.
– Хардин – твой парень, так ведь? – уточняет она.
Я смотрю на нее. Кажется, она спрашивает без всякого подтекста, просто запуталась. Добро пожаловать в наш дурдом.
– Да, хорошо, – говорю я. – Сейчас соберусь.
Я иду к двери, а он тянется за мной.
– Ты куда?
– Я с тобой.
– Хм, я собираюсь принять душ.
Машу сумкой перед его носом, и он выхватывает ее у меня.
– Какое совпадение – я тоже!
, мы со Стеф… это было весело. – Он улыбается воспоминаниям, а я проглатываю комок в горле.
– И да, у меня есть девушки, которых я трахаю. А почему тебя это волнует, подруга?
– Мы можем договориться держаться друг от друга подальше или остаться друзьями. Я не собираюсь и дальше с тобой воевать.
Я вздыхаю, и он придвигается немного ближе.
Он делает глубокий вдох и затем произносит:
– Но я не хочу держаться от тебя подальше.
– Где-нибудь рядом ходит автобус? – спрашиваю я, не надеясь на ответ.
– Да, через квартал отсюда.
Я тащусь за ним по кухне.
– Можешь сказать, где это?
– Конечно. Это через квартал. – Он улыбается углом рта – дразнит.
. Хардин стал таким из-за отца, его пьянства, легкомыслия и ужасной ночи, когда его отец спровоцировал нападение на жену и сына и не пришел защитить их.