Адольф и Чарли переглянулись. Водитель, кивнув, резко свернул на ближайший проулок, еще через пару поворотов они уже ехали по противоположному краю нужной улицы. Финниган как раз выходил из автомобиля. Обычно сначала в бордель заходили его охранники – проверенные люди из секретной службы – и проверяли, все ли в порядке, а потом уже этот трусливый жирдяй вытаскивал свой толстый зад из роскошного, начищенного до блеска лимузина, парящего в паре сантиметров над дорожным полотном. Это была его неофициальная машина, но Эцио и не давал никаких указаний по поводу вида транспорта, к тому же взорвать машину мэра на официальном мероприятии было бы безумством высшей степени, после чего в город приехало бы столько поездов с роботами-чистильщиками, что населения стало бы меньше на треть.

Мэр выполз из автомобиля и вразвалочку последовал к ступенькам в неприметную дверь. Рич Костолом стоял в этот момент на углу здания и выкуривал уже восьмую сигарету с синтетическим табаком. Он хорошо слышал, что происходило возле входа, потому как час назад бросил рядом с местом, где стояла сейчас машина, маленький жучок в форме крысиных экскрементов – очередное изделие Тома. В десяти метрах от него стоял охранник, он был одет в штатское, но по лицу Костолом знал, что это один из громил Финнигана. В таком районе курящий панк в кожанке не вызывал особых подозрений, таких тут было много, поэтому охранник не обращал внимания на Рича.

– Мадам Элиза заслуживает сегодня особого внимания, у нее день рождения. Ты знаешь, Брэд?

Брэд Симус, помощник мэра, везде следовал за своим господином, вместе с ним развлекался и посещал официальные мероприятия. Скользкий и бледный блондин с жидкими волосами и фиолетовым обтягивающим костюмом улыбнулся в ответ. Его фиолетовый матовый костюм только подчеркивал всю склизкость и худобу этого весьма неприятного человека. Рич ненавидел людей подобных этому и был бы счастлив, если б авто взорвали вместе с этим сопляком.

– Да, ведь мы же вместе выбирали ей подарок!

В этот момент Чарли и Адольф поравнялись с лимузином мэра.

– Еще чуть-чуть, – тихо сказал Чарли, вытерев капли пота, проступившие на лбу.

– Пора! – ответил Адольф, когда колеса грузовика пересекли капот лимузина.

Чарли нажал на кнопку. Они оба уставились на то, как из трубки вместе с мощной струей воздуха прямо под лимузин незаметно скользнула капсула со взрывчаткой. Уже под самой кромкой днища лимузина можно было заметить, как она плавно притормозила и остановилась у самого бордюра.

– Ходу, ходу! – тихо сказал Чарли.

Адольф как ни в чем не бывало проехал до конца улицы и скрылся за углом.

Рич невольно обернулся, чтобы понаблюдать за тем, как все прошло, он был весьма доволен, заметив, как поперек дороги за доли секунды бесшумно пронеслось что-то продольное и скрылось под днищем автомобиля мэра, не издав ни единого звука.

К этому времени мэр и Брэд скрылись за дверью, что-то воркуя друг другу. Рич остался стоять на месте, когда мойка скрылась за углом. Он должен был позвонить, как только автомобиль разорвет на части, и отчитаться об успехе операции.

Чарли и Адольф уже уехали в другой квартал и сбавили ход, ожидая звонка Рича. Прошло четыре минуты с момента пуска посылки, спустя еще минуту телефон зазвонил.

– Да, – ответил Чарли.

– У нас проблема… – донеслось в телефоне.

Минутой ранее Рич, закуривая очередную сигарету, ожидал кульминации их плана. В этот самый момент дверь борделя отворилась и вместе с мэром и Брэдом на улицу вышла владелица этого заведения – Элиза Ричардс, женщина, на лице которой было столько косметики, сколько не было у десяти модниц из популярного журнала «Современная красота». Ее химически завитые волосы мышиного цвета потряхивало от ее гоготания над какой-то шуткой мэра.

– Вот в связи с этим у меня для вас подарок! – любезничал Финниган, хотя голос его почему-то слегка дрожал.

– Да что вы, не надо было так сильно утруждаться! – лицемерила Элиза.

В этот момент Рич почувствовал, что к горлу его подступил комок, а по спине от копчика до затылка пробежали мурашки. На лбу появилась легкая испарина. Вся троица спустилась со ступенек.

– Пройдемте в лимузин, он ожидает вас там! Очень редкий экземпляр йоркширского терьера! – продолжал Финниган, спешно семеня к машине.

Осталось полминуты до детонации…

Брэд открыл дверь перед мэром и мисс Элизой, а когда толстый зад управляющего городом скрылся в салоне, советник последовал за ними. Дверь захлопнулась, и через пару секунд оглушительный взрыв выбил оконные стекла в соседних домах. Рич отвернулся от взрывной волны, в то время как охранник метнулся к горящим обломкам лимузина.

Костолом трясущимися руками достал телефон и, следуя прочь от места взрыва, дрожащим голосом сказал:

– У нас проблема, посылка доставлена, адресат взлетел на воздух вместе с тачкой.

Чарли не поверил своим ушам. Он сбросил вызов.

– Ну что там? – взволнованно спросил Адольф.

– Жирдяй преставился. Финниган взорвался вместе с машиной.

На лице водителя отпечаталось неподдельное выражение паники и страха. Они провалили задание Эцио – отдача будет жесткой. Всем четверым теперь грозит смерть, и даже самому Железному Кулаку, если, конечно, его люди не доберутся до них первыми. В этом случае тайна смерти главы города навсегда утонет в резервуаре с серной кислотой вместе с организаторами покушения.

– Нужно идти к Эцио! – заикаясь сказал Адольф.

Такая же мысль, как ни странно, промелькнула у Чарли, но здравый смысл смог обуять охватившую его панику.

– Нет, он нас убьет, иначе ему самому конец. Я бы сам так и сделал.

Чарли лихорадочно перебирал варианты. Том по-прежнему ждал их на парковке, возможно, он уже был в курсе происходящего, но на улице камер не было, а значит, у них есть часа три, пока их не раскроют.

– Едем к Тому, Рич доберется быстрее на второй машине. Если его не будет на месте, когда мы приедем, значит, он пошел к Эцио и уже не жилец.

– Позвони ему!

– Он уже должен был избавиться от трубки.

Он попробовал набрать Костолома, но сигнала не было. Напарник уже наверняка разбил и выкинул свой телефон.

– Жми на газ, он не на связи. Нужно вернуться как можно быстрее.

Обратная дорога заняла около полутора часов, над городом сновали полицейские вертолеты, все они летели в область взрыва. Теперь там уже наверняка собралось больше половины штата полицейских роботов и оперативных работников. Спустя полчаса после взрыва на всех телепанелях появилось изображение картинки пылающего лимузина. СМИ телеграфировали о чудовищном убийстве светлой главы города как об ужасной катастрофе, естественно, о том, что автомобиль стоял рядом с самым грязным и запрещенным борделем в городе, умолчали. Новая версия ссылалась на то, что во время движения автомобиля по нему выпустили ракетой из гранатомета. Телевидение вещало, что злоумышленники выключили все камеры на улице и преступление было тщательно спланировано, что свидетелей преступления не было и улица была пустынна, в общем, корреспонденты лили воду.

Они заехали на парковку – Том ждал их на месте.

– Нам всем крышка, – спокойно сказал он. – Финниган, Элиза и советник. Три трупа. Это конец.

– Почему ты не сбежал? – спросил Чарли, выскакивая из грузовика и стягивая комбинезон.

– Потому что здесь самое безопасное место еще на ближайшие сутки, как минимум пока они не выйдут на наш след. Эцио ведь точно и сам не знает, где именно находится эта парковка.

– Его люди найдут нас за пару часов, – опроверг Чарли. – Нужно сваливать. Костолом не вернулся?

– Я думал, он с вами… – испуганно промямлил Том.

– Тогда у нас нет и этой пары часов, – решил Том.

– Что, если он нас не убьет? – с надеждой рассуждал Адольф.

– Хочешь это проверить – оставайся тут, а нам надо уходить. – Чарли направился к своей машине.

– Куда уходить? – возмутился Том. – Мы ж в коробке. А за ней смерть.

– Если за ней смерть, то я предпочту ее, нежели смерть либо от своих людей, либо от пыток правительства. Кто со мной – добро пожаловать на борт!

Оставшиеся двое долго ждать себя не заставили. Мотор взревел, и авто направилось к выходу, только они заехали на горку, как ворота паркинга раскрылись и в них появился лимузин Эцио. Чарли дал по тормозам. Черный пенал бесшумно влетел в помещение, напоминая гроб, в котором их, возможно, похоронят на дне серного резервуара. Все трое молча сидели в салоне. Лимузин проехал мимо чарджера и остановился внизу. Вслед за ним в паркинг въехало три черных бронированных джипа, по настоянию Эцио все были на колесах. Это было нужно для отхода в случае нападения на кортеж, ведь колеса всегда проедут там, где не пролетит магнитная подушка. Старый, но в идеальном состоянии GMC пятидесятого года встал поперек выезда, перегородив дорогу чарджеру. Чарли думал, что делать. Выйти сейчас из машины означало отдать себя в распоряжение Железному Кулаку, сопротивляться – то же самое. Даже если им удастся выскочить с паркинга – на улице есть еще люди и транспорт, а после перестрелки шансов на жизнь не останется вовсе.

Эцио не спешил. Дверь лимузина открылась, и первым оттуда вывалился Рич. Он, хоть и был здоровым и мало чего боялся, сейчас выглядел как щенок, который скулил в ожидании наказания. Следом показалась черная трость Эцио из настоящего дерева. Стальная рукоятка была сделана в виде кулака, который владелец держал рукой, а в случае чего выбивал им зубы. Чарли увидел в зеркало заднего вида, что Рич закрывает свой рот и что-то невнятно скулит. Видимо, Эцио воспользовался тростью – плохой знак. Железный Кулак был зол. Наконец, он властно вышел из автомобиля, одетый в черную шелковую рубашку из синтезированного волокна и такие же черные брюки, в коричневых ботинках из искусственной кожи, качество которой было бы лучше натуральной, если бы Чарли когда-нибудь видел оную, и в таком же коричневом кожаном ремне. Для своих лет глава преступности выглядел очень хорошо. Ему было пятьдесят, но он не был ни толстым, ни седым. Его стройная широкоплечая фигура до сих пор внушала страх тому, кто рискнул бы стать с ним в кулачный бой. Зачесанные назад черные волосы поблескивали лаком от ярких ламп освещения паркинга. Он посмотрел на автомобиль беглецов.

– Что будем делать? – Чарли посмотрел на сидевшего справа Адольфа, полного ужаса, затем повернулся назад к Тому – того вообще трясло от страха.

– Черт! Черт! Черт! – выругался Чарли, заглушив мотор прямо перед выездом с паркинга.

Он вышел первым, Адольф все еще сидел в машине.

– Хороший мальчик, Чарли! – сказал Эцио почти по-отцовски.

Чарли направился к Кулаку, вслед за ним из автомобиля вывалились Адольф и Том.

Рич продолжал скулить, стоя на коленях.

– Твой человек, Чарльз, Ричард, явился ко мне с просьбой о прощении, – начал Эцио. – Он просил о помиловании за содеянное. И любезно согласился указать на точное место вашего базирования…

Чарли не перебивал Эцио, он знал, что от этого станет только хуже.

– Знаешь, как это называется, Чарли? – спокойно спросил Кулак.

– Он не…

– Отвечай! – грозно повысив голос, перебил Эцио.

– Предательство, – сказал Чарли то, что хотел услышать от него Кулак.

– Вот именно, предательство. Вот почему в первые минуты, узнав о случившемся, я подумал убить вас всех. Твои люди проверялись в мелких делах, и ты посчитал, что они надежны, однако как только все пошло не так и запахло серьезными проблемами, твой самый отмороженный, – Эцио вновь повысил голос, – самый преданный и бесстрашный партнер прибежал ко мне с доносом на своих подельников и просьбой о помиловании.

Рич поднял вверх руку, пытаясь возразить, а потом глазами, полными надежды и ужаса, посмотрел на Чарли. Секунду спустя Эцио подбросил трость и, поймав ее за нижний конец, профессиональным ударом гольфиста выбил металлическим набалдашником последние зубы изо рта Костолома, заодно размозжив тому нос. Удар был настолько сильным, что Чарли передернуло. А Эцио, достав платок из кармана рубашки и протерев рукоятку, продолжил как ни в чем не бывало:

– И знаешь, я не удивился, Чарли, совсем не удивился. Ты прекрасно знаешь, что в семье делают с предателями. Ведь так?

– Да, знаю.

– Тогда, – Эцио достал свой личный кольт с золотой рукоятью и такими же вставками на стволе и протянул его Чарли, – сделай это лично, накажи своего парня.

Чарли не колебался ни секунды. Любое промедление в действии означало сомнение и неподчинение приказу Эцио, который все еще являлся его боссом, а неповиновение приравнивались к предательству и каралось смертью, причем как для Чарли, так и для его подчиненных, находившихся в здании парковки. Чарли подошел к Эцио и взял пистолет. Как бы он ни противился такому раскладу для Рича, ведь частично он его понимал – в такой ситуации никто никогда не был и такая же мысль на секунду промелькнула и у него самого, все же Эцио был прав, ведь вслед за смертью Рича им самим, скорее всего, предстоит отойти в мир иной. Однако, справедливо было бы заметить, что если бы не Костолом, у них был бы шанс продлить свою жизнь еще на пару дней, а может, даже и недель. Чарли взял пистолет и молча направил его на скулящего Рича. Тот посмотрел на своего палача жалобным взглядом, полным страха и мольбы, все его лицо было в слезах и крови. В этот момент сердце Чарли сжалось до размера циферблата на его наручных часах, он не хотел убивать своего напарника только за то, что тот пошел к Эцио, но это было необходимо сделать и Костолом тоже это понял. Посмотрев на Чарли, Рич безмолвно произнес: «Прости» – и, глядя в глаза своему палачу, принял пулю в сердце. Хлопок от выстрела эхом пролетел по всем уголкам помещения.

– Bada Bing! – воскликнул Эцио (что означало в данной ситуации: «Жизнь есть жизнь! Дело сделано!»). – Смерть, не достойная предателя, Чарли! Смотри, как нужно было сделать!

Эцио взял пистолет и начал один за другим выпускать патроны в конечности бездушного тела Рича. Он прострелил ему все суставы рук и ног, а затем выстрелил в лицо. Чарли видел в этом не столько показательный урок, как казнить предателя, сколько то, как Эцио выпускал злость на бездыханное тело Рича.

К этому моменту из машин сопровождения вышли личные охранники Эцио и его приближенные, были среди них и хорошо знакомые Чарли люди, стремящиеся занять его пост. Он знал, как им не терпится увидеть кончину правой руки Кулака. Том и Адольф все так же стояли у машины.

– А вы чего там стоите? – спросил Эцио. – Подходите, подходите, compares!

– Мы… мы… – мямлил Адольф.

– «Мы… мы…» Мы что? – передразнил Эцио. – Хотел бы я знать, как так получилось, что вместо взорванной машины получилось три трупа? И не простых трупа, а мэра, его советника и шлюхи-директора запрещенного борделя?

– Все шло, как надо, – начал Чарли и, сделав паузу для того, чтобы понять, стоит ли продолжать, заговорил дальше: – Мэр вышел из машины и зашел в бордель, в этот момент взрывчатку разместили под авто, таймер стоял на пять минут. Через четыре с половиной все трое вернулись в машину, и потом…

– Можешь не продолжать. Почему был таймер? Не детонатор?

– Сигнал бы отследили, – вступился Том.

– Я спросил не тебя, – резко рявкнул Эцио, и Том весь сжался от страха.

– Он прав, – сказал Чарли.

Эцио вдруг замолчал. Он не был хорошим человеком, и все это знали, но был справедливым. За такой провал им всем грозит опасность, как только Чарли подумал об этом, Кулак словно озвучил его мысль:

– За то, что вы сделали, нам всем грозит большая опасность. Всему городу. Поезда с дронами и роботами-чистильщиками уже наверняка на пути сюда. Вы знаете, что мне придется сделать, чтобы обезопасить город и всех нас?

– Да, – Чарли сказал это на удивление спокойным тоном.

– Ко мне в машину, – сказал Эцио, жестом приглашая Чарли, а затем обратился к Тому и Адольфу. – Вы двое поедете на его автомобиле, только без глупостей. Собаку тоже заберете. Последуете за нами. Джон, Грэгори, уберете тут, – сказал он двум амбалам из джипа, – Стив и Крис поедете с ними. Попытаются уйти – убить на месте. Пошевеливайтесь!

Чарли с разрешения Эцио сел в лимузин. Босс залез следом. На удивление Чарли внутри никого не было, ни одного охранника. Даже черная пантера, тануки Эцио, даже она не лежала на полу роскошного темно-бордового салона автомобиля, хотя она всегда являлась спутником мафиози. Кортеж тронулся с парковки. У Чарли щекотало под ложечкой, но внешним видом он уверенно показывал спокойствие. Эцио молчал и смотрел прямо в глаза Чарли. Спустя пару минут тихим голосом он начал: