Цитаты из книг автора «Ася Лавринович»

Пара-тройка недель на заживление, – услышал я сверху негромкий сбивчивый голос Ярика. – Но получилось очень похоже… – Но зачем?.. – Понимаешь… Ярик замолчал. Теперь в ночной тишине слышался только отдаленный лай собак. Елизаров с Царевой уже вдвоем выглянули из окна и уставились

Окно второго этажа было довольно-таки высоко. Рядом находилась железная пожарная лестница. Ярик подпрыгнул и ухватился за нее руками. – Какого… ты делаешь? – спросил я, глядя, как он пытается подтянуться и закинуть ногу. – Выполняю свои обязательства! – пропыхтел Елизаров. – Хочу пригласить Ксюшу Цареву на свидание. Ого! – Тебе помочь? – Нет-нет, руки все помнят! – Ярик наконец забрался на лестницу. – Я с девятого класса так к Ксюшке лазил! – Я думал, ты был влюблен в ее старшую сестру, – озадаченно проговорил я. – Это я тебе так сказал, для конспирации

Это больше, чем мое сердце. Это страшнее прыжка с крыши. Это громче вопля бешеного…   – Ты с ума сошел? – покосился я на него. – Точно сегодня не пил? – Погоди, я настраиваюсь! – серьезно отозвался Ярик, продолжая бубнить под нос.

Куда это ты? – догнал я его. – Черти, вы что со мной творите все? – хриплым голосом проговорил он. – Кто что творит? Прости, я после всего слабо соображаю… – Ты со мной? – Ну, с тобой. А куда мы? – Я шел в ногу с Елизаровым. – Здесь недалеко… В центре.

Ярослав как-то печально рассмеялся. Из-за проигранного спора, что ли, расстроился? – Димыч, ты правда ей понравился. Без денег, с дурацкой прической, в каких-то нелепых шмотках… Знаешь, это круто, когда все по-настоящему. Я, если честно, даже забыл, каково это…

Но почему? – Бабье! – вынес вердикт Ярослав. – Сами придумали, сами обиделись… Вечно все драматизируют

Прости… – прохрипел он в рукав белой рубашки. – Прости, но тебя так развели… как ребенка… Грохольская! Блин, не могу! Я сперва молча улыбался, но затем тоже рассмеялся в голос. С каждой минутой мы ржали все громче. Люди, выходившие из «Черемухи», странно косились на нас. – Ты… хотел… развести… – задыхался от смеха Ярик, – а… развели… тебя… Ты такой лошара, Белов! Я вспомнил все Аленины фразочки и вопросы, казавшиеся странными на тот момент, нашу веселую поездку в лифте, ее нелюбовь к каблукам, потерявшийся в чужой квартире штопор, «Густава Петросяна»… И зашелся новым приступом хохота. – Скажи мне, они сумасшедшие?

Значит, она с тобой так и не поговорила… – вдруг сказал он. – Ты это о чем? – насторожился я. Отлично, кажется, я последним узнаю все новости. – Значит, все-таки испугалась… – Это было сказано не мне, а куда-то в пустоту. – Твою мать, Елизаров, я так и знал, что ты с самого начала во всем этом замешан… – Тихо-тихо! – примирительно поднял руки Ярик. Несколько секунд он будто что-то обдумывал. Затем вздохнул: – Ладно, раз дело приняло такой оборот… Я тебе сейчас все расскажу! Знаю я, где искать твою Грохольскую

Ярослав? Парень тут же обернулся. – Ты уже… рассказал все Диме? – спросила я. Он отрицательно покачал головой. – Это не мое дело, сами во всем разбирайтесь! Так будет честнее.

Я снова закашлялся. На сей раз, чтобы скрыть смех. Нужно было видеть невозмутимое лицо Алены и озадаченную Томочку рядом