Глава 5. Это не тот факультет

– Вставай, лежебока! Я вижу по показателям, что ты уже проснулся! – лишённый и капли милосердия голос потребовал от моего разбитого тела слишком многого…

– Встаю… Где я? Что со мной? – задал я вопросы, которые шумным гулом отразились от стен черепной коробки, заставляя меня поморщиться.

Будто второй раз в жизни напился и сейчас страдал от похмелья.

– В госпитале при академии, понятное дело. На тестах перестарался. Ничего, так бывает. Скоро за тобой придут. Анализы у тебя в полном порядке, так что долго отлежаться не получится. Ладно, у меня не так много времени – вот твои лекарства. Дай угадаю – голова раскалывается, сухость во рту, подташнивание и общая слабость? – медбрат или врач оставил несколько ёмкостей с лекарствами и кружку с водой.

Рядом с кроватью, если присмотреться, можно было найти двухлитровую бутылку с водой. Вот за это реальное спасибо. Я взял воду, лекарства и отправил всё это в желудок. Мужчина же, оставивший лекарства, успел уйти, а я даже не заметил.

Как я понимаю, на тестах я накосячил и не дошёл до конца. Даже не сумел сравнить свои собственные силы с первокурсниками, проводящими этот тест. Прискорбно. Надеюсь это не повлияет на моё зачисление на факультет, и моих суммарных баллов окажется достаточно.

Палата была рассчитана на пятерых человек, но ни одного человека, помимо меня, в ней не было. Я поднялся, взял бутылку, кинул её на койку и, пошатываясь, отправился в туалет. Сделал дело и вернулся на секунду в палату, чтобы утолить жажду. До краёв наполнил желудок и вернулся в уборную, где висело зеркало и можно было внимательно осмотреть себя.

Как я и думал, мне не показалось. На руке мёртвой хваткой, доставляя некоторый дискомфорт, висел металлический браслет со встроенным электронным табло под защитным пластиковым стеклом. Решил разобраться с его активацией и управлением чуть позже. Тёмные круги под глазами и излишняя худоба – мои частые спутники. Как помню себя – был если не худым, то худощавым. Синяки под глазами появились чуть позже, лет с четырнадцати – последствия переутомления и многочасовых погружений в учёбу и изучения полученных за день материалов, касающихся, в том числе, войны. И вот ко всему этому добавился непонятный зуд. Особенно под майкой – в районе груди.

От центра груди исходило тепло и даже лёгкое жжение. Казалось, что на это место упал на мгновение уголёк и теперь это место источало тепло и жар по всему телу, расходясь в каждую клеточку тела в такт с биением сердца. В палату кто-то вошёл и я спешно опустил майку, отправляясь к койке.

– Иван Тормель, собирайтесь и следуйте за мной. – какой-то молодой парень, примерно моего возраста, или чуть старше, даже не войдя в палату, начал давать мне указания. При всём при этом меня очень смущал вид его высоко задранного носа и идеальной осанки. Такую позу и жесты я уже видел. И видел не раз – например, у аристократов на приёмах. Видать, этот один из этих… Впрочем, не стоит ценить книжку по обложке.

На стуле у койки находился мой вакуумный пакет с одеждой, что я сложил прямо перед испытанием. Оперативно скинул больничный халат и переоделся в своё, родное, пусть и не первой свежести. Где-то в по-спартански суровой общаге остались два моих чемодана с вещами, но за ними я вернусь, судя по всему, несколько позже.

От моего вида и запаха пота этот представитель высшего сословия по-бабски зажал свой задравшийся ещё выше обычного нос. Он фыркнул и развернулся, демонстративно игнорируя любые мои вопросы.

Мы вышли из гостиницы и оказались на парковке, где стоял миниавтомобиль, напоминающий тачки для гольфа. Аристократ сел на задний ряд, за водителем, и лениво мазнув по мне взглядом, соизволил выдавить целых два слова: «Беги следом».

Хм, рассуждая логически – у него на руке такой же браслет, возраст не сильно выше моего, а значит, он тоже абитуриент. Или, что более вероятно – студент первого или второго курса, учитывая смазливую рожу и возраст. Аристократ, пижон, кожа на кулаках чистая, нежная – значит физическому развитию уделяет мало времени. Водитель не личный, судя по ехидному взгляду и вольяжной позе – водитель он только по той причине, что ему это нравится или вроде того. Он явно не подчинённый этого индюка.

Итого – это просто местный выёжистый хрен, которого за мной отправили. В рамках академии правила запрещают драки вне тренировочных залов и без присмотра преподавателей. Это я знал уже давно. Подстав как таковых я не боюсь. А вот шею свою мне жалко. Особенно когда на неё садятся, свесив ножки, всякие индюки. А значит…

– Врач сказал, мне нельзя напрягаться. – сообщив первую попавшую в голову мысль, я плюхнулся на заднее сиденье, практически вплотную с пижоном.

– Смерд! Ты не расслышал, что я тебе приказал?

– А приказывалка выросла? Ты кто такой вообще? Припёрся, ни здрасти ни до свидания. Ходишь, головой как индюк киваешь всем налево и направо. В твоём клане не изучали основы этикета? Ни представился, ни цель визита не назвал. Сразу видно, в детстве мало пороли. Ну да ладно, я не злопамятный. Едем, куда ты там хотел ехать?

– ДА КАК!? ДА ТЫ? ДА Я! ТЕБЯ! СМЕРД! ЖАЛКИЙ СМЕРД! ВЫШЕЛ, БЫСТРО! – он принялся своими девчачьими ручонками пытаться вытолкнуть меня из тачки.

Водила в этот момент зажимал рот рукой, старательно пытаясь не заржать. После пятого по счёту безуспешного тычка аристократишка покраснел и напыжился, прикладывая все свои силы, чтобы вытолкнуть меня из машины. Всё так же неумело поливая меня вялыми и слабыми оскорблениями и грозя страшными карами, он принялся разворачиваться, в надежде вытолкать меня ногами.

Ага. Сейчас… Так я тебе и позволил, мудозвон. Уловил момент и двинул всем телом, врезаясь в него и припечатывая к раме.

– Хуль ты толкаешься? Как баба себя ведёшь. Если чё не нравится – уёбен зе биттен! Следом за машиной шевели булками. – После первого удара он потерялся. Вторым же ударом я выкинул его из бездверной машины.

– Ахахаха. Джейми, тебя уделал как щегла новичок! Позорище! – водила наконец-то подал голос, уходя в безудержный смех.

Поднявшийся и принявшийся истерично отряхиваться аристократишка Джейми, посмотрел на своего товарища, на меня, и с взглядом, полным ярости, пробубнил, тыча пальцем.

– Ничтожный вонючка! Несмотря на мою милость и доброту, ты перешёл черту. Если считаешь себя избранным – я вызываю тебя на дуэль, на спортивных шпагах! Сегодня вечером на арене дуэлей! – бросил он мне вызов.

Боже мой, как мелочно и позорно.

– Или иди нахер, или давай мужской бой, рукопашка, клетка, на крайняк гладиаторский бой любым удобным оружием. – предложил я ему варианты, включающие тренировочное оружие битвы на манер древнеримских сражений в Колизее.

– Не тебе решать, ничтожество! Принимаешь ли ты мой вызов? – взревел он на всю округу, вызывая живое внимание стягивающейся публики.

– Ты тупоголовый кретин, что ли? Я тебе ещё раз повторю. Хочешь драки – базара ноль. Хоть сейчас, но не свои танцы с шпажками. Или иди нахер, или выбирай дуэль со свободой выбора холодного оружия. Чё, идёт? Или и дальше вонять собрался на всю Ивановскую? – я посмотрел на него как на кусок дерьма, отчего он сменил цвет бледной кожи на красный.

– ТЫ! ЭТО ТЫ ВОНЮЧКА! – начал он тыкать пальцем, чуть ли не прыгая на месте.

– Но воняешь-то ты? Знал, куда шёл, схерали не взял чистой одежды? Западло было униформу за меня получить?

– ДА ТЫ? Я? ЧТОБЫ Я? КАКОМУ-ТО СМЕРДУ…

– Ну раз впадлу, значит не воняй почём зря. Едешь ты или нет?

– МУАХАХАХАХА. – заржал как натуральный конь водитель. – Ты мне нравишься парень, так уж и быть, дам подсказку. Садись за руль, я скажу куда ехать, а с этим воющим на всю И-ва-новс-кую представителя одного из древнейших родов Шотландии я разберусь.

– Базара ноль! Иван Тормель меня зовут! – представился я и протянул к нему руку.

– Кристиан Джонсон. – представился водитель, пока мы под тяжёлые вздохи утопающего в гневе аристократического индюка менялись местами.

– А ты, кстати, откуда такой дерзкий и наглый? Мы, как никак, старшекурсники. – решил знакомиться Кристиан.

– Из госпиталя. – С удивлением я посмотрел на него, как на тупого.

– АХАХАХ. Засранец. Ладно, поехали, потом познакомимся. – схватил он своими длинными руками Джейми.

Его ладони были вовсе не похожи на нежных аристократов. Что давало ему капельку базового уважения с моей стороны. Было очевидно – что этот парень очень и очень много времени уделяет не только занятиям, но и боям, судя по белым шрамам на костяшках кулака.

С лёгкостью поднял Кристиан своего «друга», силой засунул в машину и под шушуканье собравшегося вокруг народа мы двинулись к одному из корпусов академии. На подъезде меня сильно смутили кованные ворота и чёрный, выстроенный из камня корпус Академии, с невзрачной небольшой вывеской:

– Факультет Магоубийц… А мы куда приехали? – удивлённо спросил я.

– Тебе же так и не сказал этот крикун? Добро пожаловать на самый шизанутый факультет академии. Тебя лично отобрал и одобрил декан. Это такой альфабосс, который одним своим появлением превращает имперские рода и прочую аристократическую элиту в котят, что жмутся по сторонам, освобождая ему дорогу. Легендарный маг и каратель шайтранов – Торис Октис. Кстати, идея дать академии имя древнегреческого бога войны принадлежит именно ему. Мужику сорок два года, а он уже успел совершить шесть крестовых походов против шайтранов. Ни одного поражения. Где бы он ни был – всегда шайтраны подыхали и не успевали возвести зиккураты. – начал мне рассказывать с фанатичным взглядом Кристиан, расхваливая своего декана.

– Какие зиккураты? – не понял я.

– А, позже. Всё расскажут в своё время. Пока же получишь свою форму, жетон, пропуск и прочее. Готовься, парень. Твоя спокойная жизнь закончилась. – обрадовал меня студент магоубийственного факультета.

– Вечером дуэль… шпаги… – пробурчал под нос обидевшийся баклан.

– Да уймись ты, Джейми. Декан узнает, что ты новичка раньше него прикончить хочешь, шкуру сдерёт. Заживо. А затем по новой нарастит.

– Да не обижайся ты, Джейми. Или обижайся – мне пофигу. Главное не порти мне жизнь. Я маленькая, мстительная сволочь, которая плевала на родословную. Сам был из аристо в своё время. А хули толку? Шайтранам похрен, кого на ужин жрать. – я завёл машину, так как ворота наконец открылись, и мы отправились на территорию факультета. Я не видел, чтобы другие факультеты, были огорожены так же, как этот. Там всё свободно и открыто.

– Малой дело говорит. Лучше займись подготовкой, через два месяца экспедиция, а ты… Не готов, мягко говоря. – посмотрел на своего товарища бывший водитель этого чудного электрокара.

– Это – неуважение… – начал было свою поэму Джейми.