Цитаты из книги «После»

подчиняюсь. Рот его растягивается в безумной улыбке, и он целует меня в живот прямо под пупком. Он проводит языком вокруг моего влагалища, и я закрываю глаза. Когда он начинает пощипывать губами нежную кожу моих бедер, я взвизгиваю от удивления. Это болезненно, но в то же время настолько чувственно, что я не возражаю. – Хардин, пожалуйста! – выдыхаю я. Мне нужна передышка от этой медленной, дразнящей пытки. В этот момент его язык без предупреждения надавливает в самый центр меня, и я чуть не плачу от удовольствия. Он теребит языком у меня между ног, заставляя меня цепляться руками за простыню. Под его умелым языком я извиваюсь, и он крепче прижимает меня руками к постели. Чувствую, как он действует пальцами одновременно с языком, – и внутри тут же разгорается пламя. Я чувствую прохладный металл его колечка, создающий дополнительные ощущения. Не спрашивая разрешения, Хардин медленно скользит пальцем внутрь меня. Я держу глаза закрытыми, ожидая, когда неприятное ощущение исчезнет. – Все в порядке? Он слегка приподнимает голову, и его пухлые губы блестят от влаги. Я киваю. Не в силах подобрать слова, и он медленно вынимает палец и снова погружает его в меня. В сочетании с языком это дает невероятные ощущения. Я продолжаю стонать и перебирать руками его мягкие волосы, запуская и вынимая пальцы из его шевелюры. Его палец остается

Ты же понимаешь, что мы не можем быть друзьями?

Я хочу сказать, то, что мы ругаемся, вовсе не означает, что мы не должны быть вместе. Все ругаются, – улыбается он, – а мы просто ругаемся чаще, чем

но сейчас Хардин – мой якорь. Я молюсь лишь о том, чтобы он не утянул меня на дно

ей наскучила ее унылая жизнь, ей нужны были сильные ощущения – и, конечно, она в него вцепилась!

А сейчас я так же пьяна Хардином, как он – спиртным

– Это не твое дело, – говорю я, отступая, и он подходит ко мне еще на три шага. – Ты не представляешь, что я способен заставить тебя почувствовать, – говорит он, и я задыхаюсь. Как он может переходить от крика и насмешек к таким словам? И почему они так мне нравятся? У меня нет ответа. Этот тон и неприличные комплименты делают меня слабой, я теряюсь. Как мышка в когтях кота. – Правда, ты не можешь это признать. Но я вижу, – говорит он высокомерно. В ответ я могу только отрицательно покачать головой. Он улыбается еще шире, и я инстинктивно отступаю к стене. Хардин делает следующий шаг, и у меня вырывается умоляющий стон. Не надо! – Твой пульс участился? И губы сухие. Ты думаешь обо мне и чувствуешь… там, внизу. Разве не так, Тереза? Все, что он говорит, правда, и чем дольше он говорит мне это, тем сильнее я его хочу. Так странно, хочу и ненавижу одновременно. Хардин меня физически привлекает, и это странно, учитывая, как сильно он отличается от Ноя. Никто не привлекал меня так, кроме Ноя

Пока ровесники в выходные гуляли, напивались и делали все то, что полагается подросткам, чтобы создать себе проблемы, я занималась. Я была девочкой, просиживающей вечера в гостиной с учебниками, в компании мамы

Переживания прерывает его нежный голос: – Иди сюда, ложись. – Нет. – Давай, просто полежи со мной. Мне лучше спится, когда ты рядом, – говорит он так, будто признается.

то, что мы ругаемся, вовсе не означает, что мы не должны быть вместе. Все ругаются, – улыбается он, – а мы просто ругаемся чаще, чем обычные люди. Мы очень разные и должны выяснить, как реагировать друг на друга, – и нам будет легче