Цитаты из книги «После падения»

Безумные глаза Зеда и ухмылка этого говноеда нарочно дразнят меня, когда я пытаюсь собрать свои разбегающиеся мысли.

– Ты нарочно меня мучаешь. – Его пальцы скользят по моим голым плечам и вниз по спине, отчего по коже бегут мурашки.

– Иногда я… Ну, в общем, я… блин. – Он вздыхает. – Когда я думаю о нас, я становлюсь параноиком, понимаешь? Когда я не знаю, что между нами происходит, мне начинает казаться, что все плохо и я тебя теряю, и вот тогда я начинаю нести всякий бред. Если бы ты могла забыть о Сиэтле, мы стали бы наконец счастливы, и никаких больше причуд.

– Классно было, да? – спрашиваем мы с Хардином друг друга одновременно. – Думаю, нет, – смеется он и помогает мне спуститься по трапу на причал.

– Хорошо, что ты не потеряла свою возбудимость, – замечает он, подходя к двери. – Она не моя, – напоминаю я, и он, качая головой, выходит из комнаты.

Ненавижу Стеф. Ненавижу ее за то, что она сделала со мной, и за то, что она постоянно лезет к Хардину и причиняет ему боль – через меня.

Меня поражает (в этом я, конечно, никогда никому не признаюсь), что когда кто-то говорит, что ты подходишь своей девушке, это довольно приятно, даже если это ее пьяный папаша-придурок. Я чувствую.

– Ты гораздо приятнее, когда она рядом, – спокойно отмечает он. – А ты плохо играешь, когда ее нет, – парирую я.

Я не могу обещать тебе, что не причиню боли, но могу поклясться, что буду любить тебя до самой смерти.

Вот он! Момент, которого я боялся с того дня, как встретился с ней. Она от меня уходит, а я стою и не делаю абсолютно ничего, чтобы ее остановить. Да я и не смог бы; она всегда стремилась к чему-то большему, чем просто быть со мной. Быть с кем-то лучшим, чем я. Я знал это с самого начала, но надеялся как-то этого избежать.