Еще мальчиком меня убеждали: ни в чем моей вины нет. Отец всегда был прав, даже когда ошибался, и передал эту черту старшему сыну. Я рос избалованным – но не деньгами; проводя время с отцом, я перенимал его наглость. Он никогда не признавал ошибок. Я усвоил, что всегда есть тот, на кого можно все свалить, однако старался быть другим отцом. Лучше, чем мой старик.
