Цитаты из книг автора «Антон Емельянов»

пройти так далеко способны лишь сильнейшие, никто не будет заниматься такой ерундой как «свобода, равенство и братство». Кто-то просто в очередной раз поделит власть, а остальные согласятся на новый порядок в обмен на то, чтобы их не трогали. Так что я к этой «земле обетованной», где каждый может получить всё, отношусь с осторожностью. В такое могли бы поверить те, кто первыми оказались в этом мире. А мы… мы уже слишком много знаем, чтобы жить сказками и иллюзиями.

Честно говоря, ее вопрос сбил меня с толку. Никогда не понимал разговоров из серии «а что с нами будет?» или «как быть дальше?». Всю свою сознательную жизнь я решал проблемы по мере их поступления. Или же не решал, после чего подстраивался под ситуацию. В противном случае жизнь становилась невыносимой – вместо того, чтобы двигаться дальше, ломаешь себе голову над тщетностью всего сущего… Глава 18.

Лернейский миус, уровень 190 Скорость – 4 (крейсерская), 15 (рывок)

например, короля футбола Пеле: он умел делать только два финта, но никто никогда не знал, какой именно из них он будет использовать, и великий нападающий проходил любых защитников и забивал свои голы.

А ну, вперед! – если человек чего-то боится, надо просто увеличить дозу страха. Перейдя за определённую грань, тот просто перестанет действовать. Человек привыкает ко всему, а мы им сейчас устроим привыкание ударными методами.

не радовало. Заодно попытался замерить, сколько же именно выносливости уходит на активацию – пока

надо… Пожалуйста… Павел и Николай помогли подняться Владе. Та была бледная как полотно. – Слабых монстров он убивает одним ударом. Повезло, что я не слабый монстр, – женщина постаралась коряво пошутить, при этом было

И как даже без часов получается каждый раз так точно просыпаться? Все-таки наш мозг немного компьютер, и при желании можно запрограммировать себя на что угодно. Эх, привинтить бы под это еще привычный интерфейс, было бы вообще шикарно.

При условии, если они этого захотят, – вновь улыбнулся Осипов. Хорошо

В голове начала крутиться какая-то мысль. Ну, давай же. Старые книжки, роботы, евреи – при чем тут евреи? – законы роботехники.