Глава 3

Москва. Усадьба Ярла.

– ПЕТЯ! ПЕ-Е-Е-ЕТЕНЬКА! ЛЮБИ-И-И-ИМЫЙ! – звала милым голосочком пожилая женщина, поправляя свой перстень ликвидатора, свидетеля десятка буйств и не одной резни, организованных его хозяйкой за её долгую и полную сражений жизнь. Но на её миролюбивый призыв никто не явился…

– ПЁТР! – рявкнула она, словно демон из ада, и вмиг рядом с ней появился не только её любимый супруг по прозвищу Потрошитель, но и остальные жители усадьбы. – Представляешь, кто-то ночью помидорки поломал. Надо бы помочь им… Поделись-ка энергией, а то того и гляди не успеют дозреть.

– Конечно, сейчас! – Тут же ринулся к помидорам её супруг, склонился над ними и окутал свои руки энергией воителя.

Полезная энергия, мягкого бирюзового цвета. Если бы Пётр был магом, его бы назвали одарённым двух стихий. Но так как он был всего лишь скромным Воином Духа – воителем седьмого ранга, то его непривычную энергию называли просто лазурной. А ведь если покопаться, то можно было понять, что это комбинация двух стихий: водной и самой жизни. Её ещё называли природной. В бою она имела свои отличительные особенности, которые Пётр возвёл в абсолют воинского искусства и научился мастерски уничтожать своих врагов. В быту же… Эта энергия, лишённая агрессивных намерений, была бесконечно полезна для растений и разных живых организмов, отчего они с бабкой и любили высаживать огороды и держать всякую мелкую живность вроде курей, фазанов, коз, уток, гусей и прочих.

И вот Пётр накрыл повреждённый стебель ладонями, и тот через десять секунд уже выглядел как новенький. Совершенно целый и невредимый.

– Простите, пожалуйста, это я сломала ночью… – извинилась перед ними Юля.

– Вообще-то, я! Не надо меня прикрывать, Юля, – вылез вперёд Кен, который пол-утра носился с тачкой, помогая бабе Нине перетаскивать рассаду.

– Хорошо, что признались, молодчики, хорошо… Вы заканчивайте давайте нам с грядками помогать. Когда на тренировку-то пойти вы должны?

– Сегодня после четырёх занятия в додзё, – с уважением ответил Кен.

– Воно как… Добро. Мы с дедом вас тожа чуток погоняем. А шобы силушка не иссохла, сварим вам наш фирмовый сибирский борщец. Петенька, отвари, будь добр, свёколку.

– Ох, эт я мигом! Борщеца и я бы навернул, кастрюльку…

– Дитям оставь, остолоп старый. Сыну звонил ужо?

– Да, звонил.

– И по што Ярлушка понадобился у Кремле?

– Интерес к нему у Стефании появился. Но всё добре, наказывать не будуть. Мож, дажа чегось получить. Он пронырливый, так шо не переживай, Ниночек. Лучше вон цвяточками с Машей займися да заодно расскажи о том, какая она разная, сила воителя-то, буваеть.

– Иди ужо, малахольный. Без тебя разберусь, кому шо рассказывать.

В усадьбе началась большая августовская огородно-садовая неделя, в которой все помогали старикам, которые оказались крайне сильны, чему порой все жители дома удивлялись.

Пожалуй, самый показательный случай произошёл этим утром, когда у деда Петра оторвалась пуговица на рубашке и покатилась в гараж под тяжеленный бронированный пикап, выкупленный Ярлом у Светловых. Кен долго не мог догнать, как и зачем дед поднял заднюю часть пикапа одной рукой и держал вот так, пока тот не вытащил свою пуговицу. И такой случай был не единственным за эти несколько дней. Теперь все жители усадьбы наконец поняли, почему Мирослав так уважал эту пожилую парочку.

***

Столица. Императорский дворец. Приёмный зал регента.

Я входил, испытывая лёгкий мандраж. Не ожидал увидеть здесь брата…

Сердце и мысли с тревогой забились в моей голове. Я никак не мог успокоиться. А стоило войти в большой овальный кабинет, в центре которого стоял большой шикарный стол с удивительной красоты скатертью, на котором в серебряных да золотых блюдцах были удивительные яства… Не будь здесь Романовой, у меня бы потекла слюна. А так я остолбенел на пару мгновений и на негнущихся ногах и, слегка дрожа, подошёл к ней ближе, после чего изобразил поклон.

– Ваше Императорское Величество! Ярл Мирослав Краст по вашему ука-казанию прибыл, – проговорил я слегка дрожащим голосом, и моя слабость от переживаний за то, что я сбился с настроя для игры с Романовой, судя по её смешкам, была принята за раболепие.

– Проходите, дорогой гость. Не так много иностранцев в эти не самые добрые времена удостаиваются чести побывать в Кремле. Особенно не дипломаты. И уж тем более на встрече со мной. Ох, что-то вы весь испереживались… Вы не рады здесь находиться? Присаживайтесь.

– Благодарю, ваше величество! Я безумно рад, но… всё это так неожиданно, что я…

– Чувствуете себя не в своей тарелке, да?..

Её глаза с интересом изучали меня, и стоило мне сесть, а нашим взглядам на короткое мгновение встретиться, как я ощутил свербение в голове. Словно магнитной бурей накрыло… Это она сейчас к моему мозгу подключилась и настроение считывает? Фи, как грубо. Опа, а вот это уже необычное ощущение…

Стоило пройти паре секунд, как я ощутил лёгкую тревожность, которая, впрочем, быстро исчезла, а вместо неё меня затопил интерес, любопытство и… Возбуждение?

Так-так-так… Чуял я, что эфир обладает интересными свойствами и адаптируется мало-помалу, но… Вот что это? Я сейчас ощущаю то же, что и Романова, да?.. Сам-то я, надо признаться, всё ещё малость нервничаю. И мандраж только усиливается от понимания того, что я не до конца владею своими силами и могу проколоться в окружении как минимум пяти скрытых от моих глаз противников, чьи источники бурлили, как морские волны, разбивающиеся о скалы.

Неловкая тишина затянулась. Стефания пожирала меня глазами, а я пытался не сталкиваться с ней взглядом.

– Почему вы отводите глаза, Ярл? Я вам не нравлюсь? Или, быть может, те слухи, что до меня дошли о вас, – правда, и вы действительно слегка диковатый и не знаете базовых правил этикета?

– Простите, от вас слишком сложно оторвать взгляд… Я боюсь, что, если стану пялиться, это будет выглядеть нагло с моей стороны, – прикинулся я овечкой перед волком.

– Не бойтесь, я не кусаюсь. И – я люблю смелых. Вас так любопытно нарядили для этой встречи, и я ожидала увидеть от вас чуть больше нахальства…

– Я впервые встречаюсь с вами, ваше высочество, разве могу я вести себя столь?..

– Можете. Посмотрите на меня. Давайте. Вы уже обедали? Мы с вами просто знакомимся. Ох, и я слышала, что вы желаете основать род в моих землях. Это правда?

– Безусловно, ваше величество. И я делаю всё, что в моих силах, ради этого, – посмотрел я в её глаза, хоть это и было тяжело сделать из-за выпирающей из-под своеобразной одежды регента груди.

Корсет… Такие уже практически никто не носит даже среди аристократов.

– Разве всё? – приподняла она одну бровь. – Я думала, что не всё… Давайте поедим. И пока нас не отвлекли, расскажите мне, что именно вы предпринимали? Интересно сравнить ваше видение с моей разведкой.

– Ваше величество… Я не так давно в империи, но почти сразу вступил в ряды ликвидаторов и принял участие в зачистке нескольких изломов. Отражал нашествие на Горлик-четыре, бился и сражался, перекрасив своё кольцо в золотой цвет…

– Да, мне докладывали. Даже не верится, что с вашими силами вы смогли убивать Химер. Как вы это делали?

– Если говорить откровенно – а этого практически никто не знает, хитростью. Я могу брать под контроль монстров, делать их фамильярами. Пока вокруг меня воевали, защищались, я брал под контроль самых сильных или смертоносных монстров и велел им затаиться, чтобы позже они напали из засады на Химер. Порой за бой я выпивал несколько зелий. Пару раз повезло стать тем, кто наносит финальный удар.

– Фамильяры? Да, слышала. Вы не обделены даром управления монстрами. И как это выглядит? Ментальный контроль?

– Нет, что вы… Это своего рода поводок, цепь, на которой сидит монстр, питающийся моей маной. Без неё он умрёт, вот и выполняет все мои указания. А если игнорирует, то я просто перекрываю ему поток энергии, и он слабеет, а затем и вовсе умирает.

– А удавалось брать под контроль Химер? – заинтересованно посмотрела на меня Стефания.

– Лишь единожды… Когда заблудился в Сибири и встретил барона Бортникова с его подопечными. Только благодаря этому и удалось убить тварь… Она была очень сильна. Мы едва не стали её ужином… – с дрожащим голосом поведал я и весь внутри преисполнился напускного ужаса.

– Ох, представляю, каково вам пришлось…. Но вы справились, а удача любит сильных и смелых. Кстати, как вам великая княжна?

– Эм… Нормально, ваше величество…

– Можете говорить правду. Я ценю искренность, мой зеленоглазый ярл, —проговорила Стефания и, положив последний кусочек стейка в рот, отодвинула тарелку.

Она положила руки на стол и уместила на них свою грудь, пододвигаясь ко мне и гипнотизируя взглядом.

– Дурочка она, ваше величество. Чего попёрлась в эту Сибирь? Ради чего? Ещё и подругу подставила, такую же дуру…

– А Бортников?

– Ваше величество, он настоящий профессионал, специалист своего дела, обеспечивший этим двум девицам выживание в условиях, когда большинство людей просто-напросто погибло бы! Но… слабохарактерный он, раз не сумел отговорить великую княжну Елизавету Романову от подобной глупости.

– Да… Да, глупа, юна и миловидна… И они выжили отчасти благодаря тебе. Ты знаешь, Миргорд, я очень удивилась, когда читала о тебе. Ты… необычайно везучий. И довольно талантливый. Выжил в таких обстоятельствах, достиг больших успехов и познакомился с моей глупой родственницей, что избегает меня столько времени… А я не люблю, когда мои слова игнорируют. Мне кажется… Я могу помочь тебе получить то, что ты так желаешь. А взамен… Ты поможешь мне? Я вижу, что ты довольно отчаянный парень и готов на многое. Ты ведь готов на многое, да?..

– Я готов Химерам…

Чуть было не сказал, что именно я готов им рвать, но вовремя спохватился.

– …Самих Химер рвать, ваше величество. Едва ли не голыми руками!

– Ну… Химер есть кому убивать и без тебя. К тому же тебя ожидает учёба и – возможность поработать на благо империи, за что империя и я лично будем тебе очень… – Она протянула руку и взяла меня за ладонь. – Очень благодарны… Хочешь узнать, что от тебя требуется?

– Безусловно, ваше величество! – замер я от этого касания, как и положено юным мальчишкам, рядом с которыми своими чарами искушения пользуются опытные женщины. А Стефания была очень опытной, хоть на вид ей и двадцати пяти я бы не дал…

Выглядела она воистину шикарной женщиной. От одного её голоса и взгляда бросало в дрожь. Хотелось тут же пасть в её объятия и погрузиться в негу и ласку. Теперь понятно, почему её взял очередной женой прежний император.

– Тогда… – Она наклонилась ещё ближе, едва не опрокидывая еду на столе, и, взяв салфетку, вытерла мне губы от остатков еды. – Идём со мной… – словно змея, гипнотизирующая кролика, она пыталась манипулировать мной. И у неё это хорошо получалось!

Сердце забилось чаще, от смеси возбуждения и предвкушения возможности поквитаться с ней. Она так близко и совсем не испытывает тревоги… Мне хватит одного прикосновения и небольшого количества эфира, чтобы навсегда убить эту змеюку. Жаль, что это не выход и он мне ничего не даст…

Вместе с тем медовая ловушка, в которую она меня загоняет… Она сама вполне может в неё попасть, ибо к этой стерве я по определению никаких чувств испытывать не могу. Не способен. И то, что она принимает за моё сексуальное возбуждение, – не больше чем радость от столь удачно складывающихся обстоятельств.

Интересно, если я сейчас ей овладею и ей понравится, если она подсядет на меня, как на наркотик, насколько больно ей будет потом осознать, что я лишь использовал её, чтобы в конечном итоге превратить её жизнь в блеклую тень и лишить всего, чем она дорожит? И пусть меня передёргивает от мысли, что я с ней могу оказаться в одной постели, жизнь слишком сложна, а месть – слишком затягивает.