Глава 8

– Не знаю. Я очнулся без памяти. Голоса нет. На руках раны. Рядом мёртвая женщина. Вот всё, что я могу сказать. – написал я.

– Где эта женщина?

– Я её сжёг, – посмотрев на местную зажигалку, написал я.

– У меня, пока, больше нет вопросов к нему, шаман. – пристально глядя на меня, сказала альвийка.

– Хорошо. Ринрог, зайди. – крикнул шаман.

В комнату зашел провожатый. Подошел ко мне и посмотрел на шамана.

– Ринрог, выдайте ему одежду и поставьте на довольствие. Будет теперь в шахтах работать.

Последняя мысль, перед тем как мы ушли, была: «Как он так чисто с таким шнобелем разговаривает? Ведь он, наверное, мешает».

***

– Что думаешь? – спросил шаман у белой.

– Очень подозрительно. – приставив наманикюренный пальчик к губам, ответила альвийка.

– Что будем делать? То, что это пацан убил Крога, я сомневаюсь. Хилый какой-то. Но, если это не он, надо найти хозяина кинжала. Если кто-то узнает, зачем мы здесь, желающих набежит пол-империи. – тяжело вздохнув, сказал Арог.

– А ты знаешь, пожалуй, я поскачу в империю и попробую разузнать насчёт этого мальчишки. Что-то здесь нечисто. Может, мы ещё и заработаем на нем. – высказала свои мысли альвийка.

– Чуйка тебя редко подводит. Попробуй. – задумчиво произнёс Арог.

Щёлкнув шамана по носу, альвийка захихикала и выбежала за дверь.

– Сучка. – пробурчал шаман. – Ринрог! Присматривайте за мальчишкой, странный он какой-то.

– Понял, шаман. – ответил крыс и вышел за дверь.

***

Выйдя из кабинета шамана, Ринрог повёл меня на первый этаж. Дойдя до неприметной двери, крыс огляделся и постучал. Не дожидаясь ответа, зашёл внутрь. Я остался ждать у двери. Через несколько минут Ринрог вышел и сунул мне в руки мешок с дырками и ботинки. Я не стал возмущаться. Быстренько оделся и обулся. Посмотрел на крысолюда и показал жестами, что пора бы и поесть.

– Еда через два часа. Вам, отбросам, принесут в барак. – ответил он.

– «Отбросам, значит. Ладно. Я запомнил». – мысленно произнёс я.

Выйдя из жилища шамана, мы пошли по обратному маршруту. Крысолюд довёл меня до барака, передал стражникам и свалил. Ну а я, зайдя в своё новое место жительства, нашёл глазами Ноа. Он находился напротив бугая-человека, и под глазом у него наливался фингал. Ноа стоял с опущенной головой, а мужик, брызгая слюной во все стороны, высказывал ему что-то. Отвесив парню подзатыльник, этот мудак толкнул его в живот, развернулся, и с широкой улыбкой, пошел по своим скотским делам. Проводив урода взглядом и хорошенько запомнив его лицо, я приблизился к Ноа, помог ему подняться, и мы двинулись на прежнее место, где общались в первый раз.

– За что? – написал я.

– Он хочет, чтобы я отдавал ему половину добытых кристаллов. Но это невозможно! Если я не выполню недельный план, то мне всыпят пять плетей. Для меня это смерть. Без вариантов. Я и так на этой неделе уже один раз отдавал половину кристаллов.

– У вас еще и нормативы есть?

– Ну а зачем крысолюдам кормить бесполезного раба? Вот некоторые твари и пользуются тем, что они сильнее. Хреново осознавать, что я, скорее всего, сдохну в этом подземелье. Причём от своих же. К нам крысолюды честнее относятся, чем вот такие твари. Крысы не трогают, если всё по плану, – сплюнув, поведал о взаимоотношениях среди местных мне Ноа.

– Да уж. Войд, что-то мне это всё меньше и меньше нравится.

– Ну так садись и медитируй, расширяй каналы, увеличивай объём маны в ядре. И вообще, нам надо ускоряться. Что-то мне не понравился разговор с Белой. Как бы нам в ещё одну историю не влипнуть. – поведал мне свои мысли Войд.

– Ага. И я так считаю. Мутная баба, хоть и красивая.

– Я бы, на твоём месте, не смотрел на красоту. Здесь все разумные женского пола такие же сильные, как и мужики. Ты в другом мире. Начинай перестраиваться. Многие женщины здесь намного опаснее мужчин. А красивая здесь каждая вторая, так как все дефекты выправляет ядро. Короче, сам поймёшь, когда выберемся из этой жопы на поверхность.

– Когда или если? – уточнил я.

– Конечно же, когда. Развивайся и не косячь. Забустим ядро, и хоть всех здесь положишь, – мечтательно произнёс Войд.

– Что же ты такой кровожадный? Я вообще не знаю, смогу ли осознанно даже порезать кого-то, а ты про убить. Крысолюда по случайности завалил. А вот сейчас думаю, смог бы умышленно его убить? Ну крысолюда, наверное, смог бы. Я воспринимаю их как монстров. Но вот ту же альвийку, вряд ли.

– А зря. Крысолюды в этом мире такие же разумные, как альвы или люди. А вот переступить через себя тебе придётся. В этом мире жизнь ничего не стоит. Здесь нет защитников прав и свобод. Любой, кто считает, что в праве, может, без каких-либо причин, снести тебе голову. Просто. Потому что. Может. – отчеканил Войд.

– Я понял. Говорят, что сложнее всего в первый раз. А потом втягиваешься.

– Главное не перейти черту, особенно тебе. С нашими силами, в будущем, ты сможешь убивать пачками. Так что следи за помыслами. А то там и до маньяка недалеко. – пояснил мне Войд.

– Да это понятно. Ладно. Надо заняться делом. Часа полтора до обеда или ужина, у нас есть. Интересно, какое сейчас время суток?

– Не знаю. Всё, хорош, займись делом. – ответил вселенец.

Потрепав за плечо Ноа, показал ему, что вздремну. Парень утвердительно махнул головой, а я, облокотившись о стену спиной, начал медитировать. Поначалу гонять ману было тяжеловато. Но чем дольше я этим занимался, тем лучше получалось. Причем мы с Войдом заметили один очень интересный факт, который может поменять всё в моей прокачке. Если прогонять преобразованную ману пустоты, то каналы растут как на дрожжах. Получается эффект гипертрофии, так как пустотная мана частично разрушает и перенапрягает каналы, и за счет этого они развиваются намного быстрее, чем если бы я гонял ману родного ядра. Короче, действие такое же, как у молочной кислоты и ионов водорода на мышечные волокна. Разрушение и восстановление, только с большим объёмом. Было только два минуса в такой прокачке. Первое – мне пришлось прятать руки в свою рубаху-мешок, так как начали чернеть вены, вернее, чернели каналы от пустотной маны. Второе – по прошествии некоторого времени у меня стало болеть… Да, всё стало болеть. Причём достаточно сильно. Пришлось, скрепя зубами, терпеть. Иногда я стонал. Благо в бараке было довольно шумно, и никто не обращал внимания.

– С такими темпами развития ты быстро вырастишь в силе. – сказал Войд.

– Ну так мы же только через твоё ядро гоняем. А основное не развивается – пожаловался я.

– И что? Во-первых, я в своём ядре могу хранить переработанную ману. Так сказать, неприкосновенный запас. Правда, его можно будет пустить только на пустотные оттиски. Ну а во-вторых – будем гонять ману по очереди. Сначала пустотную, для расширения каналов, а после твою, для прокачки основного ядра и общего восстановления.

– Хм… Точно. Так и будем действовать. – обрадовался я неожиданному решению проблемы.

Я и не заметил, как пролетело время. Просто в какой-то момент почувствовал, как меня трясут за плечо. Открыв глаза, увидел Ноа, который показывал на вход. Там стояла женщина человеческой расы и девочка зарра лет десяти-одиннадцати. Очень миленькая. С маленькими рожками и хвостиком, который в данный момент хаотично передвигался без остановки, скорее всего, от волнения. У девчушки были платинового цвета волосы и красная радужка глаз. Красные губки бантиком выделялись на белой, почти бледной коже. Одета она была в то же, во что и все – в мешок с дырками.

Женщина была чуть полновата, но в меру. Отложилось, так сказать, там, где надо. На вид я бы ей дал лет тридцать пять. Чёрные волосы по плечи, синие глаза. На губах полуулыбка. Одета была в тряпичные штаны и светлую рубаху без рукавов. А ещё у неё были два здоровенных бидона, размера так четвёртого. Бедная. У неё, наверное, постоянно спина болит. Хотя в мире с магией таких проблем, скорее всего, нет. Ведь нет?

– Нет. Здесь услуги лекарей не такие уж и дорогие. А ещё есть амулеты, на основе магии воздуха, которые поддерживают грудь. – пояснил Войд.

Женщина везла на тележке две большие, накрытые крышками, кастрюли, а девчонка несла на подносе тарелки и ложки.

– Ужин. – сказал мне Ноа.

– «Ну хоть не как бомжи есть будем. Даже ложки дадут». – подумал я.

Первыми к раздаче подошли самые наглые. В том числе и тот, который ударил Ноа. Он пытался флиртовать с женщиной на раздаче, но та ему ответила что-то резкое, и мужик пошел к своим друзьям. Здесь было около сорока человек. Очередь двигалась довольно бодро. Мы были почти в конце. Взяв тарелку, подмигнул милой девчонке. Та покраснела и отвернулась, а я, хихикнув, прошел к кастрюлям. Женщина плюхнула мне половник какой-то каши, похожей на пшёнку, и полила сверху гуляшом, с большим количеством мяса. Я даже удивился такой подливе.

Отойдя к своему месту, поставил тарелку и написал на полу вопрос.

– «Так всегда кормят?»

Ноа прочитал вопрос, подумал, потом что-то понял и начал объяснять.

– В обед ещё больше дают еды. Ты не забывай, что мы работаем в шахте. Голодным долго киркой не помашешь. Крысолюды это понимают, поэтому кормят хорошо. Ну, а мяса много, потому что туши монстров надо же куда-то девать. Хотя они и сами не прочь монстрячьего мясца поесть.

Я прислушался к себе. Понял, что рвотных позывов сказанное у меня не вызывает, и продолжил есть. Тем более многие тут годами уже это мясо едят и вроде довольны. Положив очередную ложку еды в рот, я обратил внимание на шум. К тому самому уроду, который ударил Ноа, подошли две бабёнки размерами, не уступающие самому мужику, и начали с ним ругаться.

– Давай сюда жратву, мразь! – кричала одна из мадмуазелей.

– Какого хера ты ко мне пристала? – ответил ей мужик.

Пока шла перепалка, я узнал от Ноа, что мужика зовут Винсент.

Закончилось всё мордобоем. Одна из дам не выдержала и своей ручищей, толщиной со ствол дерева, дала в морду Винсенту и вырубила с первого удара. Его друзья хотели подняться, но дама на них гаркнула, и те сели обратно. Женщины собрали еду Винсента и со смешками ушли в свою компанию.

Ноа, увидев мой интерес, рассказал, что это бывшие наёмницы, которые, скорее всего, либо попались на краже, либо кого-то убили. Вот их и приговорили к рабству.

– А чего они не сбегут? – написал я вопрос.

– Обрати внимание на их «украшения». Видишь ошейник – это магический поводок. Специально для буйных рабов разработан. Если они удалятся на расстояние более километра от управляющего контура, то бум – и башки нет.

– Понятно. Нам такие не будут одевать?

– А смысл? Если даже мы выйдем из пещеры, то либо нас сожрут твари, либо поймают ловцы и всё равно продадут на невольничьем рынке. Здесь хотя бы кормят и хоть как-то следят за порядком. А так можно и на стол к химерологу попасть. А вот если эти бабы сбегут, то они наверняка смогут скрыться. Поэтому дополнительный контроль и нужен.

– «Хм… интересно. Надо будет подружиться с этими дамами», – подумал я.

– Что ты задумал? – спросил Войд.

– Да просто, как вариант, можно будет договориться с ними о защите и раз в какой-то оговорённый срок снимать по одному ошейнику. Я же смогу пустотой срезать эту гадость?

– Срезать не сможешь, так как при нарушении целостности украшение рванёт. А вот если потренироваться и покрыть пустотой весь ошейник, то должно получиться. Всё же тебе повезло с генетикой. Ты взял и способность матери – использовать магию через проводник, и способность отца – выпускать ману из каналов напрямую.

– Ладно. Это просто пока планы. Как обвыкнусь здесь, надо будет поближе познакомиться с той заррой, которая тарелки раздавала.

– Что, понравилась? – захихикал Войд.

– Бля, что ты несёшь, Войд? Она же совсем малышка! – возмутился я.

– Ну-у-у, сейчас малышка, а лет через пять-шесть и сисечки вырастут, и попка покруглее станет.

– С кем я общаюсь? – мысленно взялся за голову я.