться?

Я кивнула на папку в руках, но тот лишь брезгливо поморщился.

– Мой дом. Мои правила.

Да, вот его главный аргумент. Как же ему нравится меня этим потыкать. Главное в такие моменты сдержать себя в руках и не запулить этой папкой в его голову.

– Я готовлюсь. У меня сессия.

– Плевать.

– Ладно, – я закрыла папку и положила её рядом, – сейчас накрою. Если завтра не проснёшься от моей стряпни, знай, я тебя отравила.

Парень нервно сжал скулы. Да, ему было, что сказать. Эх, как же хотелось, наверное, ответить мне. Да лучше бы огрызнулся, чем в очередной раз тащить барышню в койку. Он ведь даже не скрывал, что ему нравится осознавать, что меня это приводит в бешенство. Тоже мне, нашёл лазейку вывести меня. Манипулятор чёртов.

Я спрыгнула с окна и пулей промчалась мимо, задевая его плечом. Но сама же зажмурилась, ощутив боль в руке. Кажется, у него в рукаве камни. Кто-то явно перестарался с протеинами.

Пробежав пару метров по узкому коридору, я буквально слетела с лестницы на первый этаж, чтобы не видеть его победоносную улыбку. Однажды, я замедлилась и заметила это наслаждение на его лице, что я выполняю его поручения, как собачка. Тогда я еле сдержалась, чтобы не разбить об его голову вазу. Теперь стараюсь убегать в такие моменты. Его отец вряд-ли оценит разукрашенное лицо сына.

Схватив белоснежный фартук, я повязала его на своей талии, закрепив сзади бантом. Удивительно, но это моментально успокоило, ну или нож в моих руках. Вставив наушники в уши, я принялась делать нарезки. За две недели я уже знала меню на такие мероприятия. Пару мясных, одну фруктовую для дам, сыр к вину. Желудок заурчал, напоминая мне, что себя кормить тоже надо. Выполнив «заказ» на вечер, я залезла в холодильник и взяла сочный стейк. Осталось только разогреть, когда мою ягодицу обжог удар. От неожиданности тарелка вылетела из моих рук, а мой ужин упал в ноги.

Повернувшись, я даже не удивилась, увидев там Хена и Джуни. Эти надменные улыбки, от которых сводит зубы. Откуда у парней, которые не отличаются привлекательностью, столько уверенности в себе? Напыщенные качки с разумом младенца. Один белобрысый, другой какой-то серый. Как гуси у бабуси. Ходят только и щипают за задницы девушек. Никакого морального устоя.

– Прости, котенок. Не удержался, – выдав себя, заявил Хен.

Рука машинально взлетела в воздух, с мощным шлепком приземляясь на его щеку. Его лицо покосилось от ожога, а кожа покраснела на месте удара.

– Прости, котенок. Не удержалась.

Джуни было тоже хотел схватиться за щеку, точно и сам ощутил боль, но лишь неловко заправил белокурую прядку за ухо. Он весь был каким-то уж чересчур обросшим: щетина, волосы длиннее, чем обычно. Будто несколько дней и вовсе не бывал дома, если не недель.

Услышав женские голоса в гостиной, я решила больше не задерживаться. Лучше остаться голодной, чем пробыть ещё хоть минуту в этой компании. Поэтому я быстро развернулась и зашагала в сторону лестницы.

– Горячая… – Проговорил Джуни, с усмешкой наблюдая, как друг потирает место удара.

– Не занимай комнату Чона.

– Решил опробовать его матрас?

Но он промолчал, окунувшись в свои пошлые фантазии, и тут же шагнул за мной.

Хен догнал меня на середине лестницы, нахально положив руку на плечо. От него так сильно несло перегаром, что я еле сдержала рвотный рефлекс. Его пепельные волосы стояли в положение, которое он зафиксировал рукой, до такой степени они были сальными от пота.

– Неужели я умудрился обидеть самую красивую девушку на планете?

Его ноги слегка подкосились, всем телом повиснув на мне. Благо весил он килограмм шестьдесят от силы, хоть и был достаточно высок. Скинув себя мужскую руку, я удержала его, чтобы тот не скатился кубарем. Не хватало ещё поломанной шеи. Почему эта мысль вызывает улыбку и приятное урчание в животе?

– Отвали от меня, Хен.

– Ты разбиваешь моё сердце.

– Не думаю, что ты сейчас думаешь сердцем.

– Мое сердце кричит в унисон со всем телом, детка.

Сломя голову я рванула вперёд к своей комнате. Но открыв дверь, замерла. Обнаженные тела. Она под ним… или сбоку… Слишком странная поза. Гук жадно сжимал её грудь, буквально вдалбливая блондинку в мой матрас. Наши взгляды схлестнулись. Он смотрел на мою реакцию с наслаждением, наращивая темп. Я оторопела от этой картины. Я правда не могла даже обронить и слова. Он прикусывал свою губу, тихо рычал, но смотрел только на меня.

Словно пощёчина, меня привел в чувства дикий крик дамочки.

– Да!!!!!

– Какого чёрта?! – Закричала я. – Почему на моей кровати?!

Но девушку мало волновало моё присутствие. Она лишь продолжала истошно стонать под натиском мужского тела. Внизу живота неприятно кольнуло, а вместо ответа на лице Гука расползлась улыбка.

– Хорошо. Тогда я лягу у тебя. Сожги мою кровать, когда закончите.

Со всей дури я хлопнула дверью. Я серьёзно услышала её треск. Хотя лучше бы это было его лицо.

Залетев в его комнату, упала на кровать лицом вниз и выпустила через крик всю свою накопившуюся злость, при этом тарабаня руками подушку.

Я прекрасно понимала, что Гук любит простые однодневные связи, которые не затягиваются во что-то масштабное. Но это уже переходило все возможные границы. Ещё и эта улыбка. Она теперь будет преследовать меня в страшных снах. Бррр…

– В такой большой кровати будет холодно одной. Могу составить компанию.

Черт! Надо было закрыть эту чёртову дверь на ключ! Проходной двор, а не дом. Хен даже не удосужился постучать. Видимо, меня захлестнули эмоции с головой, потому что я даже не заметила его в коридоре.

Не успев подняться, я ощутила мужские пальцы, скользящие по моей ноге с сторону ягодиц. Воздух с его губ срывался с низким хрипов вожделения.

– Отвали!

Я смогла только лишь перевернуться на спину, как парень уже был надо мной, а его руки изучали моё тело, пытаясь пролезть под узкий топ. Я била его, кусала, но, судя по всему, алкоголь действовал на него, как обезболивающее. Он даже не морщился, получая удары по лицу. Я смогла поджать своё колено и пнуть его в живот. Благо это сработало, и он отстранился, слегка сгорбивши спину от боли.

– Сука…

Парень хотел было вновь сократить расстояние, но завис, смотря в сторону двери.

Оперевшись на косяк, стоял Гук, скрестив свои руки на груди. Его взгляд был пустым, не выражающий ни малейшей эмоции, словно в нем что-то заклинило.

– Хен, такая засадит тебя уже завтра. Не советовал бы.