Цитаты из книг автора «Анна Тодд»

каждый выбор, который я делаю, ведет к счасть

изнь необязательно должна быть сражением. Иногда тебе с самого начала протягивают руку помощи, а иногда ты делаешь ошибку за ошибкой, но надежда есть всегда. Всегда наступает следующий день, всегда есть способ исправить то, что натворил, и загладить вину перед людьми, которым причинил боль. И всегда есть тот, кто любит тебя, даже если кажется, что ты совсем один и просто плывешь по течению в ожидании очередной неприятности. Впереди всегда есть что-то хорошее. Его сложно разглядеть, но оно есть. Тесса всегда была рядом, несмотря на все мое дерьмо и ненависть к себе. Тесса была рядом, несмотря на

го сложно разглядеть, но оно есть.

Иногда тебе с самого начала протягивают руку помощи, а иногда ты делаешь ошибку за ошибкой, но надежда есть всегда. Всегда наступает следующий день, всегда есть способ исправить то, что натворил, и загладить вину перед людьми, которым причинил боль. И всегда есть тот, кто любит тебя, даже если кажется, что ты совсем один и просто плывешь по течению в ожидании очередной неприятности. Впереди всегда есть что-то хорошее.

Я киваю и стягиваю с него боксеры куда-то на икры, поверх скомканных джинсов. Он снова стонет, на этот раз громче и требовательнее, и я начинаю ласкать его ртом. Медленные движения моего языка лучше, чем любые слова, доказывают то, что я пытаюсь вбить в его сумасшедшую голову: это не имеет ничего общего с тем, что другие могли бы заставить меня сделать. Я люблю его. Я знаю: то, что я сейчас делаю, это не лучший способ преодолеть его гнев. Но я нуждаюсь в нем настолько, что забываю о нравственных устоях и моральных принципах. – Мне чертовски нравится, что я единственный мужчина, у которого ты брала в рот. – Он стонет, когда я беру в руку все, что не поместилось. – Эти губы прикасались только ко мне. От быстрого движения его бедер я поперхнулась, и теперь он наклоняется ко мне, чтобы погладить пальцем мой лоб. – Посмотри на меня, – требует он. С удовольствием подчиняюсь. Это нравится мне не меньше, чем ему. Всегда нравится. Я обожаю смотреть, как он опускает веки при каждом движении моего языка. Мне нравится, как он рычит и стонет, когда я начинаю

– Мне трудно вспомнить такие обыденные вещи, как замена масла, или тот раз, когда ты разрешил мне заплести тебе косички, – я улыбаюсь воспоминанию, – потому что мы всегда переживаем какой-нибудь кризис. – Во-первых, – усмехается он, – никогда не вспоминай про тот ужасный случай с косичками. Ты хорошо знаешь, что я позволил тебе это только потому, что ты меня подкупила

поднимаю его футболку и скольжу под ней руками. Его живот твердый и горячий. Вожу руками по его татуировкам. Его язык находит мой, объятия становятся теснее, настолько, что мне почти больно, но я согласна терпеть эту боль, только бы быть рядом с ним. Он стонет, когда я провожу рукой еще ниже, и мне нравится, что я тоже могу заставить его стонать. Я снова растворяюсь в ощущениях – и тут нас прерывает резкий сигнал телефона.

Не знаю, должна ли я попытаться поцеловать его на прощание, поэтому рада, когда он берет прядку волос и убирает ее мне за ухо. Прижимаюсь лицом к его ладони, а он наклоняется ниже, прижимаясь губами к моим губам. Это обычный нежный поцелуй, но я чувствую, как мое тело теплеет, и мне нужно больше. Хардин берет меня за руку и жестом показывает, чтобы я перелезла через сиденье. Я быстро прыгаю со своего места ему на колени и ударяюсь спиной о руль. Чувствую, как он немного откидывает сиденье, освобождая нам место, под

Его пальцы еле шевелятся, и это мне удивительно. – Тебе хорошо? – спрашивает он, касаясь губами моих губ. Он только немного проводит там – как получается, что мне так приятно? Я киваю. И он медленно скользит пальцами ниже. – Это приятнее, чем когда ты сама это делаешь?

Его губы касаются моего подбородка, и я вся дрожу. Он продолжает осыпать меня поцелуями, цепочкой по скуле, и я киваю. Я знаю, что он прав. Понятия не имею, что с нами, но знаю, что мы с Хардином не можем оставаться просто друзьями. Его губы касаются моей шеи где-то прямо под ухом, и я не могу удержаться от стона, заставляющего Хардина снова целовать меня туда, на этот раз посасывая мою кожу. – О, Хардин! – шепчу я, сжимая его ногами. Завожу руки ему на спину и впиваюсь ногтями в его кожу. Я чувствую, что могу взорваться от одних только этих поцелуев. – Я хочу, чтобы ты стонала мое имя