– Мама говорит, что мы живем в параллельном мире. Охотиться на людей они ходят в мир, где живут люди. А потом возвращаются с добычей в свой мир.

«Получается, пропавшие без вести люди... вполне могли стать жертвами великанов-людоедов? Какой ужас...» – подумала Бет.

– Скажи, а домой вы не хотели бы вернуться? – спросила Бет.

– Нет, нам здесь нравится. Так, ты давай делай ход, хватит болтать. – сказал Роберт.

Бет сделала ход и задумалась:

«Стоит ли рассказывать великанам о Мартине? Возможно, если я скажу, что есть человек, который может вернуть их домой и пообещаю познакомить их с ним, то они меня не убьют... Но Мартин ведь не может вернуть нас домой... Да, не может, но так я выиграю время. А если я не расскажу о Мартине и не сообщу о том, что он может их вернуть домой, то есть риск, что великанша его убьет. Она ведь может наткнуться на Мартина на охоте и сразу убить...Черт!»

– Эй, делай ход, чего спишь?! – воскликнул Роберт.

Бет вновь вернулась к игре и остаток игры не отвлекалась на раздумья.

Роберт в этот раз выиграл.

И тут ему наскучило играть. И не только в шашки, а совсем.

– Все, не хочу с тобой играть. – сказал Роберт.

Сердце Бет гулко ухнуло.

Впрочем, она тут же успокоилась.

«Великанши пока нет, так что бояться нечего...» – подумала она.

– Давай рисовать. Ты умеешь рисовать? – спросил Роберт.

– Не очень, но давай порисуем. – сказала Бет.

Когда вернулась великанша, они вовсю были заняты рисованием.

Великанша, взглянув на Бет, с порога заявила:

– Ну все, пора нам прикончить человека.

Роберт взглянул на мамашу, затем задумчиво посмотрел на Бет, затем снова на великаншу и сказал:

– Мам, я тут подумал, а давай не будем сегодня есть человека?

– Что значит, не будем? Роберт, ты в своем уме?! – воскликнула великанша.

– Ну, мам! Я хочу еще немного с ней поиграть! Давай убьем ее завтра?

– Роберт, у нас нет еды, на вечер я планировала приготовить человечину. Неужели ты не соскучился по полноценной пище?

– Человечина это, конечно, очень вкусно, но... есть я ее пока не хочу, а хочу с ней играть. – сказал Роберт.

– Роберт, ты уже вдоволь с ней наигрался.

– Нет, не вдоволь!

– Роберт!

– Ну мам! – заканючил Роберт.

– Ладно. – вздохнула великанша. – Я на охоту.

Великанша ушла, а Роберт пристально посмотрел на Бет.

– А может и зря я отказался есть тебя сегодня? – спросил он задумчиво.

Сердце Бет гулко заколотилось.

– Хотя, нет, не зря... Ты красивая, что бы там ни говорила моя мамаша, и я хочу тобой еще полюбоваться. Мы съедим тебя завтра. – сказал Роберт.

У Бет отлегло от сердца.

Теперь у нее впереди был еще вечер и целая ночь, чтобы придумать, как сбежать от этих злодеев.

Роберт замолчал, продолжая пристально разглядывать Бет.

– А ведь я могу тебя нарисовать! Тогда я буду смотреть на твой портрет и вспоминать о том, какая ты была, после того как я тебя убъю! – воскликнул Роберт.

– Хм, отличная идея. – пробормотала Бет, а про себя подумала: «Только этого еще не хватало...»

Ее портрет еще никто никогда не рисовал. А ведь она была очень красива, но художников среди ее поклонников до знакомства с Мартином, у нее не было.

А Мартин рисовал только пейзажи…

И вот первый ее портрет собирается рисовать сын великанши.

Бет считала это ничем иным, как насмешкой судьбы.

Ее портрет будет рисовать сын великанши, который к тому же собирается ее сожрать!

Ну, кто в здравом уме поверит в такое?

К тому же способности к рисованию у Роберта, судя по рисункам, что лицезрела Бет на стенах, отсутствовали напрочь.

Бет посмотрела на листы с каракулями – плоды творчества Роберта, расположенные на стене слева и вздохнула.

Теперь она убедилась в том, что рисунки Роберта действительно ужасны.

Мех, на котором они с Робертом сидели все это время, был расположен возле этой стены, однако расположились они друг напротив друга и боком к этой стене, поэтому рисунков перед глазами Бет не было.

Но теперь у Бет появилась свободная минутка и она могла рассмотреть рисунки вблизи.

И чем больше она смотрела на рисунки, тем больше убеждалась в том, что рисует Роберт отвратно.

«И сейчас не менее отвратно он нарисует мой портрет...» – подумала Бет. – «Да уж, мой первый портрет будет рисовать великан, который абсолютно лишен способностей к рисованию...»

Но как ни хотелось Бет избежать участи стать моделью для портрета горе-художника, ей оставалось только смириться со своей участью.

Тут Бет заметила вставшего напротив нее Роберта. В руках он держал лист бумаги и простой карандаш.

Пока она размышляла, Роберт уже успел сходить к кровати, достать из-под нее то, что ему было необходимо для рисования и вернуться к Бет.

И вот теперь он стоял у кромки меха, напротив Бет, и задумчиво на нее смотрел.

– Человек, сядь-ка как-то иначе. – сказал, наконец, Роберт.

– Как? – спросила Бет.

Она все еще сидела по-турецки и не очень понимала, сидящей в какой позе Роберт хочет ее видеть.

– Идем! – сказал Роберт.

Он подвел ее к кровати.

– Сядь на край кровати немного боком. – сказал Роберт.

Бет выполнила его указание.

После этого он уселся на пол и, положив перед собой лист бумаги, принялся рисовать.

В пещере воцарилось молчание.

Роберт сосредоточено выводил на листе линии карандашом, полностью погрузившись в творческий процесс.

При рисовании он бросал пристальные взгляды на Бет. И с каждым новым штрихом, он все внимательнее смотрел на нее – ведь он хотел, чтобы портрет получился похожим.

Бет же, наконец, получила возможность подумать, как ей сбежать, ведь Роберт больше не отвлекал ее разговорами.

И, возблагодарив судьбу за то, что Роберту пришло в голову нарисовать ее портрет, Бет начала размышлять над своим насущным вопросом.

«Так, Бет, думай скорее, что можно предпринять? Роберт поглощен рисованием, а великанша на охоте. А это значит, что у тебя есть шанс… да нет, нет у тебя шанса! Проход закрыт этим дурацким камнем! Вот бы переманить Роберта на свою сторону и уговорить его, чтобы он меня выпустил…» – подумала Бет.

Но тут же посчитала эту мысль совершенной глупостью.

Бет была уверена, что Роберт ни за что ее не отпустит.

«Тут надо действовать очень хитро… Но как? Нужно сделать так, чтобы Роберт сам захотел выйти из пещеры и взять меня с собой. Но что может вызвать у него такое желание? Может, рассказать ему о каком-нибудь тайнике с сокровищами и пообещать к нему отвести? Нет, он не так глуп, чтобы поверить в это. Он сразу поймет, что я все выдумала для того чтобы заставить его открыть выход из пещеры и сбежать... Он точно не выйдет со мной из пещеры.

Впрочем, может и выйдет, но он возьмет меня за руку и я не смогу от него сбежать. Или даже возьмет с собой мамашу для надежности, когда та вернется. Уж из «объятий» его мамаши я точно не сможет вырваться.

Черт, все, идеи исчерпаны!..» – подумала Бет.

Она была в отчаянии и не видела выхода из своего кошмарного положения.

А тут еще и мамаша Роберта вернулась с охоты.

Она хмуро посмотрела на Бет.

В ее взгляде читалась дикая злость за то, что ей пришлось идти на охоту, тогда как в жилище у нее сидит еда.

Роберт же все продолжал рисовать.

Бросив на пол добычу, кролика, великанша подошла к кровати. Наклонившись, она достала из-под нее книгу и молча направилась к меху.

Расположившись там, она погрузилась в чтение.

Вскоре Роберт положил карандаш на пол и объявил:

– Портрет готов!

– Покажешь? – спросила Бет.

Роберт развернул потрет в ее сторону.

Как Бет и ожидала, с листа на нее смотрело еще то страшилище.

– Отличный портрет. – натужно улыбнулась Бет.

– Да, суперский. – улыбнулся Роберт и повесил его на стену у кровати. – А теперь идем гулять!

– Гулять? – удивленно спросила Бет.

Она никак не ожидала, что Роберт вот так сам предложит пойти с ним гулять.

– Да, гулять! – воскликнул Роберт.

– Роберт, ну ты в своем уме? – воскликнула его мамаша и посмотрела на него как на дурачка.

– Мама, я хочу пойти гулять с Бет! – сказал Роберт.

– Даже и не думай! Она сбежит от тебя. Пусть остается в пещере. – сказала великанша. – Я пока за ней пригляжу.

– Не сбежит. Я буду крепко держать ее за руку.

– Ох, Роберт, эти людишки такие хитрые, что сбежит и не заметишь.

И тут уже Роберт с ней согласился:

– Да, ты права, пусть остается тут. – сказал он.

Развернувшись, Роберт направился к выходу из пещеры.

Подойдя к нему, он самостоятельно отодвинул камень.

Мамаша тут же коршуном подлетела к Бет и схватила ее за руку.

Тем временем Роберт вышел из пещеры и придвинул камень обратно.

– Даже не думай сбежать, у тебя ничего не получится. – сказала великанша, посмотрев на Бет.

Выпустив ее руку, она вернулась на прежнее место и вновь погрузилась в чтение.

Бет осталась сидеть на кровати.

Она устремила взгляд на выход из пещеры и тихо вздохнула.

«Что же мне делать?» – в отчаянии подумала она.

В голову Бет не приходило ни одной идеи.

Устав ломать голову, она замерла, глядя на камень.

«Ладно, дождусь ночи и тогда попытаюсь отодвинуть этот камень... Вдруг мне все-таки удастся это сделать. Нет, не так. Я должна это сделать. Ведь это единственный шанс отсюда выбраться... Кто знает, возможно, он не такой и тяжелый, как кажется». – подумала Бет.

***

Вскоре с прогулки вернулся Роберт.

Услышав звук отодвигающегося камня, Бет посмотрела на выход из пещеры.

Великанша прервала чтение и злобно взглянула на Бет, но увидев, что Бет и не собирается вставать с кровати, не стала предпринимать никаких действий.

Вскоре в образовавшийся проем вбежал Роберт. Закрыв проход, он направился к Бет, довольно улыбаясь.

Увидев Роберта, Бет обрадовалась.

Решив как действовать, все оставшееся время до его прихода Бет просидела, разглядывая рисунки на стенах, ибо больше заняться было нечем.

Это было не особенно весело, а точнее совсем до жути скучно, поэтому она и обрадовалась появлению Роберта.

Хоть Роберт и был ее врагом, все-таки в его обществе пребывание в плену было не таким ужасным.

В отсутствие Роберта Бет только и могла, что думать о том, какой ужасный конец ее ждет, если она не сумеет сбежать. А думать об этом ей совсем не хотелось, поэтому она и стала рассматривать рисунки, чтобы хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей, а заодно и скоротать время до того момента, как Роберт вернется.

Продолжая смотреть на Роберта, Бет заметила, что он вернулся очень радостным и румяным.

Прогулка пошла ему на пользу.

Бет также заметила, что Роберт вернулся с прогулки с мокрыми волосами.

«По всей видимости, он плавал в озере или каком-то ином водоеме...». – подумала Бет.

Бет допускала, что они могут находиться довольно далеко от того места, где великанша ее схватила. Но как на самом деле, она знать не могла.

Бет плохо представляла, где они сейчас находятся, ведь она не видела дороги, по которой шла великанша. Также она не особо понимала, насколько далеко великанша ушла от места, где поймала свою добычу.

– Как погулял, Роберт? – спросила великанша, прервав чтение.

– Хорошо, мам! – ответил Роберт.

– Ты проголодался?

– Нет еще!

Удовлетворившись ответом, великанша вновь погрузилась в чтение.

Роберт подошел к Бет и сразу же полез что-то доставать из-под кровати.

Вытащив оттуда шахматы, он сказал Бет:

– Двигайся.

Бет отодвинулась на кромку кровати.

Роберт взобрался на кровать и сел по-турецки, на небольшом расстоянии от Бет.

Между ними он положил шахматную доску.

– Я играю белыми. – сказал Роберт.

Бет села полубоком к Роберту, ожидая, когда все приготовления к игре будут закончены.

Вскоре Роберт расставил шахматные фигуры на доске. Бросив взгляд на Бет, он сделал ход.

Сыграв две партии, Роберт достал из-под кровати другую игру.

На этот раз это было домино.

Поставив коробку на пол, Роберт достал из-под кровати еще и свернутый в трубочку темный мех.

Его он расстелил его на полу возле кровати.

Бет поняла, что Роберт приготовил для них новое место для игры, ведь мех, на котором они прежде играли, был сейчас занят великаншей.

– Иди сюда. – сказал Роберт.

Бет встала с кровати и присела на мех так, чтобы видеть великаншу. Роберт расположился напротив Бет и, открыв коробку с игрой, высыпал из нее костяшки на пространство между ними.

– Правила знаешь? – спросил Роберт.

– Да. – кивнула Бет.

И они начали играть в домино.

В какой-то момент их игру на мгновение прервала великанша.

– Роберт! – позвала она.

Роберт обернулся и взглянул на мать.

Великанша стояла у выхода из пещеры.

– Я пошла готовить ужин, а ты смотри как следует за добычей. – сказала она.

– Хорошо, мам! – кивнул Роберт.

Великанша подняла с пола кролика, которого она принесла ранее с охоты, и, отодвинув камень, вышла из пещеры.

После ухода великанши они сразу же вернулись к игре.

Вскоре великанша вернулась в пещеру и, взяв со стола две кокосовые чаши, вновь вышла.

Вернулась она с чашами, до краев наполненными свежей водой. После этого она опять вышла. На этот раз она отсутствовала довольно долго, а вернулась уже с запеченным кроликом на подносе.

За это время они успели сыграть уже два раза и начали игру в третий раз.

Всякий раз как великанша возвращалась, Бет отвлекалась от игры и это крайне раздражало Роберта.

– Эй, не отвлекайся! – недовольно говорил он.

Бет возвращалась к игре, но все равно украдкой бросала взгляды на великаншу.

Вернувшись с запеченным кроликом, великанша подошла к столу и принялась его разрезать.

Вскоре она крикнула:

– Роберт, идите ужинать!

– Идем, потом доиграем. – сказал Роберт, поднимаясь с пола.

Подойдя к столу, они заняли места за ним как и в первый раз и принялись за ужин.

Тарелки их были доверху наполненные крупными кусками кроличьего мяса и Бет не смогла осилить и половины.

После ужина, они помыли руки, подойдя к выходу из пещеры, а затем великанша взяла чаши и ушла с ними.

Вернулась она, как и в прошлый раз, с чистыми чашами, в которых не было ни капли жира.

Поставив чаши на стол, великанша села на свой мех и принялась за чтение.

А Роберт тут же ушел гулять.

Бет вновь осталась предоставлена сама себе. Она села на кровать Роберта и погрузилась в свои мысли. А все мысли ее были только о побеге.

Когда Роберт вернулся, то вспомнил об игре, в которую они не доиграли.

Сев на мех, Роберт посмотрел на Бет и сказал:

– Идем играть!

Бет поднялась с кровати и разместилась на мехе, напротив Роберта.

И они вновь стали играть в домино и играли до тех пор, пока великанша не сказала:

– Роберт, пора ложится спать.

Пока они играли, Роберт несколько раз зевнул, поэтому не стал спорить и тут же поднялся с пола и улегся на кровать.

– Собери игру в коробку. – сказал Роберт, посмотрев на Бет, после чего закрыл глаза и отвернулся к стенке.