Цитаты из книг автора «Аркадий Аверченко»

И тут же заметил на лице хозяйки чувство сожаления ко мне, как к человеку, который заплатил за любовь деньги, не насладившись в то же время радостями этой любви…

Чтобы успокоить эту мятущуюся душу, я ткнул пальцем в какого-то господина в феске, свирепо пожиравшего слоеную дрянь с лотка.

На Пере среди грохота и гвалта меня остановила какая-то божья старушка – столь же уместная тут, как цветочек незабудки в пасти аллигатора.

, я сам люблю иногда хихикнуть в подходящем случае – но это был не смех! Это было сокрушительное ржание обезумевших жеребцов.

С утра Поползухин уходил гулять в поле, к реке. Дворня, по поручению Плантова, бегала за ним, искала, аукала и, найдя, говорила: – Идите, барчук, в дом! Барин просят вас на той машине играть. – А ну его к черту! – морщился Поползухин. – Не пойду! Скажите, нет настроения для игры! – Идите, барчук!.. Барыня тоже очень просила. И Андрейка плачут, слухать хочут. – Скажите, вечером поиграю! Однажды ничего не подозревавший Поползухин возвращался с прогулки к обеду. В двадцати шагах от дома он вдруг остановился и, вздрогнув, стал прислушиваться. «Выйду ль я на реченьку», – заливался граммофон. С криком бешенства и ужаса схватился гимназист Поползухин за голову и бросился в дом. Сомнения не было: граммофон играл, а в трех шагах от него стоял неизвестный Поползухину студент и добродушно-насмешливо поглядывал на окружающих.

Однажды ничего не подозревавший Поползухин возвращался с прогулки к обеду. В двадцати шагах от дома он вдруг остановился и, вздрогнув, стал прислушиваться. «Выйду ль я на реченьку», – заливался граммофон.

Поползухин съедал принесенное, выпроваживал огорченного Плантова и заваливался спать.

Сам Поползухин, кроме граммофонных занятий, ничего не делал: Андрейку не видал по целым дням, помыкал всем домом, ел пять раз в сутки и иногда, просыпаясь ночью, звал приставленного к нему парня:

Вся дворня при встрече с Поползухиным снимала шапки и кланялась

А бес с ним! Плюньте вы на это учение! Будем лучше играть на граммофоне… Ну, сыграйте сейчас! – Эх! – качал мохнатой головой Поползухин. – Что уж с вами делать! Пойдемте!