– Пойдемте скорее, Вадим Петрович, надо его найти. – Оба врача выбежали в коридор и бросились бегать по этажам больницы, распугивая посетителей и персонал.

Конечно, их поиски не увенчались успехом, они лишь напрасно потеряли время, так и вернувшись в морг ни с чем.

– Что будем делать?

– Наверное, надо бы главному врачу рассказать? – неуверенно проговорил Сергей и уставился на пожилого коллегу.

– Пойдем, попросим охрану показать записи с камер, – Вадим Петрович направился к выходу.

Камеры они посмотрели, на них было видно, как человек в украденных у врача вещах проходит морг, и поднимается по лестнице, а дальше он сразу вышел за пределы больницы.

Главный врач был беспощаден, он метал молнии в подчиненных и даже заставил обоих дуть в трубку на предмет употребления алкоголя, потом хотел проверить их на наркотики, но внезапно смягчился. На записях и вправду был виден посторонний человек, который в помещение морга своими ногами не входил, но в самом морге камер не было, а потому главный врач не очень-то спешил поверить в рассказ Вадима Петровича.

– Так что вы говорите, он лежал в холодильнике и стучался? – Уже не в первый раз повторял он, – а разве вы его не вскрыли и не убедились, что он мертв? – Главврач потряс отчетом о вскрытии, где была указана причина и время смерти. – Кто его составил? Разве не вы? А это справка от скорой помощи об обнаружении трупа, – последнее слово он особо выделил. —Так что меня не волнуют ваши рассказы, труп был?

– Был, – дружно ответили врачи.

– Он зарегистрирован должным образом, и он должен быть. Идите и ищите, меня не волнует, откуда вы его возьмете, но он должен быть , или вы оба у меня премий лишитесь, да что там премий, – сотрясал воздух главный врач, расхаживая по кабинету и жестикулируя руками, – я вас уволю, по статье, да что там статья, под суд у меня за халатность оба пойдете, по вашей вине нас теперь проверками одолеют, и черти что они тут теперь своими проверками нароют, – главный врач раскраснелся, как раскалённая печь, и казалось, вот-вот лопнет, он так разошёлся в своём монологе, что врачи боялись даже слово вставить. – А теперь пошли отсюда оба, и чтобы завтра доложили мне, что труп нашелся.

Оба врача поспешили унести ноги от кабинета главного, и вслед им ещё какое-то время летели ругательства.

На двери в морг висела табличка «кварцевание», а внутри на столе стояла бутылка водки и царила напряжённая атмосфера. Врачи думали, где им взять труп: ни одна из озвученных главврачом угроз не прельщала. Посовещавшись, они сверились с бумагами и пришли к выводу, что труп их был одиноким, а следовательно, родные за ним вряд ли придут, и забирать его скорее всего никто не станет. Значит, теоретически они смогут заменить его любым другим неопознанным трупом, желательно тем, который уже был закопан, и искать его соответственно не станут. Если после кражи тела могилу вновь засыпать землёй, вернув её в первозданный вид.

Они думали, что идут самым безобидным путём, даже не подозревая, к каким страшным событиям это может их привести.

Недалеко за городом, на отшибе местного городского кладбища, располагалась огромная территория, где под номерами хоронили неопознанные трупы. Нужно было лишь выкопать останки одного пола, принести в морг и выдать за сбежавшее тело, а время и «случайно» переставший работать холодильник сделают своё дело, так, что узнать его даже при большом желании никак не получится.

Сговорившись на ночную поездку на кладбище, пожилой врач отправился домой, чтобы приготовить всё необходимое к вылазке, а молодой должен был отработать смену, ночью его отсутствия в морге никто бы не заметил.

**

Ночь над городом опустилась темная, небо заволокло тяжелыми свинцовыми тучами, словно вот-вот начнется дождь. На кладбище было темно и глухо – только где-то у дальних могил слышался шорох ветра и скрип веток.

Здесь пахло гнилыми листьями и травой, эта часть погоста практически не убиралась, и все старые безымянные могилы поросли травой и невысокими кустами, но свежие могилы были в земле и глине. Здесь еще виднелись следы кладбищенских рабочих, и валялись окурки и какие-то бутылки. Оба патологоанатома стояли возле свежей могилы, с фонарями в руках и лопатами.

– Зачем нам рыть эту могилу именно ночью? – прошептал Сергей. – Может, лучше дождемся рассвета или вернемся утром. Холодно и как-то жутко тут.

– Ты не дурак ли? – утром могут прийти рабочие, или еще кто – к тому же нам дали время до завтра, а завтра считай, что уже наступило. Ночью нас никто не видит, и мы никого. Была б моя воля, только по ночам бы и работал. – Вадим вонзил лопату и отбросил ком глины.

Они начали копать. Почва была мягкая, пахла влажной землей и чем-то неуловимо гнилым. Лопаты с глухим звуком врезались в землю. Мучали комары и какие-то мошки, норовили залезть в рот и глаза, руки начали ныть, а на ладонях появились мозоли, но спустя какое-то время лопата стукнула во что-то то глухое.

– Кажется, докопались, раньше они так глубоко не закапывали, но может, что в регламентах изменилось, давай чуть поднажмем. – Проговорил Вадим и стал копать за двоих.

Вскоре блеснул лом, и крышка дощатого гроба с треском открылась.

– Ты знаешь, что с ним произошло?

– С кем? – удивленно воздел бровь Вадим.

– С трупом этим.

– Откуда я могу знать, я уже рад тому, что нам попался мужчина, а не еще одну могилу пришлось наобум копать.

В гробу на дне могилы, лежал мужчина лет сорока, на первый взгляд без каких-либо признаков насильственной смерти.

– Выглядит еще совсем свежим, – расправляя мешок для трупов, проговорил Сергей.

– Да, – ответил Вадим, – но это не беда, опыт и пара штрихов помогут с этим справиться.

Стоило им откопать труп, как вокруг словно замерло время. Слабый ветер резко стих, и между могилами начали проглядывать какие-то белые тени. То ли тени, то ли призраки.

– Ты это видишь? – прошептал Вадим, и руки его задрожали.

– Вижу, – кивнул Сергей глядя на труп, – давай перекладывать.

Они осторожно достали тело. Откуда-то, будто из земли, раздался едва различимый потусторонний крик, так мог кричать человек, зверь, или мертвец. Вадим обернулся, но никого не увидел, только тополь покачивал ветками, заполняя округу скрежещущими звуками. Но чье-то тайное присутствие не покидало их, будто кто-то невидимый наблюдал за всем происходящим.

– Поехали отсюда, – шепнул Сергей.

Они быстро закрыли крышку гроба, засыпали могилу землей и как смогли ее утрамбовали. Завернули тело в специальный пакет и отправились к дороге. Какая-то тень из темноты промелькнула у края кладбища – и показалась парой ярких, зловещих глаз.

– Не останавливайся! – крикнул Сергей.

Они побежали, и только выбравшись к машине, смогли отдышаться и, загрузив тело в багажник, почувствовали некое облегчение.

– Кажется, еще немного, и я наложил бы в штаны. Утирая пот со лба и отряхивая выпачканные землей вещи, проговорил Сергей.

– Аналогично, – ответил Вадим, – мы сделали свою работу. Но, видит бог, это был первый и последний раз, когда я делал что-то подобное.

– Сейчас я как никогда надеюсь, что по ту сторону смерти ничего нет, если не так, то видимо в рай мы с тобой точно не попадем, – бросил Сергей и захлопнул дверцу багажника.

Пока машина ехала по пустым улицам к моргу, патологоанатомы сидели молча, будто боялись разбудить что-то невидимое, какую-то тьму. Они чувствовали, что сделали то, что делать нельзя, и теперь тьма окутывала их изнутри и подбиралась к ним снаружи, мелькая тенью за каждым деревом, углом, поворотом. Она словно жила на кладбище. И теперь они ее разбудили.

Перетащить труп в больницу получилось без труда, живых ночью в морге встретить было сложно. Патологоанатомы выложили труп на столе в секционной и встали рядом, глядя на покойника. Пожилой врач держал в руках фотографию сбежавшего трупа и передал ее коллеге.

– Ну как, похож он на нашего потеряшку?

Тот в ответ лишь кивнул, подтвердив явное сходство.

– Что с тобой? На тебе лица нет.

– Как-то мне не по душе все это, – Сергей потупил взгляд.

– Ладно, давай закончим с этим делом, уберем труп туда, где ему место, выпьем с тобой и забудем все это дерьмо, в которое мы оказались втянуты каким-то непонятным образом.

Старый врач удалился, послышался звон посуды, а потом он вернулся, держа в руках по стакану и молча протянул один коллеге.

– Нет. Я, пожалуй, воздержусь, мне до утра еще дежурить, и вряд ли я сомкну глаза.

– Как знаешь, – Вадим осушил свой стакан и принялся срезать с покойника вещи.

– Ты можешь отдохнуть, Сергей, я сам все сделаю, – он закурил, – хватит с тебя на сегодня приключений, можешь даже лечь спать, я разбужу, если что. Молодой молча вышел из комнаты и последовал его совету.

Вадим затушил сигарету о стол и закурил еще одну, срезал всю одежду с покойника, сверился с фотографией и вдруг в морге погас свет. Через мгновение он зажегся вновь, лампочки мигнули несколько раз и погасли совсем. Врачу вдруг стало по-настоящему страшно, по спине прошел холодок, выступил липкий пот и мигом сделался зловонным, каким-то залежавшимся.