Глава 4: Внедрение

В лабиринте корпоративных стен, где каждый шаг отслеживается, а каждый взгляд взвешивается, человек становится частью механизма, даже не осознавая этого. Но что, если механизм начинает говорить с тобой? Эта глава – о грани, где реальность сливается с технологией, и о первом шаге в мир, где правда скрыта за стерильным блеском стекла и стали.

Москва утопала в утреннем смоге, когда Артём шагал к офису АО «ЗАСЛОН», расположенному в самом сердце делового кластера на Новом Арбате. Небоскрёб корпорации возвышался над городом, как монолит из стекла и титана, его шпиль терялся в серых облаках. Голографические логотипы – щит, перечёркнутый молнией – мерцали на каждом этаже, напоминая о мощи тех, кто правил этим миром. Артём поправил воротник своей новой куртки, купленной на последние кредиты, чтобы выглядеть презентабельнее. В кармане лежала флешка, а в голове – чип «Синтез», который пока молчал, но всё ещё отдавал лёгким покалыванием за виском.

У входа его встретил дрон безопасности – чёрная сфера с красными сенсорами, парящая в воздухе. Голос, синтетический и холодный, произнёс:

– Назови имя и цель визита.

– Артём Коновалов, – ответил он, стараясь не смотреть в сенсоры. – Отбор на экспедицию «Декатония-2».

Дрон мигнул зелёным и отъехал в сторону, открывая стеклянные двери. Вестибюль был огромным, с зеркальным полом и стенами, покрытыми голографическими панелями, которые показывали звёзды, космические корабли и планеты. Артём почувствовал себя маленьким, почти незаметным, как нанобот в его рое. Он шагнул к стойке регистрации, где женщина в строгом костюме с эмблемой «ЗАСЛОН» сканировала его поддельные документы через планшет.

– Коновалов, техник? – спросила она, не поднимая глаз. Её голос был таким же стерильным, как всё вокруг.

– Да, – кивнул Артём, чувствуя, как пот стекает по спине. Он ждал, что сейчас зажужжит сирена, и дроны безопасности уведут его в неизвестность. Но женщина лишь кивнула.

– Лифт 7, 45-й этаж. Не опаздывайте.

Лифт поднимался с едва слышным гудением, и Артём смотрел на своё отражение в стеклянной стене. Он выглядел чужим: чисто выбрит, в новой одежде, с поддельным резюме, которое Вегас состряпал за ночь. Но под кожей, за виском, был чип – крошечный кусочек технологии «ЗАСЛОН», который мог либо спасти его, либо уничтожить.

На 45-м этаже его встретил мужчина в сером костюме, с лицом, будто вырезанным из пластика. Его глаза, усиленные имплантами, светились лёгким голубым сиянием.

– Коновалов? – спросил он, протягивая руку. – Я доктор Лебедев, руководитель отбора. Следуйте за мной.

Артём пожал руку, чувствуя, как пальцы Лебедева холодны, словно металл. Они вошли в комнату, где стены были покрыты сенсорными экранами, а в центре стоял медицинский сканер – массивный цилиндр с мигающими индикаторами. Рядом двое техников в белых халатах настраивали оборудование.

– Садитесь, – сказал Лебедев, указывая на кресло перед сканером. – Мы проверим вашу совместимость с системами экспедиции. У вас есть импланты?

Артём замер. Чип «Синтез» был украденным, и он не знал, выдаст ли его сканер. Но отступать было поздно.

– Нет, – соврал он, стараясь держать голос ровным. – Только стандартные нейросенсоры для работы с дронами.

Лебедев кивнул, но его глаза, усиленные имплантами, словно просвечивали Артёма насквозь.

– Хорошо. Сканер проверит вашу нервную систему. Экспедиция «Декатония-2» требует полной совместимости с бортовым компьютером. Ложитесь.

Артём лёг в сканер, чувствуя, как холодная поверхность обволакивает его. Над головой зажужжали датчики, и он закрыл глаза, ожидая худшего. Но вместо тревоги он почувствовал лёгкий зуд в виске – чип ожил. В его сознании мелькнула вспышка: не образ, не звук, а что-то среднее, словно поток данных, который он не мог расшифровать. Это длилось долю секунды, но оставило ощущение, будто кто-то заглянул в его мысли.