Глава 2

– Опять эти изломы… Бесят! Когда они уже закончатся?! – ворвался я в ещё даже не до конца сформировавшийся излом, полный всяких тварей, и с ходу превратил его в пылающий ад.

Сила вырвалась из источника и прокатилась по всем многочисленным коридорам, сжигая всё на своём пути. Лишь пепел и кости остались от многочисленных Простов. Как обычно, мыши, крысы, тараканы, муравьи и всякие жучки да черви составляли девяносто процентов мутировавших тварей.

Я пробежался по излому, оценивая биологическое разнообразие мутантов, и понял, что всё скатилось к простому и банальному плану: заложи эту биологическую бомбу, дай ей настояться пару суток либо недель, чтобы вобрала ману и распространила своё влияние под землёй, формируя пузырь, в котором несколько сотен или тысяч несчастных букашек, приманенных ловушкой, начали заживо «вариться», превращаясь за это время в Простов. Однако накопленной ловушкой маны очень много, потому твари не успевают всю её впитать. И в итоге ядро излома начинает «расцветать», используя заложенные в свою структуру магические заклинания стихии земли.

Не будь создатели этой штуки остолопами и вздумай они использовать эти сферы для помощи людям – цены бы им не было. Стабильные изломы – это величайшая благодать. А такие вот дикие – источник бесконечного горя. И это горе распространяется по всей Земле. Пробуждается, стимулируемое маной, выбирается поближе к поверхности и создаёт чудовищ. Биологическое разнообразие страдает, животные оказываются на грани уничтожения, ведь даже самые редкие краснокнижные амурские тигры, стоит им оказаться в изломе, превращаются в тварей, которых приходится уничтожать.

Сокращение видов и неконтролируемое развитие мутантов способно уничтожить целые экосистемы! Это и есть самый главный, опасный и незримый враг всего человечества. Без природы, без стабильного климата мы сами станем букашками, откатимся в своём развитии на века назад. Даже если мы победим в этой войне…

– Блин, а зачем я их всех прикончил? Надо было запечатать, дать дня два отожраться самым сильным и подчинить их. У меня тут вообще никого из легиона мертвецов не осталось, – с запозданием отметил я. – Ладно, плевать… Надо Керчь проверить. Да и другие города не помешало бы…

Для ликвидатора всегда найдётся работа. И я не стану отлынивать.

«Только надо с Москвой связаться… Обрадовать», – решил я и закрыл излом, что был только с пылу с жару. В прямом смысле.

– Это же сколько потом раскопок проводить, изменённые материалы искать… Их ценность определённо упадёт. Куда ни пойди, где ни копни – есть шанс нарваться на остатки излома, – размышлял я, вытаскивая из пространственного кольца драгоценное оборудование.

– Так, это сюда, это туда… Включить… А, кристалл не запитал. О, запищало… – разговаривал я сам с собой во время настройки оборудования, ведь мой любимый собеседник убежал раскидывать телепортационные шишки по окрестностям Керчи.

А девица, что с удовольствием начала бы вешать мне лапшу на уши и поддержала бы любой разговор, слишком бесила. Поэтому после корректировок в работе симбионта я отправил её в Ялту своим ходом. Магия была при ней, но ограничения теперь распространялись и на мысль, а последствия были несколько иными. Теперь симбионт не станет полностью исцелять её ради исполнения моей цели, если она решит предать меня или подставить. Он отправит её на грань жизни и смерти, и я буду знать об этом. И должен буду сам её найти и привести в чувство. А до тех пор она будет ждать меня с заблокированной магией и сильнейшим отравлением. С таким даже ходить тяжело, не то что свои божественные подлянки устраивать.

В общем, Девиль, скорее всего, уже в Керчи и уже делает то, что я ей приказал: находит членов Ордена и их союзников, берёт под ментальный контроль, собирает в одном месте и ждёт меня. Я всю эту погань своими руками задушу, превратив их бесполезные жизни в тренировку для магических заклинаний. Или… Есть ещё и второй вариант. И он мне нравится даже больше, но вызовет много вопросов у Романовых… Ладно, решу, когда прибуду.

– Пш-ш-ш-ш… – начал подключение пробойник, и я уставился на берег вдалеке, на дымящиеся дома, на уже давно почерневшие из-за войны руины построек какой-то деревушки неподалёку.

– Столько отстраивать… Но это в разы лучше, чем сражаться и умирать. Сто лет на стройке намного лучше одного дня на войне.

– Что?

– Оу, прошу прощения. Не услышал, что связь установилась. Говорит Берестьев. Доклад министру оборону Зубову Константину Сергеевичу. Две цели успешно уничтожены. Жизнь цели номер три в наших руках. Поздравляю.

– А… Э… Так точно, передадим.

– Ну вот и славно. Конец связи.

Не стал затягивать разговор, а то начнутся эти их постоянные расспросы: а что, а как, а где, а когда вернёшься, а регенту и её чаду сопли вытереть надо, захвати платочек…

Пора вернуться к делу. Тварям – бой. Морских мутантов – на дно. И чтобы не высовывались!

Фома меня сам найдёт, когда закончит раскладку своей транспортно-логистической сети. Его шишкопровод мы так ни на что и не поменяли… Надо что-нибудь подолговечней использовать, а то в боях некоторые маячки уже были уничтожены.

– О, придумал! – Я нашёл взглядом ближайший образец и, пока шлёпал в сторону моря, повторил его. Только из металла. – Неплохо. И чего я сразу не додумался? Только их в землю закапывать нужно. А то найдёт кто, удивится, домой утащит. Если это будет красивая молодая девушка, Фома против не будет. А вот если это вдруг окажется пузатый мужик… С такого трофеи и даром не нужны.

Пока двигался в сторону моря, делал из эфира шишки да закидывал их в кольцо, чтобы потом передать пушистому. Занятие было любопытным, потому что каждому будущему артефакту с пространственной меткой я старался придать уникальную форму. Мозг от такой задачи расслабился, и это помогло неплохо отвлечься от мыслей о проклятом Ордене и мутантах.

– Так, а теперь немного искупаюсь… Что там у нас?.. В той стороне один излом. Там ещё один. И ближе к Керчи имеется. Ну-с… Поныряем немного.

Я размялся, снял доспехи и вытащил трезубец. Пора было сократить число тварей, что угрожали Крымскому полуострову, и я отправился на путешествие по морскому дну. Но как же я ошибался, думая, что таких изломов всего лишь три…

***

Три дня спустя. Керчь.

Зал для собраний одной не очень популярной и раньше секции художественного свиста был забит людьми. Причём они здесь собирались, приходя один за другим вот уже несколько суток кряду. Сам зал находился в торце дома культуры, и прежде его использовали для тайных собраний и передачи информации члены Ордена. Сейчас же… эти члены Ордена и многие другие люди, находящиеся под их влиянием, зачем-то пришли сюда и стали терпеливо ждать начала встречи. С учётом прошедшего времени и постоянно заказываемой еды, эти люди начинали привлекать к себе всё больше и больше внимания. Сто двенадцать человек. Большая часть из них – маги либо пробудившие Искру воители. Но некоторые были простыми людьми: бизнесменами, работниками государственных служб, служащими на один из местных аристократических родов.

Они исчезли, и их искали. Родные, близкие, работодатели. Некоторые люди даже пришли прямо с фронта, по сути, уйдя в самоволку, за что им грозила бы как минимум гауптвахта, а возможно, и нечто похуже. Штрафбаты были редкостью, но всё же были.

Директор дома культуры напрягся из-за всего происходящего и вызвал полицию. Правда, когда те приехали, безумно красивая женщина поговорила с ними, и те ушли, не сказав ни слова. Когда же она улыбнулась ему, он и сам забыл, чем был недоволен, и ушёл домой, решив взять отпуск и отменить все мероприятия на ближайшие несколько дней. Хотя из-за войны мероприятий и так практически не было. Всё в основном было связано с донорством, гуманитарной помощью да бесплатными концертами для бойцов.

Девиль начала сильно нервничать, ведь Берестьев уже давным-давно должен был вернуться. Но его всё не было. И вообще, с недавних пор она стала сильно переживать, когда его не видела. Это ещё не был стокгольмский синдром, но что-то похожее на него зарождалось внутри неё. Раньше таким спутником, который поддерживал в ней её внутренний стержень, был Карл. Но с того самого момента, как юный маг эфира без особого труда переиграл все заготовки Карла и уничтожил его вместе с оказавшимся бесполезным Дереком…

– Что я вообще делаю?! Дура… К этому месту всё больше вопросов. Надо было взять их телефоны и загипнотизировать сознание на приход сюда после первого же сигнала… Только впустую силы трачу, отпугивая любопытных, – держалась она за голову, не сводя взгляда со стакана кофе.

Девиль выдохнула, закрыла глаза и вернулась к размышлениям, которые не приносили ей боли и страданий. Это были мысли о том, как помочь человеку, что буквально взял в заложники её сердце. Пленил её и сделал своей. Без него Девиль умрёт. Если она будет бесполезной – она умрёт. Если она ещё раз ошибётся – она умрёт. Он не шутил, когда обещал ей наказание. Она это знала, видела и чувствовала во всём: в движениях рук, во взгляде, в тембре голоса. Он ненавидел её всем сердцем и с радостью бы в тот раз положил свою руку не на её лицо, затыкая и отталкивая, а на шею, и задушил бы.

«Чёрт, я опять перевозбудилась…» – воспоминания ударили по разуму бессмертной чёрной вдовы, и её тараканы вновь зашевелились, а сама Девиль стала представлять, как она докажет Берестьеву свою верность и как он признает её право на жизнь, как он сорвёт с неё одежду…

Девиль резко встала, вышла из зала с пойманными в псионическую ловушку членами Ордена, найденными в этом городе, и отправилась в кабинет директора дома культуры. Она едва сдерживалась, чтобы не сорваться на бег, идя по длинному коридору в сопровождении эха от стучащих каблуков. Оказавшись наедине с собой и своими грязными мыслями, она погрузилась в мир фантазий и совершенно не заметила, что в кабинете появились невольные свидетели…

– Я тебе что сказал сделать? И чем ты вместо этого занимаешься?

– А? – в ужасе она открыла глаза и, увидев Берестьева, сжала бёдра, ощущая, как её накрывает с головой волна удовольствия… – Я… выполнила… приказ…

– Прекращай меня бесить и провоцировать.

– Я… А-а-а… Не… Специально… А-а-а-а! – начала Девиль откровенно стонать, мечтая о том, чтобы мужчина напротив не удержался и воспользовался её беспомощностью.

– Остановись.

– Не могу… Помоги мне. Иди ко мне. Или хочешь, я приползу к тебе на коленях?..

– Тьфу… – сплюнул на пол Берестьев и ушёл в единственное помещение, полное народа.

Посмотрев одним глазом на собранные «сливки общества», на всех этих предателей, разведчиков, диверсантов, шпионов и прочий шлак человечества, он задумался.

– Может, убить всех разом, да и дело с концом? – пробормотал он.

Сложные чувства раздирали его. В итоге любопытство пересилило, и он решил попробовать сделать то, что может оказаться несколько полезнее, нежели простая гибель кучки мразей. Но для этого ему была нужна Девиль… Ещё один способ применить силу этой стервы-извращенки.

Симбионт Берестьева работает только на тех, кто обладает собственной волей. А ещё не имеет особого эффекта в случае непредвиденных обстоятельств, которые выходят за рамки приказов симбионту, и вообще не будет работать, если маг эфира погибнет. Девиль уже смогла разок обхитрить Берестьева, и ему пришлось здорово напрячься, чтобы гарантированно сковать её. И для этого потребовалось вложить много духовной силы. Чем сложнее приказы, тем больше приходится тратить. Вместо одной Девиль он мог бы поднять тысячу мёртвых Химер в своё войско, но выбрал её, потому что заразы в городах много и находить её – дело важное и сложное. Как – он понятия не имел. И теперь это проблемы Девиль. Пускай отрабатывает вложенные в её поимку ресурсы.