Цитаты из книг автора «Арнольд Шварценеггер»

Имея стабильный доход от своего бизнеса, я не нуждался в гонорарах за фильмы. Я всегда стремился к финансовой независимости, чтобы можно было

Истон заставлял меня по тысяче раз произносить различные скороговорки.

В крупных агентствах я не смог найти никого, кто видел бы все в таком свете. В те времена в Лос-Анджелесе безраздельно господствовали агентство Уильяма Морриса и «Интернешнл криэйтив менеджмент», и именно с ними мне хотелось сотрудничать, потому что именно они в первую очередь знакомились со всеми новыми кинопроектами, именно они представляли интересы всех ведущих режиссеров и общались с главными людьми на киностудиях. Представители обоих агентств согласились встретиться со мной, поскольку я только что снялся в картине Боба Рейфелсона. Оба сказали одно и то же: слишком много препятствий. «Послушайте, у вас акцент, от которого становится страшно, – заявил человек из ИКМ. – Ваше тело чересчур большое для киноэкрана. У вас фамилия, которую нельзя писать на афишах.

Вначале мне было очень непросто не обижаться на критику. Но Рейфелсон предупреждал, что менять карьеру будет крайне непросто. В новом для себя мире кино я уже не был лучшим во вселенной. Я был лишь одним из многих начинающих актеров. Рейфелсон был прав. Я должен был подавить свою гордыню и твердо сказать себе: «Так, ты начинаешь с нуля. Ты здесь ничто. Ты просто мелюзга в окружении выдающихся актеров».

– Чувства есть у всех, – говорил он. – И вся хитрость актерского мастерства заключается в том, чтобы быстро вызвать их в нужный момент. Как ты думаешь, почему некоторые актеры могут плакать по своему желанию? Не механически изображать плач, а плакать по-настоящему, когда искажается все лицо и дрожат губы. Это означает, что актер способен очень быстро вспомнить что-то очень-очень печальное. И для режиссера важно сделать хорошо два первых дубля, потому что актер не сможет повторять все снова и снова без того, чтобы не скатиться на бесчувственную рутину. Нельзя слишком часто играть с сознанием, – закончил он. –

мире. Двигаться одновременно в двух разных направлениях я не мог. Поэтому я вынужден был принять решение, к которому и так уже склонялся: уйти из большого спорта. Я уже занимался культуризмом двенадцать лет, и философия фильма находила во мне отклик. Мне была по душе мысль постоянно оставаться голодным и никогда долго не задерживаться на одном месте. Когда мне было десять лет, я мечтал добиться успеха в каком-нибудь деле, чтобы получить всемирное признание. И вот теперь я снова хотел добиться успеха, и еще большего, чем прежде.

Уайдер хотел довести дело до того, чтобы я мог уже самостоятельно вести переговоры с дирекцией торгового центра и заключать сделки, встречаться с издателями и продвигать выпуск его журналов на иностранных языках, чтобы со временем передать мне свой бизнес. Однако моей целью было не это. То же самое можно было сказать и про предложение, которое я получил в начале семидесятых, – возглавить ведущую сеть тренажерных залов, с окладом 200 000 долларов в год. Деньги были большие, однако я отказался, потому что все это вело меня не туда, куда я собирался идти. Управлять сетью тренажерных залов – такая работа требовала по десять-двенадцать часов в день, однако она не могла сделать меня чемпионом по культуризму и открыть мне дорогу в кино. Ничто не должно было отвлекать меня от моей цели. Ни деловые предложения, ни партнерство, ничего.

Что касается издательского бизнеса, Джо постоянно искал типографии, которые за меньшие деньги обеспечили бы лучшее качество журнала, и меня он также привлекал к обсуждению этих вопросов.

Джо рассказывал про аукционы, добавляя: «Вот эту вещь я приобрел за столько-то. Сейчас она стоит столько-то». Вот когда я впервые понял, что старинная мебель только растет в цене. До тех пор я смотрел на нее лишь как на ненужный хлам, подобный тому, что было у нас дома в Австрии. Но теперь Джо объяснял: «Взгляни вот на это кресло периода французского ампира. Оно сделано из красного дерева. Видишь лебедей, вырезанных на подлокотниках? Они с герба императрицы Жозефины, супруги Наполеона. И еще посмотри вот на этого бронзового сфинкса, инкрустированного в спинку. В ту эпоху французы очень увлекались египетскими мотивами». Джо стал водить меня на аукционы «Сотбис» и «Кристис» в Нью-Йорке.

Приехав в Калифорнию, я умышленно обрезал все спортивные штаны по колено. Пусть мои сильные места будут прикрыты: бицепсы, грудь, спина, бедра, – но я позаботился о том, чтобы мои икры постоянно оставались у всех на виду. Я был беспощаден к себе и выполнял каждый божий день по пятнадцать, а то и по двадцать циклов упражнений для икр.