Цитаты из книги «После»

– Кто такой Зед? – спрашивает Дакота. – Он мой… друг. – Он просто мой друг.– Хардин – твой парень, так ведь? – уточняет она.Я смотрю на нее. Кажется, она спрашивает без всякого подтекста, просто запуталась. Добро пожаловать в наш дурдом.– Нет, детка! – смеется Лэндон. – Ни один из них.Я тоже смеюсь. – Это не так ужасно, как кажется.

Ты извиняешься? Ты не извиняешься, Хардин, ты просто хочешь мне навредить. Остановись! Я измучена и исчерпана этим постоянным противостоянием с тобой. Разве нет кого-нибудь, с кем ты можешь играть? Блин, да я готова помочь тебе найти какую-нибудь бедную невинную девочку, чтобы ты ее мучил, а меня оставил в покое. – Я этого не хочу. Знаю, что я тебя издергал, но не понимаю, зачем я это делаю. Но если ты дашь мне один шанс, только один, я перестану. Я пытался держаться от тебя подальше, но я не могу. Ты мне нужна… – Он смотрит в пол и трет носком одного ботинка о другой.

Хардин улыбается и пытается положить руку мне на бедро. – Что с тобой, одурел? – говорю я, понизив голос.

Я не собиралась приезжать раньше пяти, а сейчас только три, но я не могу сидеть в одиночестве. У меня действительно что-то случилось с психикой после того, как в моей жизни появился Хардин. Карен с широкой улыбкой открывает дверь и приглашает меня внутрь.

Ты скормил мне эту чушь, что желаешь большего, и я тебе поверила. Похоже, все то, что ты мне рассказывал, все, что, как ты утверждал, ты никому раньше не говорил, – тоже брехня. Уверена, все это без исключения – вранье. – Я пожимаю плечами в полном отчаянии. – Хотя знаешь что? Я на тебя не обижаюсь; я злюсь на себя, что во все это поверила. Я знала, каким ты был раньше, в начале года. Я знала, что ты сделаешь мне больно. Как ты там говорил: ты меня уничтожишь? Нет, погубишь, ты говорил, что меня погубишь. Ну, поздравляю, Хардин, ты победил, – хрипло говорю я. В его глазах мелькает боль… или скорее что-то, что кажется болью. Наверное, это смех.

Хотя знаешь что? Я на тебя не обижаюсь; я злюсь на себя, что во все это поверила

И ты бы все равно не захотела идти, потому что слишком озабочена учебой или своими дурацкими сопливыми фильмами, – рявкает он. Я смотрю на него сквозь слезы, и в глазах все плывет. – Если так, зачем ты тратишь на меня время? Зачем ты побежал за мной, Хардин? – Он молчит, и я отвечаю сама: – Я так и думала. Ты просто хотел выйти за мной, извиниться, я бы все простила и осталась твоей тайной, немного скучной подружкой. Ты ошибся; ты принял мою доброту за слабость – а это очень большая ошибка.

Что? Ты серьезно так думаешь? Ты думаешь, я тебя использую? – орет он. – Нет, я так не думаю, Хардин, я это знаю.

Если ты хочешь быть с Молли, просто вели мне оставить тебя в покое. Но нет: вместо этого ты пичкаешь меня байдой про то, что хочешь быть ближе, и умоляешь остаться с тобой на ночь, чтобы иметь возможность использовать меня! Какой в этом смысл, что ты от всего этого выиграл – ах да, кроме минета? – кричу я. Слова странно легко вылетают из моего рта.

Вскипает злость, я вырываю руку и сильно бью его по щеке. Мне самой удивительна моя агрессивность, я почти готова извиниться за пощечину – но он принес мне гораздо больше боли, чем шлепок по щеке.