Дрон торопливо, в новом приступе конвульсий, и продолжал медленно, как человек, который повторяет стара
тела Мэри, вспомнил ту ночь, когда он оборвал весь цвет этой красоты. Под его насильственным прикосновением ребенок превратился в
Но Денис любил ветер: бороться с ним было приятно, это будило ощущение собственной силы. Со шляпой в руке, растрепанный, с о
радость. Как человек, забытый на необитаемом острове, измученный бесконечным тщетным высматриванием судна на горизонте, давно оставивший надежду и в