И тогда я замечаю ее.
Сердце замирает, а на грудь давит какая-то тяжесть – такая невыносимая, что я едва не задыхаюсь. Она, похоже, слушает чью-то байку и при этом улыбается, поправляя волосы, чтобы они не падали ей на лоб. В отражении лучей закатного солнца она вся светится – в буквальном смысле, – и я не могу сдвинуться с места.