Глава 2. По пути

– Соня, подъем! – услышала Варвара сквозь сон, и через секунду в глаза брызнул яркий свет – Яна освободила окно от штор.

Варя поморщилась, попыталась перевернуться на другой бок, но подруга не сдавалась:

– Вставай, говорю! Десятый час уже!

Варвара с шумом выдохнула, но поднялась и поплелась в ванную наводить красоту после сна. Когда она, умытая и причесанная, вошла в кухню, Евгения Тихоновна хлопотала у плиты, а Яна расставляла на столе посуду. Через несколько минут они наслаждались вкусными оладушками с не менее вкусным клубничным вареньем.

– Какие планы, молодежь? – деловито поинтересовалась Евгения Тихоновна после завтрака.

– Тебе сегодня чем-нибудь помочь? – уточнила у бабушки Яна.

– Ничего не надо, – махнула рукой старушка.

– Тогда мы с Варей прогуляемся. Покажу ей наши достопримечательности.

Девушки убежали переодеваться. Начало октября удивляло прекрасной погодой (относительно прекрасной, конечно): еще теплое солнце, редкие дожди и только-только пожелтевшая листва – бабье лето, этим все сказано. Варвара, пару секунд поразмыслив, надела джинсовое платье с коротким рукавом, осенние ботинки и на всякий случай прихватила курточку. Яна также выбрала джинсу, только в виде классического костюма, на ноги обула кроссовки.

– Куда пойдем? – поинтересовалась у подруги Яна, когда они выскочили на улицу.

– А что ты мне в первый день показала? – переспросила Варя, напомнив, что одна экскурсия по городу уже была. – Где мы были, чтобы не повторяться?

– Да я тебе ничего и не показала тогда. В ознакомительных целях поводила, чтобы ты представляла, что где находится.

– Тогда тебе решать, – Варя отдала инициативу Яне. – Ты здесь хозяин.

– Пошли на набережную? – предложила та. Варвара не возражала.

Яна намеренно выбрала длинную дорогу: и подруге окрестности показать, и погулять как можно дольше, пока погода позволяет. Они зашагали по центральной улице. Народа практически не было, видимо, горожане, воспользовавшись праздничной датой, решили как следует отдохнуть дома. Машин тоже практически не было; если бы не риск попасть на глаза сотрудникам ГАИ, девушки с удовольствием прогулялись бы прямо посередине проезжей части.

– Наша школа, – указала Яна на типовое для учебного заведения четырехэтажное здание. – Вон на третьем этаже три окна на углу: туда я пришла в первый класс. Нашу классную маму звали Василиса Аркадьевна, она по-прежнему работает учительницей младших классов. Если в конце урока оставалось время, она рассказывала нам смешные истории.

Варвара сфотографировала Яну на крыльце школы и предложила войти внутрь, но дверь оказалась закрытой.

– Воскресенье же сегодня! – хлопнула себя по лбу Яна. – То-то и народа нигде нет – спят, совмещают праздник с выходным.

Они пошли дальше. Прошли центральную площадь, на которой из всех достопримечательностей можно было выделить разве что большое фото города, сделанное с высоты птичьего полета, с надписью «Наш любимый город» да стелу со звездой – в память о защитниках Родины в годы Великой Отечественной войны. К стеле, правда, еще нужно было умудриться подойти: установлена она была посреди площади, и путь к ней пролегал только по наземному пешеходному переходу без светофоров.

Девушки пересекли площадь и свернули к парку, где накануне отмечался юбилей городка. Сейчас в парке царила тишина. Аттракционов, как и ожидалось, не было, возможно, их разобрали и увезли ночью сразу по окончании праздника.

Подруги устроили новую фотосессию, теперь уже при свете дня и без каруселей. «Вот тут стоял такой-то аттракцион», – говорил кто-то из них, и этого было достаточно, чтобы по несколько минут фотографировать друг друга на месте, где «еще вчера стояли качели». Такими перебежками они и вышли к набережной.

Широкая площадка (метров пятьдесят точно) была настолько красиво обустроена, что Варвара, до того не бывавшая в подобных местах, восхищенно вертела головой, не зная, чему больше удивляться и радоваться: с десяток скамеек с гербом города на спинках, клумбы, газончики, по бокам две смотровые площадки с биноскопами на каждой.

– Прелесть! – воскликнула Яна, глубоко вдохнув воздух.

– Красота! – согласилась Варвара.

Фотосессия возобновилась. А когда они устали позировать друг другу, присели на скамейку и стали вертеть головой по сторонам, болтая ни о чем. И было им так хорошо, что не хотелось уходить. Так бы и сидели, если бы не поднявшийся со стороны реки прохладный ветер.

Варвара уже хотела вернуться к парку, но Яна повела ее вдоль набережной.

– Я же тебе обещала показать семейный замок Артура. Тут недалеко – минут пять по прямой.

Они обогнули парк и вышли на какую-то дорогу, с обеих сторон которой тянулись различные деревья. Яна смело пошла первой, Варвара, чуть подотстав, засеменила следом.

– Напоминает триллеры про заброшенные деревни, – пробурчала она вполголоса.

Яна хихикнула.

– Сто лет назад здесь деревня и была. Один замок от нее остался.

Они не прошли и ста метров, как деревья расступились, и взору девушек предстал большой двухэтажный дом. Яна была права, когда говорила, что он очень сильно напоминает особняки из американских фильмов. Варвара на глазок прикинула: на каждом этаже примерно по пять комнат. А в целом территория дома вместе с садом занимала гектаров пять – шесть, метров по двести – триста в каждую сторону.

Варвара прильнула к решетчатой ограде. Они, судя по всему, подошли со стороны основного фасада: вон крыльцо с небольшой – на две ступеньки – лестницей, оно строго посередине стены. Симметрично от него в обе стороны уходили окна. Вот только в левом углу нет одного окна. Там какое-то темное помещение? Например, фотолаборатория (а почему бы и нет?). Гадать можно бесконечно. На втором этаже маленькие балкончики, настолько маленькие, что двоим будет тесно. Покрытая красной черепицей покатая крыша с тремя дымоходами. Интересно, они до сих пор используются по назначению? Или в наш современный век это просто украшение?

– Увлеклась? – с удовлетворение в голосе спросила Яна. – Как тебе берлога местного олигарха?

– Шикарно! – Варвара с широко распахнутыми глазами продолжала рассматривать «берлогу». – А вон там, – она ткнула пальцем вглубь сада, – это яблони?

– Тут и яблони, и груши, и вишни. За домом есть небольшой малинник. Если не ошибаюсь, четыре садовника ухаживают за территорией. И Артур с фруктами, и нам перепадает.

– Раздает что ли?

– Нет, продает, пару раз в месяц ярмарки устраивает, но продает по символическим ценам. Например, килограмм яблок в любом магазине стоит рублей девяносто, Артур же продает за тридцать – сорок.

– Ну, я тогда лучше две недели подожду, чем пойду в обычный магазин.

– Противоречивая ситуация, – не согласилась Яна. – Кроме фруктов и ягод Артур больше ничего не продает. Да, дешево, но и ждать не две недели, а до осени, когда все созреет. А в феврале у тебя и выбора нет, потому что у Артура все яблони в сугробах.

Яна бросила взгляд на наручные часы.

– Пошли в сторону дома – бабушка, наверное, уже обед приготовила.

Девушки сделали несколько снимков друг друга на фоне дома, Варвара, протиснув между прутьями ограды фотоаппарат, засняла особняк. И только после этого с чувством выполненного долга они направились в сторону набережной.

* * *

Следующая неделя пролетела как один миг. Девушки бродили по городу, по его окрестностям, несколько раз приходили к особняку. И каждый раз Варвара отмечала, что территория выглядит несколько безжизненной. Нет, особняк не похож на заброшенный, наоборот: и о доме, и о саде без сомнения заботились, но ни разу девушки не замечали, чтобы особняк был обитаем. Если о нем и заботились, то… невидимки? Варвара поделилась своими наблюдениями с подругой, но та с ее доводами не согласилась: Артур живет в этом доме, есть слуги, которые работают как внутри, так и снаружи особняка. Ей это хорошо известно, никакой мистики нет.

Вот таким образом и пролетела неделя. А потом Варваре неожиданно позвонили из деканата: ей, отличнице филологического факультета пединститута, предоставляется шанс пройти «производственную» практику в одной из школ, с которой сотрудничает институт. Согласна ли она? Конечно! Варвара едва не подпрыгнула до потолка от радости. На писк девушки в комнату заглянули перепуганные бабушка и внучка. Узнав в чем дело, они поздравили Варю с такой замечательной возможностью проявить себя.

– А тебе еще не звонили? – спросила Варвара Яну, тоже отличницу, но естественно-географического факультета (девушка с детства грезила путешествиями, и она решила этот интерес превратить в профессию).

– Нет, но я и не жду – хочу отдохнуть от учебы, пока есть возможность.

Было решено вернуться в институт ближайшей же электричкой, то есть утром следующего дня. На проводы Варвары Евгения Тихоновна устроила прощальный ужин, завершившийся после полуночи. А ранним утром, когда Яна заглянула в комнату Вари, она обнаружила бодрствовавшую подругу, сидевшую, как говорится, на чемоданах.

– Ты хоть спала?

– Как сурок, – улыбнулась Варя.

– Иди завтракать. И да, через полчаса такси подъедет.

Во время завтрака бабушка и девушки разговаривали без умолку, постоянно находя все новые и новые темы для беседы, пока, наконец, их на полуслове не перебил клаксон машины.

– Такси! – вскочила Яна.

Девушки бросились к двери, следом засеменила Евгения Тихоновна. На вокзал старушка в силу возраста не поехала, но с гостьей простилась тепло, взяв с Вари обещание приехать еще раз.

До вокзала добрались быстро, хоть пару раз чуть не угодили в пробки (Варвара даже удивилась тому, сколько машин, оказывается, в городе), и к поезду успели вовремя. Наскоро купив билет, Варя вихрем помчалась по перрону и влетела в ближайший вагон. Двери закрылись. Медленно поплыл перрон, уходил вдаль вокзал. Яна отчаянно махала вслед поезду, не сильно надеясь, что Варвара заметит ее, но при этом и сама не видела, как Варвара махала ей в ответ.

Город исчез, электричка выехала в поле. Варвара вздохнула и буквально подпрыгнула, услышав позади мужской голос:

– Вы тоже по делам едете?

Варвара стремительно обернулась и увидела Артура. Он, со спортивной сумкой наперевес, прислонился к противоположной двери и как будто не собирался входить в салон вагона. Варвара же от неожиданности, что стоит возле самого Артура Кузьмина на расстоянии вытянутой руки, словно приросла к полу; выдавить из себя хоть звук она тоже не могла.

Артур улыбнулся, подхватил ее чемодан и молча пошел в вагон. Несколько секунд девушка смотрела ему вслед, пока, наконец, не разозлилась на себя, и только тогда направилась за ним.

В середине вагона нашлись два свободных места. Артур галантно пропустил Варю к окну.

– Я местный, для меня эти пейзажи привычны, а вы еще мало что успели увидеть, – объяснил он.

– Вы знаете, что я не местная? – удивилась Варвара.

– Не поверите, но я знаю в лицо всех горожан – как-никак с самого детства с ними бок о бок, а вас я вижу впервые. К кому приезжали?

– Моя подружка по институту Яна жила здесь, мы останавливались у ее бабушки Евгении Тихоновны.

– Евгения Тихоновна! – с теплотой в голосе произнес Артур и неожиданно начал декламировать:

Загоралась зорька красная

В небе темно-голубом,

Полоса явилась ясная

В своем блеске золотом.

Лучи солнышка высоко

Отразили в небе свет.

И рассыпались далеко

От них новые в ответ.

Лучи ярко-золотые

Осветили землю вдруг.

Небеса уж голубые

Расстилаются вокруг¹.

Варвара захлопала в ладоши, чем привлекла внимание пассажиров по соседству.

– Ой! – смутилась она. – Евгения Тихоновна говорила, что вы фанатеете от Есенина.

– «Фанатею» – очень правильное слово. Кстати, однажды, когда я еще в школе учился, мы с ней поспорили, кто больше назовет стихотворений Есенина.

– И что? – заинтересовалась Варя.

– Перемена закончилась, согласились на ничью.

В такой непринужденной обстановке пролетели несколько часов. В какой-то момент девушка неожиданно для себя осознала, что вот так просто беседует с человеком, которого она не знала еще утром, а сейчас была готова поклясться, что ей с Артуром легко и свободно. Варя вдруг начала рассказывать о себе: о своем детстве, о жизни в детском доме, как поступала в институт.

Артур в свою очередь рассказал, что с пятнадцати лет живет сиротой, что чудом не попал в детский дом (тот случай, когда помогли связи и деньги родителей), что продолжает обитать в доме, который сам молодой человек называл «родовым гнездом».

– А когда его построили? – полюбопытствовала девушка.

– Задолго до революции. Мой далекий пращур, отработав вольным наемником у того самого Демидова²