КНИГА ВТОРАЯ. ЦВЕТА СВЕТА

ПРОЛОГ

Шамбала. Дворец Верховного Дракона. Тронный зал.

Прошло три месяца с тех пор, как Альберт Колесников, бывший студент-юрист московского юридического института, впервые ступил на белокаменную площадь столицы Шамбалы. Три месяца с тех пор, как он узнал, что является драконидом — потомком древней расы стражей, охраняющих границы между мирами.

За это время он многое узнал.

Шамбала оказалась именно такой, какой он видел её в видениях — и одновременно совершенно иной. Белокаменный город, раскинувшийся на высокогорном плато, был прекрасен: узкие улочки, мощённые светящимся камнем, купола храмов в форме лотосов, башни Института Мудрости, уходящие в вечно-светлое небо. Свет Шинтамани — великого камня, упавшего с неба тысячи лет назад — заливал всё вокруг, и здесь не было ни теней, ни темноты, ни ночи. Когда жителям нужно было спать, они просто занавешивали окна плотными шторами.

Но Шамбала была не просто идиллической страной. Это был военный лагерь.

Война с демонами Нижнего Мира не прекращалась ни на день. Твари, подобные тем, с которыми Альберт сражался в Москве, пытались прорваться сквозь барьер между измерениями постоянно. Дракониды — стражи Шамбалы — были единственной силой, способной их остановить.

Их было мало.

Катастрофически мало.

До прибытия Альберта в Шамбале насчитывалось всего восемь активных драконидов, не считая самой Верховного Дракона. Трое из них были Зелёными — рядовыми стражами, прошедшими превращение, но не достигшими полной силы. Двое — Чёрными, драконами-воинами, элитой армии Шамбалы. Один — Золотой, дракон-мудрец, хранитель знаний Института Мудрости. И двое — Синих, драконов-целителей, чья сила заключалась не в разрушении, а в восстановлении.

Иерархия цветов была древней и незыблемой.

Фиолетовый — цвет Верховного Дракона. Только один драконид во всём мире мог носить этот цвет. Это был не просто титул — это было бремя. Фиолетовый дракон управлял Шамбалой, держал барьер между мирами и нёс ответственность за каждую жизнь в стране.

Чёрный — цвет дракона-воина. Боевая элита. Те, кто сражался на передовой, кто уничтожал демонов в ближнем бою, кто вёл за собой остальных. Альберт, сам того не зная, стал Чёрным — его чешуя после превращения приобрела цвет обсидиана.

Золотой — цвет дракона-мудреца. Хранители знаний, исследователи древних текстов, учителя Института Мудрости. Они редко участвовали в битвах — их сила была в понимании, а не в разрушении.

Зелёный — цвет рядового стража. Самый многочисленный (насколько это слово вообще применимо к драконидам) ранг. Молодые драконы, только прошедшие превращение, или те, чья сила не развилась до конца.

Синий — цвет дракона-целителя. Редкий и ценный дар. Синие драконы могли исцелять раны, восстанавливать силы и даже возвращать к жизни тех, кто был на грани смерти.

Красный — цвет дракона-кузнеца. Ещё более редкий. Красные драконы работали с металлом и камнем, создавая оружие и доспехи, способные выдерживать удары демонов.

Белый — цвет, которого не существовало уже тысячу лет. Цвет дракона-пророка. Согласно легендам, Белые драконы могли видеть будущее и прошлое, проникать в саму ткань времени. Последний Белый дракон погиб в эпоху падения Атлантиды.

И был ещё один цвет. Цвет, о котором говорили только шёпотом и только в самых тёмных уголках Института Мудрости.

Алый.

Цвет дракона-отступника. Цвет тех, кто предал Шамбалу и перешёл на сторону тьмы.

За три тысячи лет было всего три Алых дракона. Каждый из них стал князем демонов. Каждый из них пытался уничтожить Шамбалу.

И, по слухам, четвёртый должен был появиться в этом поколении.

Тронный зал дворца Верховного Дракона.

Альберт стоял перед троном и ждал.

Тронный зал был огромен — размером с футбольное поле. Стены из белого камня были покрыты резьбой, изображающей историю Шамбалы: падение камня Шинтамани с неба, основание города, битвы с демонами, коронации Верховных Драконов. Свет Шинтамани, проникающий сквозь витражные окна, окрашивал всё в тёплые золотые тона.

На троне восседала Верховный Дракон. В своём человеческом облике она была всё так же прекрасна: высокая, стройная, с кожей, светящейся золотом, и фиолетовыми глазами с вертикальными зрачками. Корона-диадема сияла на её голове. Фиолетовая мантия струилась до пола.

Рядом с ней стояли двое.

Первого Альберт уже знал — это был Золотой дракон, мудрец по имени Тензин. Старик с длинной седой бородой, одетый в золотые одежды. Его глаза — добрые, но проницательные — смотрели на Альберта с интересом. Тензин был главой Института Мудрости и личным советником Верховного Дракона.

Второго Альберт видел впервые.

Это был Чёрный дракон — такой же, как он сам. Высокий, широкоплечий мужчина лет тридцати с суровым, обветренным лицом. Его кожа имела лёгкий сероватый оттенок, а глаза горели тем же золотым огнём, что и у Альберта. Одет он был в простую чёрную тунику без украшений. На поясе висел меч — не церемониальный, а боевой, с потёртой рукоятью.

— Альберт, — сказала Верховный Дракон, и её голос эхом разнёсся по залу. — Подойди ближе.

Он шагнул вперёд.

— Прошло три месяца с твоего прибытия в Шамбалу. Ты хорошо проявил себя. Ты убил тридцать демонов, включая князя Ксафана. Ты прошёл превращение. Ты доказал, что достоин звания дракона-воина. — Она сделала паузу. — Но твоё обучение только начинается.

— Я готов учиться, — сказал Альберт.

— Знаю. Именно поэтому я призвала тебя. — Верховный Дракон указала на Чёрного дракона рядом с собой. — Это Саргон. Он — командир боевого крыла драконидов. Лучший воин Шамбалы. Он будет твоим наставником.

Саргон шагнул вперёд и оглядел Альберта с ног до головы. Его взгляд был холодным, оценивающим.

— Это он? — спросил Саргон, обращаясь к Верховному Дракону. — Тот самый парень из Москвы, который убил Ксафана?

— Да.

— Выглядит как студент.

— Он и был студентом, — сухо заметила Верховный Дракон. — Три месяца назад.

Саргон хмыкнул.

— Ладно. Посмотрим, на что ты способен, студент. Завтра на рассвете жду тебя на тренировочном плато. Опоздаешь — будешь отрабатывать наказание.

— Я не опоздаю, — ответил Альберт.

Саргон ещё раз оглядел его, хмыкнул снова и вышел из зала.

— Не обижайся на него, — сказал Тензин, Золотой мудрец. — Саргон суров со всеми. Он потерял многих друзей в этой войне.

— Я не обижаюсь, — ответил Альберт. — Я понимаю.

— Это хорошо. — Верховный Дракон поднялась с трона. — Но я позвала тебя не только ради знакомства с Саргоном. У меня есть новости.

— Какие?

— Мы нашли ещё одного.

Альберт моргнул.

— Ещё одного драконида?

— Да. В Буэнос-Айресе. Девушка, двадцать три года. Она только начала пробуждение — видит демонов, слышит шёпот, но ещё не понимает, что с ней происходит. Ей нужна помощь.

— Почему вы говорите это мне?

— Потому что ты лучше других знаешь, через что она проходит, — сказала Верховный Дракон. — Ты прошёл этот путь всего три месяца назад. Ты помнишь страх, сомнения, боль. Ты сможешь помочь ей так, как не смог бы никто другой.

— И ещё кое-что, — добавил Тензин. — Согласно нашим пророчествам, в этом поколении должно пробудиться семь новых драконидов. Семь — магическое число. Семь цветов радуги. Семь столпов, на которых будет держаться новая эра Шамбалы. Ты был первым. Она — вторая. Нам нужно найти всех семерых.

— Зачем?

— Потому что грядёт война, — ответила Верховный Дракон мрачно. — Совет Девяти — правящая верхушка демонов — узнал о твоём появлении. Они знают, что новый дракон убил одного из них. Они не простят этого. Они готовят вторжение — более масштабное, чем всё, что мы видели за последнюю тысячу лет. Нам нужна армия. А пока у нас есть только горстка воинов и надежда на новое поколение.

Альберт переварил услышанное.

— Когда я отправляюсь в Буэнос-Айрес?

— Завтра. После первой тренировки с Саргоном. Ты возьмёшь с собой одного из Зелёных — для поддержки.

— Я справлюсь один.

— Знаю. Но ты теперь не одиночка, Альберт. Ты — часть Шамбалы. Часть команды. Привыкай работать с другими.

Альберт кивнул.

— Как зовут девушку?

— Лусия. Лусия Мендес. Студентка факультета антропологии. И, судя по первым признакам, она станет Синим драконом.

— Целителем?

— Да. Если, конечно, переживёт превращение.

Тренировочное плато. Рассвет следующего дня.

Тренировочное плато находилось на окраине столицы — огромная площадка из чёрного вулканического камня, окружённая скалами. Здесь дракониды отрабатывали боевые техники. Камень был испещрён следами когтей, ожогами от пламени и выбоинами от ударов.

Альберт пришёл за десять минут до рассвета. Саргон уже ждал его — стоял в центре плато, скрестив руки на груди.

— Не опоздал, — констатировал он. — Уже плюс.

— Я же обещал.

— Обещания ничего не стоят. Имеют значение только действия. — Саргон обошёл Альберта по кругу, как хищник оценивает добычу. — Ты убил Ксафана. Это впечатляет. Но я слышал отчёты. Ты победил его не мастерством, а удачей и помощью Верховного Дракона.

— Я победил его светом.

— Свет — это инструмент. Инструмент без мастера бесполезен. — Саргон остановился. — Покажи мне свою драконью форму.

Альберт сосредоточился. За три месяца он научился превращаться быстро и почти без боли. Чёрная чешуя покрыла его тело. Крылья развернулись за спиной. Когти пробились сквозь пальцы. Рост увеличился до трёх метров.

Саргон наблюдал.

— Неплохо. Для новичка. Теперь я.

Он превратился мгновенно — без видимого усилия, без переходной фазы. Только что перед Альбертом стоял человек — и вот уже огромный чёрный дракон, крупнее Альберта раза в полтора, возвышается над плато. Его чешуя была не просто чёрной — она была матовой, поглощающей свет. Шрамы покрывали её, как карта былых сражений. Крылья имели размах метров шесть.

— Сравни, — прорычал Саргон. — Твоя форма всё ещё несовершенна. Ты тратишь слишком много энергии на поддержание чешуи. Твои крылья слишком жёсткие — ты не сможешь маневрировать в воздухе. Твои когти недостаточно остры. Ты дерёшься как человек в теле дракона, а не как дракон.

— Я работаю над этим.

— Недостаточно. — Саргон вернулся в человеческую форму. — С сегодняшнего дня ты будешь тренироваться со мной каждый день. Мы начнём с азов: дыхание, контроль энергии, трансформация. Потом перейдём к бою. Ты узнаешь, что такое настоящая битва драконов — не та импровизация, которую ты устраивал в Москве.

— Я готов.

— Посмотрим. — Саргон указал на скалы у края плато. — Видишь ту вершину?

— Да.

— Долети до неё и вернись. Быстро.

Альберт расправил крылья и взлетел. Это было несложно — расстояние в пару километров он преодолел за минуту. Но когда он вернулся, Саргон покачал головой.

— Слишком медленно. И слишком шумно. Твои крылья рассекают воздух как паруса. Ты должен скользить, а не махать. Дракон в полёте должен быть бесшумен, как сова. Иначе демоны услышат тебя за милю.

— Я не знал.

— Теперь знаешь. Ещё раз.

К полудню Альберт вымотался так, как не выматывался даже в битве с Ксафаном. Саргон гонял его безжалостно: полёты, трансформации, дыхательные упражнения, отработка ударов. Каждый раз, когда Альберт думал, что справился, наставник находил новый недостаток.

Но он учился.

Быстро — гораздо быстрее, чем ожидал Саргон, хотя тот никогда не признал бы этого вслух.

— На сегодня хватит, — сказал Саргон, когда солнце (вернее, Шинтамани, который в Шамбале заменял солнце) достигло зенита. — Завтра продолжим. А сейчас у тебя другое задание.

— Буэнос-Айрес.

— Да. Иди. И помни: ты теперь не просто Альберт. Ты — Чёрный дракон Шамбалы. Веди себя соответственно.

— А как ведёт себя Чёрный дракон?

Саргон впервые за день усмехнулся — скупо, уголком рта.

— Достойно. И не проигрывает.

Москва. Бар «Юрист». Несколько часов спустя.

Альберт сидел за их обычным столом в баре «Юрист» и ждал Димона. Ему нужно было попрощаться перед отправкой в Аргентину — и, возможно, попросить о помощи.

Димон ворвался в бар через пятнадцать минут после назначенного времени — взъерошенный, запыхавшийся, с рюкзаком, набитым учебниками.

— Извини, Завьялов задержал. Спрашивал про тебя, кстати. Я сказал, что ты перевёлся на заочное.

— Спасибо. — Альберт подвинул другу кружку пива. — Как дела?

— Дела — дерьмо, — честно ответил Димон. — Без тебя скучно. Колян спрашивает, куда ты пропал. Света думает, что ты в секте. Лёха вообще решил, что тебя похитили инопланетяне.

— Лёха близок к истине. Только не инопланетяне, а драконы.

— Ты ему это скажи — он диссертацию напишет. — Димон отхлебнул пива. — Рассказывай. Что там у тебя?

Альберт рассказал. О тренировках с Саргоном. О пророчестве насчёт семи новых драконидов. О девушке в Буэнос-Айресе.

— И ты летишь в Аргентину? — уточнил Димон.

— Да. Сегодня ночью. Через портал.

— А зачем ты мне это рассказываешь?

— Потому что мне нужна твоя помощь. — Альберт наклонился вперёд. — Ты помнишь, как ты прикрывал меня в институте? Как ты отслеживал «странные инциденты»? Ты был моим единственным связным с нормальным миром.

— Ну.

— Я хочу, чтобы ты стал моим постоянным контактом. Неофициальным. Тем, кто будет собирать информацию здесь, пока я там.

Димон помолчал.

— Ты предлагаешь мне стать шпионом драконов?

— Я предлагаю тебе стать моим другом. Как и раньше.

— А платят драконы сколько?

— Бессмертием не обещаю, но кое-что могу предложить. — Альберт достал из кармана небольшой кристалл — чёрный, блестящий, пульсирующий золотым светом. — Это осколок моей чешуи. Если ты когда-нибудь окажешься в опасности — раздави его. Я почувствую и приду.

Димон взял кристалл и долго смотрел на него.

— Ты серьёзно? Ты даёшь мне... кусочек себя?

— Ты мой лучший друг, Димон. Единственный, кто знает правду. Если с тобой что-то случится, я себе не прощу.

Димон сжал кристалл в кулаке.

— Ладно. Я согласен. Но с одним условием.

— Каким?

— Ты будешь прилетать раз в месяц. В этот бар. И рассказывать мне всё. Я хочу знать, что с тобой происходит.

— Договорились. — Альберт протянул руку, и Димон пожал её.

— Кстати, — сказал Димон, — а что за девушка? Симпатичная?

— Я её ещё не видел.

— Но ты её спасёшь, она будет благодарна, и всё такое...

— Димон!

— Молчу, молчу.

Они просидели в баре до вечера. А когда стемнело, Альберт вышел на улицу, развернул крылья и взлетел — навстречу новому приключению.

Буэнос-Айрес. Ночь.

Лусия Мендес сидела на подоконнике своей квартиры в районе Палермо, смотрела на огни ночного города и пыталась убедить себя, что сходит с ума.

Последние две недели были адом.

Сначала — голоса. Тихий шёпот в голове, который она принимала за последствия переутомления. Экзамены в университете, подработка в кофейне, проблемы с арендой — стресса хватало.

Потом — тени. Она начала видеть их краем глаза: тёмные силуэты, которые исчезали, стоило повернуть голову.

Потом — лица. Люди на улицах, чьи лица на мгновение «съезжали», обнажая что-то серое и чешуйчатое.

А вчера она увидела, как её сосед — обычный мужчина средних лет, бухгалтер — превратился в чудовище. Прямо у неё на глазах. Его кожа пошла трещинами, из которых полезли щупальца. Глаза стали чёрными. Рот растянулся в невозможной улыбке.

Лусия закричала. Сосед — уже снова человек — удивлённо посмотрел на неё и спросил, всё ли в порядке.

Она убежала.

Теперь она сидела дома, забаррикадировав дверь, и боялась выходить на улицу.

«Я схожу с ума, — думала она. — Шизофрения. Или опухоль мозга. Или...»

В дверь постучали.

Лусия вздрогнула.

— Кто там?

— Меня зовут Альберт, — ответил голос с другой стороны. Спокойный, с лёгким акцентом. — Я знаю, что с тобой происходит. Я здесь, чтобы помочь.

— Я никого не звала!

— Знаю. Но ты слышишь шёпот. Видишь тени. Люди вокруг кажутся монстрами. И ты думаешь, что сходишь с ума.

Лусия замерла.

— Откуда вы знаете?

— Потому что три месяца назад я прошёл через то же самое. Открой дверь. Я всё объясню.

Она колебалась. С одной стороны — незнакомец, который знает о её галлюцинациях. С другой — если он хотел причинить ей вред, зачем ему стучаться?

Она открыла дверь.

На пороге стоял молодой человек — на вид ровесник, может, чуть младше. Русые волосы, простая одежда, очки в тонкой оправе. Но его глаза... его глаза светились золотом. И от него исходило тепло — буквально, как от печки.

— Ты не человек, — прошептала Лусия.

— И ты тоже, — ответил Альберт. — По крайней мере, не совсем.

ГЛАВА ВТОРАЯ. ЛУСИЯ

Буэнос-Айрес, район Палермо. Квартира Лусии Мендес.

Лусия стояла в дверях и смотрела на незнакомца. Её разум кричал: «Захлопни дверь! Вызови полицию! Это какой-то маньяк или сектант!» Но другая часть — та самая, что последние две недели слышала шёпот и видела тени, — говорила: «Он знает. Он понимает. Он такой же».

— Кто ты? — спросила она.

— Меня зовут Альберт Колесников. Я драконид. И ты тоже драконид — по крайней мере, твоя кровь говорит об этом.

— Драко... что?

— Можно я войду? Обещаю, что всё объясню. И, клянусь Шинтамани, я не причиню тебе вреда.