– Зато он лучший из двух Марков, – медленно и нараспев, глубоким голосом произносит патлатый. Улыбается, и на щеках у него появляются симпатичные глубокие ямочки.
Едва ли это заявление – правда. Я смеюсь и, дразня мальчишек, говорю:
– Что-то сомневаюсь.