Глава 3

– Хм… А знаешь, Единый… Мне даже нравится, что мои эмоции такие… хм… такие тусклые и невзрачные. Они не будут мешать мне принимать решения и переступать через моральные принципы прошлой жизни… Прошлой? – спросил я сам у себя. – Да, прошлой. – уверенно ответил на свой же вопрос. – Что там ещё было? Точно! Что за стигматы? Почему у меня вместо глаз какие-то стигматы? – поинтересовался у НМА.

«Зрительные нервы и глазные яблоки носителя были сильно повреждены… Причина… Черепно-мозговая травма тяжёлой степени… Кровоизлияние… Повреждение капилляров глазного яблока… Повреждение сосудов головного мозга… Травма затылочной части головного мозга…»

– Всё-всё. Я понял. Что за стигматы? – остановил я Единого и попытался вернуть его в нужное русло.

«Зрительные стигматы… Биомеханическое устройство, совместимое с органическими формами жизни… Возможности… Детальный анализ (пассивно) – отображение особенностей живых организмов (требуется энергия)… Сканирование эфира (активный навык) – зрительное отображение потоков эфира… Социальная инженерия (пассивно) – анализ эмоций и мимики живых организмов (если возможно) с целью выявления эмоционального окраса по отношению к носителю…»

– Понятно. Удобно. Практично. – Отчеканил я, удивившись возможностям своих новых биомеханических глаз. – Минусы есть? С таким функционалом их не может не быть. – Уверенно заявил я.

Ответа не последовало. Я уже думал, что Единый опять проигнорирует мой вопрос, но строчки всё же забегали, выдав запрошенную информацию.

«В активном состоянии излучают видимый спектр света…»

– Покажи, – попросил я и уставился в зеркальную поверхность стены. Глаза, будто люминесцентная лампа, замерцали, а потом вспыхнули салатовым постоянным свечением.

– Ух ты же… Ни хера себе. Да я что, прожектор, блин? Для нормального и постоянного применения требуется маскировка. По крайней мере, в тёмных местах я буду светиться, как новогодняя ёлка. – Что-то ты там ещё писал… ммм… Ах да, тело. Что с ним?

«Мимикрия (активный навык) – позволяет сливаться с местностью… Гибридный тактик… Ошибка… Недоступно… Требуется следующий шаг эволюции».

– Это что ещё за гибридный тактик? Покажи описание, – заинтересовался я. Ожидание опять затянулось. Будто НМА решал, стоит ли мне в данный момент выдавать информацию по недоступному навыку. Но я всё же получил ответ.

«Гибридный тактик (пассивный навык) – максимально оптимальное использование органических и биомеханических структур организма… Увеличение всех физических показателей в зависимости от возможностей тела».

– Хм… Ладно. Честно говоря, я ничего не понял. Типа увеличение силы и ловкости.

«Сила… Ловкость… Выносливость… Гибкость… Быстрота…»

– Всё, я понял. Можешь дальше не писать, – остановил я Единого. – Тогда… – я осмотрелся, немного подумал и решил, что пора бы и начать что-то делать. – Тогда пора начинать осваивать новые способности. Как бы мне ни хотелось это признавать, но я, кажется, смирился со всеми этими переменами. Новое тело – новая жизнь. Мне нужно развитие, чтобы выполнить данные самому себе обещания. – сказав это, я поднялся и хотел уже лезть в пролом, через который сюда попал, но НМА меня остановил.

«Носитель… Вам следует забрать наследие… Вы содержите в себе гены мёртвой расы Иринийцев. Вы наследник целой цивилизации… Последний и единственный наследник…»

После этих строк небольшое пространство у основания манипулятора подсветилось зеленоватой дымкой. Я прошёл к указанному месту и присмотрелся. Провел пальцами и ощутил тонкий шов. Оглядел пространство вокруг. Попытался найти что-нибудь, чем можно подцепить незаметную крышку. Ничего не нашёл.

– Единый, активируй резак. – попросил я. Моя конечность сразу же превратилась в клинок. – А можешь изменить форму лезвия? Сделай уже и тоньше.

Единый не стал выполнять мои пожелания в точности. Он просто сформировал тонкую плоскую спицу на конце клинка, которая прекрасно подходила под мои запросы. Я сразу же подковырнул крышку и застыл от увиденного. В полусферической нише перед моими глазами покоился полый шар, сделанный из прозрачного материала. По его экватору были выгравированы неизвестные мне символы. Внутри него хаотично, принимая самые невообразимые формы, металась клякса жидкого металла. Материал отличался от того, что курсировал по моему организму. Это неведомое вещество излучало весь доступный моим стигматам спектр цветов.

Я приложил пальцы к сфере, и клякса сразу же прилипла к прозрачной стенке, будто пыталась как можно скорее слиться со мной. Ну или сожрать. Я уже хотел убрать руку, но откуда-то появилась предательская капля жидкого металла, очень смахивающая на ту, что находится в моём теле. Скатившись по подушечке пальца, она упала на один из знаков и начала его заполнять. За первым следующий, а за ним ещё один. Так продолжалось, пока все знаки не стали серебристыми. Я же не мог оторвать от этого действа взгляд. Где-то на задворках сознания билась паническая мысль: «Беги, идиот. Эта хрень сейчас выберется на свободу и первым делом сожрёт тебя», но сподвигнуть меня к действиям у этого помысла не получилось. Раздался щелчок, и половинки сферы крутанулись в противоположные стороны. Я сглотнул и, вместо того чтобы отпрянуть, протянул руку к застывшему кусочку прекрасного хаоса. Он, будто разумный, вытянул щуп и коснулся моего пальца. Я ощутил тепло и… сродство с этим материлизованным куском красок. Внезапно клякса замерла. Я даже дёрнул рукой, проверяя, не остановилось ли время. Очень неестественно выглядело действие кляксы.

– Эй! Ты чего? – не зная, что делать, сказал я вслух. И, как ни странно, клякса отреагировала, но только не так, как хотелось бы. Множество мелких щупов, будто швартовочные крюки, впились в мою грудь и начали раздвигать плоть в районе сердца. Я хотел рвануть эти жгуты из себя, но понял, что не могу пошевелить и пальцем. Ме-е-е-дленно клякса приближалась к моим обнажённым внутренностям, и мне совершенно ничего не удавалось ей противопоставить. Тогда я просто выдохнул, прикрыл глаза и позволил произойти тому, на что никак не мог повлиять. Единственным плюсом было то, что моё тело совершенно не ощущало боли. В какой-то момент меня качнуло, и я, как мешок с потрохами, упал на пол. Перед глазами вспыхнули какие-то оповещения, но прочитать их мне уже не удалось. Я потерял сознание…

Глава 4

Очнувшись, я сразу ощутил какую-то неправильность. Проанализировав своё состояние, понял, что ко мне вернулись чувства. Надеюсь, все, а не только боль, которая распирала мою голову. Казалось, ещё чуть-чуть, и череп лопнет, как перезревший арбуз. Приняв сидячее положение, скрестил ноги и применил дыхательные упражнения, которым нас учили в университете на занятиях по боевым искусствам. Прошло несколько минут, и головная боль частично отступила. По крайней мере, у меня получалось связно мыслить. Размяв руками шею, выпрямил ноги и подозрительно легко оказался в вертикальном положении.

– Чё за… – глядя на свои частично органические, частично биомеханические ноги, с удивлением произнёс я. От созерцания своих конечностей меня отвлекла назойливо моргающая красная точка, находящаяся на переферии зрения.

– Единый, что за хрень моргает у меня в глазу? – обратился я к НМА, но ответа не последовало. – Единый, ты меня слышишь? – и вновь никакой реакции. Тогда я попытался сфокусироваться на красной точке. Чем дольше я в неё всматривался, тем сильнее мне казалось, будто разум куда-то засасывает. Внезапно точка превратилась в красное полотно, и сознание провалилось внутрь… хм… внутрь меня? Я оказался в каком-то пространстве. Совершенно темном, но в то же время всё, что здесь находилось, будто светилось изнутри, было вполне ярким и хорошо видимым.

Пространство, в которое я попал, казалось пустым и одновременно полным. Это противоречие в ощущениях заставило моё нематериальное тело поёжиться. Необычно. Мозг отказывался воспринимать действительность, пасуя перед такими вызовами логики материального мира. Посмотрел под ноги и ещё сильнее напрягся. Я опирался на… пустоту. Не было ничего у меня под ногами. Лишь бесконечная, уходящая в темноту глубина. Ударив незримой ногой, почувствовал плотный невидимый пол. Я даже не стал обдумывать этот феномен. Этого просто не может быть. И вообще, как понимаю, я внутри своего сознания, а здесь возможно всё.

Осмотрелся. Вокруг меня плавали неизвестные, замысловатые символы, которые периодически вспыхивали у меня перед глазами при общении с Единым. Правда, они потом преобразовывались в понятные мне буквы. Немного в стороне в пространстве плавали то ли схемы, то ли созвездия. Они находились достаточно далеко от меня, поэтому точно понять, что это такое, мне не удалось. Эти конструкты светились тем же салатовым оттенком, что и мои стигматы во время активации.

Сделав интуитивный шаг вперёд, сразу же остановился. По мнимому небосводу моего разума зазмеились импульсы, будто электрические разряды, проходящие через нервную систему. Это было очень красиво и завораживающе. Однако, в то же время, вызывало оторопь и панический страх неизвестного.

Сфокусировавшись на мысли о Едином, который так мне и не ответил в реальном мире, я заметил, как на мнимом бесконечном небосводе разгорается комета. Зациклив нужную мысль, я наблюдал, как она вспыхивает всё сильнее и сильнее. В какой-то момент комета сорвалась с места и устремилась прямо ко мне. Честно говоря, было страшно, но я всё же удержал себя на месте и не отступил назад.

Комета, будто кинетика и инерция на неё не действовали, резко остановилась в двух метрах от меня и начала расширяться, пока не превратилась в белый овал, из которого выплыл повреждённый механизм. Он напоминал разбитый кристалл висмута, повторяя причудливые строгие формы этого металла. Вся структура механизма была оплетена нитями, похожими на потухшие нервные волокна. Если посмотреть на этот шедевр абстракционизма издалека, то вполне можно перепутать с медузой. Присмотревшись к нитям, заметил, что их концы неровно посечены, будто оборваны.

Внезапно я всем нутром ощутил, что это необъятное пространство – часть меня. Мой разум. Мой внутренний мир. Мой банк памяти и мои воспоминания. Это внутренний «Я». А этот повреждённый кристалл ничто иное, как Единый, с которым что-то произошло.

– Что с тобой случилось? – мысленно обратился я к НМА. Мой внутренний голос прокатился эхом по бесконечному залу сознания.

От кристалла отделился осколок и превратился в знакомые строки, но теперь они были не перед глазами, а будто выжигались в разуме напрямую.

«Критический перерасход энергии… Для активации и ассимиляции артефакта наследия были задействованы резервные ресурсы… Функции высшего сознания отключены… Доступны только базовые протоколы…»

«Ага. Значит, это был артефакт», – незаметно пронеслась мысль, отпечатавшись на мнимом небосводе зеленоватой вспышкой молнии. От Единого вновь отделился маленький кусочек, и в сознании отпечатались новые слова.

«Обернись. Он сзади тебя».

Странно. Я вроде бы осматривался, но ничего похожего на разноцветную кляксу не замечал. Всё же прислушавшись к словам Единого, развернулся и сразу же увидел артефакт наследия. В пространстве моего разума он несколько преобразился, став похожим на огромный сияющий вихрь, который медленно вращался и понемногу двигался в сторону центра моего ментального пространства. От артефакта тянулось множество новых нитей, похожих на те, что были оборваны у Единого. Они пронизывали всё моё ментальное пространство во всех направлениях. Лишь сейчас, поведя взглядом вдоль них, я заметил это. Сконцентрировавшись на нитях, я прислушался к себе и сразу же ощутил, как они оплетают каждый аспект моего тела. Как они проникают в каждую вену органической составляющей и каждую трубку биомеханической части организма. Как пронизывают собой каждый имплант. А ещё я однозначно ощущал и понимал, что артефакт наследия был не чужеродным захватчиком, а… новым источником питания. Дополнительным ядром моего необычного тела.

– Я так понимаю, ты отключился, чтобы интегрировать артефакт? – уточнил у Единого.

«Подтверждаю… Артефакт является источником и биореактором чистого эфира… Его ассимиляция восстановит системы… Откроет новые ветки эволюции…»

Я попытался пойти в сторону артефакта, но выходило у меня довольно скверно.

«Да какого хрена? Это моё ментальное пространство. Что хочу, то и делаю!» – воскликнул я, и раздался громовой раскат. Небо окрасилось сетью зеленоватых вспышек. Успокоившись, я мысленно попытался представить, как оказываюсь возле артефакта, и поймал дезориентацию. Пришёл в себя и охренел. Всё получилось. Я стоял почти вплотную к вихрю.