Цитаты из книги «После падения»

Мы не разбежимся, придурок. Я всего лишь пытаюсь настоять на своем. Я хочу быть с ней, и я буду; просто нужно убедить ее быть со мной.

именно твоя дочь так меня бесит?

– Я… у тебя там есть я. – Этого недостаточно

Я знаю, что она выберет меня, она должна.

Смотрите! Я все уничтожил! Я знал, как много значит для нее эта бумажка, а я превратил ее в кучу мусора. – Нет! Нет, нет, нет! Я встаю на корточки, отчаянно пытаясь собрать кусочки и восстановить листок, но кусочки слишком мелкие и никак не встают на место. Я снова бросаю их на пол, глядя, как они рассыпаются в разные стороны. Наверное, это похоже на то, что она чувствовала, пытаясь вернуть меня. Я встаю и пинаю обрывки ботинком, затем быстро нагибаюсь, снова собираю их и складываю кучкой на столе. Прикрываю их книгой, чтобы не разлетелись, и вижу, что схватил «Гордость и предубеждение». Черт, ну разумеется! Ложусь на кровать и тупо жду писка входной двери, который будет означать ее возвращение. Я буду ждать час за часом, но сигнал никогда не прозвучит.

– Нет, – отвечаю я срывающимся голосом. Я кусаю край подушки и не сдерживаю собственного обещания – плачу. Не из-за себя, из-за Хардина. Мальчика, не знающего, как вести себя с теми, кто его любит, которому снятся кошмары, когда я не сплю с ним в одной постели, но утверждающего, что не любит меня. Мальчика, которому действительно нужно напомнить, что значит быть одному.

– Вот за это я тебя и люблю. То есть не только поэтому, но и за это тоже. – За то, что я дал тебе самую лучшую подушку? – Улыбка полусонного Лэндона еще более очаровательна. – Нет. За то, что ты всегда помогаешь мне… И у тебя есть мягкие подушки.

Женщины тратят слишком много времени на попытки впечатлить мужчин своей внешностью, а те едва могут заметить

– Я хочу пить, быть молодой и веселиться! Все в баре поворачиваются ко мне. Не знаю, что мне делать, поэтому неловко машу всем рукой.

– Нет. – Я снова сажусь. Действительно, я не думал, что я ей скажу. Надо придумать какую-нибудь фразу, кроме «А ну пошли!». – А ты что бы сказала? – наконец спрашиваю я.