Я немного сжимаю его член, и он вздрагивает. – Полегче, малышка, – говорит он так нежно, что кажется, что это не может быть тот же Хардин, который обманывал меня.
спокойно, но грудь поднимается и опускается все чаще. Не в силах сдерживаться, опускаю руку вниз и засовываю указательный палец под резинку его трусов.
объятия становятся теснее, настолько, что мне почти больно, но я согласна терпеть эту боль, только бы быть рядом с ним. Он стонет, когда я провожу рукой еще ниже, и мне нравится, что я тоже могу заставить его стонать
– Я просто подумала… Я не знаю. Я думала, ты хочешь…
Я не знаю, как сказать об этом. К счастью, он догадывается.
– А, нет. Мне пока и так хорошо, – говорит он, слегка улыбаясь.