Я люблю его. Я знаю: то, что я сейчас делаю, это не лучший способ преодолеть его гнев. Но я нуждаюсь в нем настолько, что забываю о нравственных устоях и моральных принципах.
Мне нравится, что она краснеет и смущается, даже несмотря на то, что я уже далеко не один раз видел ее голой. Я не совсем ее испортил.
Хорошо, я заметила нечто. – Я гляжу на Хардина. – Черное. – Душа Хардина! – восклицает Лэндон, и я смеюсь.