Длинный козырек над дверью спасал от палящего светила, позволял привыкнуть и оглядеться. Хотя чего тут оглядываться, все давно отработано. Привычно щелкнув кнопкой, распахнул над головой полусферу зонта. Да-да, банального зонтика от непогоды. Нежилые помещения начинались на следующей стороне улицы. Обжитая часть города это центр и острова, тоже частично нежилые. Вся остальная застройка советского и пост советского времени, не жилая. Это охренено большая территория, которую невозможно контролировать на сто процентов! Далеко от моря и реки, да и население сократилось, а значит нет нужды поддерживать там коммуналку и дороги, хотя нет.. магистрали соединяющие город с фермами и другими городами, поддерживались в рабочем состоянии. Ремонт проезжей части, ростовые инженерные заграждения. Запретка поддерживалась, на пятьдесят метров в каждую сторону, расчищенной полосой. Камеры покрывали все. Наблюдение усиливали бронированные стойки 7,62 мм АСУ на поворотниках в опасных местах, и перед мостами. Кое-где, заложены мины. За городом запретка была еще больше, и подобраться к дороге было не так-то просто. Патрульные дроны на небольшой высоте вдоль жилой границы. Выше, реял наблюдатель. Двойная система наблюдения и страховки. К месту происшествия, буде оно случалось, высылался моторизованный человеческий патруль на легкой бронетехнике типа «Тигр» или «Тайфун» . В целом, система работала отлично.

В заброшенных районах разрешалось находиться при наличии экшн-камеры и чипа геолокации с мощным датчиком контроля. Вшитый и носимый смарт не обладал мощностью, вышек – ретрансляторов в заброшке не было, этажки надежно глушили сигнал. Так что законов примерный гражданин Тим Волков, не нарушал, а что удачлив был, так это уметь надо..

3

Штаб-квартира где хранилась снаряга и прочее, обладала могучей стальной дверью с двумя замками, внутренним и навесным. Да, их можно было срезать как и петли, но это шум и на сработавшую сигнализацию мог заглянуть патрульный дрон. Дом выбранный под притон и штаб-квартиру, стоял на пограничной улице и его фасад глядел на общагу. Не только за это Тим ценил сталинку-двушку. Кроме мощных кирпичных стен, пятиэтажка выходила окнами на Север, и восходящее – заходящее светило заглядывало в помещения на излете. Прежние хозяева заменили деревянные окна на пластик, и вообще квартирка была ухоженной. Мебель скромная но винтажная, в 50-х прошлого века её делали строго из дерева и фанеры, ДСП и ДВП начались в 70-х, в 80-е добавился пластик. Дальше вообще голимая пластмасса и формальдегидная прессованная стружка. Ужас, короче. Нельзя даже сжечь, если припрет нужда. Канцерогенный дым смертельно опасен, как и пепел если его вытащить и рассыпать прочищая печь. Неактуально..

Квартирка его стараниями оборудована старенькой но надежной аппаратурой. Громоздкий кондей из первых, выходящий конденсатором не на улицу а в соседнюю квартиру. От древней кислотной батареи тянулся кабель, убегавший в квартиры на солнечной стороне. Там опять таки прямо в квартирах, стояли разнокалиберные панели питавшие еще более древний, советский катушечный сетевик, выдававший стабильные 220. Как оно все работало? А хрен его знает! Советская техника, однако..

Перезарядив шокер, прежние аккумы вставил в зарядник. Больше никакого оружия не полагалось, даже официальным сталкерам. Хотя нет.. у них был армейский разрядник – стрекало на длинной рукояти. Под запретом были арбалет и лук, приравненные к холодному оружию, даже пневматика свыше 3 джоулей. В общем все те запреты что медленно и постепенно вводились разоружая население. И вообще, официально считалось что опасностей кроме обвала или обрушения строений в заброшке, не имеется. Но были одичавшие собаки, крысы-мутанты с кошку, подземные твари что в ночное время все чаще и чаще стали появляться на ночных улицах. Все реже и реже но встречались отказники, не желавшие принимать Новый Дивный Мир. Если прегрешений за ними не числилось, и они не были внесены в лист ликвидации, проблем не чинили. Более того, за сотрудничество – видеозапись маршрутов, сдачу ресуров и оружия, полагалась мзда – продукты, медикаменты. В исключительных случаях, оказание медпомощи. Но это, как правило касалось только сексотов, секретных сотрудников заключивших контракт с Гестапо. В общем, дорога в общество им была открыта в любой момент. Но кто мог поручится, что имея возможность замести следы, они не расправлялись с теми кто расслабил булки? У Тима такой уверенности не было. Вполне может быть, что отказники вообще липовые, или имеют на теле аппаратуру и датчики, не подозревая об этом. Гестапо работало, и работало по полной! Обращался за медпомощью? Ну и все. Укол или датчик с зернышко, приклеенный к одежде в укромном месте расскажет о хозяине много чего интересного. В общем, в поиске нельзя лажать и расслабляться.

Тим быстро снял одноразовую бумажную повседневку, скинул пластиковые кроссовки. Из упаковки вынул унифицированное нижнее бельё серого немаркого цвета. Унифицированное, это значит без четкого размера 50-60- го. Можно одеть подростка, а можно натянуть на шкаф, без разницы.

Комбез серо-голубого городского камуфляжа. Поправил вставки-наколенники, подтянул ремни налокотников. Кевларовый ремень плотно обхватил бедра. Ножны оставались пустыми. Карман с правой стороны вел к пристегнутым ножнам плотно облегающим бедро. Клинок был пластиковым и метало детектор на него не реагировал. Надолго его вряд ли хватит, но разрезать путы или проткнуть плоть, вполне годился. Усиленные на костяшках перчатки, тоже не были лишними. Удар не хуже кастета. И вполне хватало не обжигая рук об нагретый на солнце металл, распахнуть дверь и откинуть засов с щеколдой. Гражданский шокер в виде небольшой дубинки занял место на поясе. Стрекало на армейской подвеске стояло в углу. На поясе же квадратная аптечка, фляга на полтора литра, респиратор с двумя патронами регенерации на полчаса каждый. Берцы с усиленной пластиковой подошвой и протектором, из углеродной мелкой сетки хорошо вентилируются. Широкополая шляпа с держателем подбородка и плотной сеткой маскирующей вуали, завершала переодевание. Рюкзак на сто литров, с каркасом, плотно прилегал к спине и на плечи. Связь поддерживалась через штатный смартфон устроившийся в нагрудном отсеке разгрузки. Экшен-камеру он достанет и включит потом, когда выйдет на маршрут. Подобным добром он разжился когда набрел на неразграбленный магазинчик «Сплав» в тупичке. Кого тогда интересовало подобное? Громили продукты, спиртное, аптеки. А там не было даже холодного оружия, чистая снаряга. До этого, приходилось таскаться в старом вонючем барахле найденном в квартирах.

А какой у нас сегодня, маршрут? Дубовую лаковую столешницу большого круглого стола закрывала стандартная топографическая карта двухверстка. Поверх неё Тим бросил и раскрыл план города, обычный, туристический. Густо покрыт отметками. Галочками отмечены места, где встречались стаи бывших друзей человека. Со слов или видел сам. Собачки пошли не те.. ох не те! Их и собаками-то назвать трудно. Звери до метра и больше в холке, с клыкастой пастью и мощными когтистыми лапами способные одним ударом разорвать одежду и вторым – выпустить кишки. Блестят умные и злые глаза. Потом, вляпавшегося бедалагу еще живого, рвут на куски разбрызгивая кровь. Только куски мяса с костями летят в стороны!

Стая из пяти-шести особей разделывает тушку человека за пять-шесть минут. У них чуткий слух и дрон узнают издалека. Прошло то время, когда дрон-охотник а то и патрульный тупица, заставал их врасплох и успевал отстрелять полстаи пока те не успели разбежаться. Даже странно что дроны подловили стаю, наверное новенькая была, из другой местности. Сейчас, эти твари прыскают в стороны не давая машине выйти на дистанцию уверенного поражения цели.

Крестики, это крысы. Крысы, это подземелья. Между крысами и собаками идет война. Собаки плохо видят в темноте и не любят спускаться глубоко под землю. Но мясо крыс уважают, очень даже. Впрочем, как и крысы – собачатину. Сейчас, когда с водой все хуже и хуже, крыс стало меньше, но еще хватает. Скорее всего, все дело в конденсате на границе жары и подземной прохлады. Это станции метро, глубокие автомобильные и ж/д тоннели, старинные подвалы. Питер изрыт подвалами, ходами и тоннелями как всякий старинный и древний город. Вот за эти места и идет война оставшейся в живых, фауны. Крыс и собак можно встретить в прилегающих к высохшему руслу, районах. Чем дальше от реки, тем меньше вероятность на них нарваться. Тим не собирался диггерствовать и штурмовать подземные глубины, плана подземелий за исключением сетки городских подземных коммуникаций, у него не было. И ту он прихватил по случаю, посетив городской архив на всякий случай.

Непонятным было другое. Вопросительные значки отмечали места где он встречал или слыхал о появлении нечто. Весьма агрессивного, но крайне не любящего свет. Змеи – многоножки с огромными пастями и бляшками гибкого панциря. Метр, а то и больше, толщиной с ногу нормального мужчины. Зубы как пилы, глаза как втопленные в череп перископы. Огромные кроты тоже внушали оторопь и страх. Размером с хороший чурбан и в обхват толщиной. Жесткая щетина. Клыки правда не такие как у змей, но тоже впечатляли. Огромные крюки, если зацепит – не отобьешься, сжует! Передние лапы вооружены когтями больше похожие на лопаты, с острыми кромками. Откуда они взялись? Тим предполагал, что из земных глубин. Вода отошла освободив проходы и осушив русла, и это открыло дорогу наверх. Твари появлялись из мест откуда давно ушла вода и местность была безжизненна.

Птицы вымерли первыми, в самом начале войны.

Что еще преподнесет изгаженная планета своим скурвившимся деткам? Вопрос..

4

Тим поглядел в окно на бетонный параллепипед общаги выгоревший до белизны. С пятнами на месте бывших окон и узкими щелями черных форточек утопленных в стену. Привлек он внимание своей излишней активностью или нет? Непонятно..

Крыша сверкала солнечными панелями прижатыми к рамам металлическим стопором в виде сварных рам из уголков. Помогла все-таки страховка на случай урагана, битых оказалось мало. Панели на дороге не валялись, а стоили не дешево.

Пора было идти.

Вытащив из кладовки старенький велосипед нажал на шины, пойдет. Не груженный, да еще по тенистой стороне, пожалуй без проблем до первой точки маршрута спокойно доберется. Спустился вниз закрыв за собой секретку. Вытащив светоотражающий балахон натянул, поправил светофильтры. Оттолкнулся набирая скорость. Удушающая жара накрыла сразу душным пологом, под пятьдесят..

Пустынная улица дрожала переливаясь волнами, не понять точно есть кто-то еще или нет? Но точно так же марево маскировало и его, так что пока не столкнуться лоб в лоб, что маловероятно, можно особо икру не метать. Ни собаки, ни крысы не суются на улицу в пик жары. Вечером, сколько угодно! Но до него еще надо дожить..

Улица была подчищена. То есть брошенных машин посередине не было. Легковушки и грузовички давно порезали на части и утащили на металл, благо близко к цивилизации, через стандартные бетонные заграждения легко проехать на эвакуаторе. Грузовики в центре города встречаются не часто, те что остались отбуксировали к обочинам. Вон стоит слева на широком проспекте синяя «Скания» с ободранной платформой. Блестящие осколки стекол, дверь висит на одной петле. Траурно свисает обшивка. С дуг прицепа свисают ошметки пластикового тента. Еще различим логотип «Магнита». Шины лягушками бугрятся вокруг дисков.

С бетонных столбов свисают обрывки проводов. Кое где, все обчищено дочиста. Это провода снимали целиком, за них больше дают чем за куски и отрезки. Выгоревшие газоны и скверы напоминали поля сражений. Клубки высохших кустарников и деревьев перемешанных с обломками скамеек, качелей.. виднелись яркие пятна детских колясок. Как они там оказались? Окна домов вокруг проезжей части глядят на одинокого человечка тысячами черных дыр. Редко-редко, встречаются уцелевшие стекла. Можно не сомневаться, что все квартиры на проспекте давным-давно обчищены и вывернуты. Но большая разница, когда проходил шмон? В начале бардака или ближе к устоявшемся границам? Так что есть, есть что взять даже сейчас. Та же одежда в большинстве своем так и висит в шкафах. Припрятанные консервы давно вздулись и лопнули по такой-то жаре, а вот спиртное или минералка, вполне себе. Вино, пиво и прочие прохладительные с добавками, тоже давно вздулись и сгнили. Вонючая бурда в лучшем случае. А вот крупа в банках или пакетах по такой жаре будет храниться практически вечно.

Тим давно миновал проспект и свернув на боковую улочку оказался в благословенной тени. Тут было не так проходимо. Засохшие и рухнувшие стволы немаленьких деревьев, брошенный транспорт с облупленными крышами. Горы выброшенной из окон мебели и аппаратуры. Дома вдоль дороги сменились на пятиэтажки. Перспективное место, похоже тут не проходили частым гребешком. Сталкеры жались к центральный улицам, а вот для крыс или собак место было идеальным. Если есть глубокие подвалы для конденсата.

Тим взмок, высох и снова взмок. Руки-ноги налились тяжестью. Густо пульсировала сгустившаяся кровь. Еще немножко до точки, вот только доехать до конца и добравшись по подъездной по выгоревшему футбольному полю, свернуть к крайней пятиэтажке. С улицы его не видать, он во внутреннем дворе комплекса. Крайний подъезд. Сигнальные маячки не тронуты, хорошо. Затащив велик и содрав накидку, в чуть менее жарком подъезде сунул руку в щель. Доворот.. в ладонь уперлась рукоятка ПМ. Остановившись, выщелкнул магазин, все норм. Слегка отдернул раму обнажив зеленоватое тело досланного патрона. Дунул в навинченный цилиндр глушителя. Взвел курок. От сердца отлегло. Шокер это конечно хорошо, но это ближний бой. Пусть даже у него метровая рукоять. А реакция у тварей на зависть.. они ведь не крутили педали выжимая силы и пот, не очковали на всякий шорох или движение потревоженного мусора!?