Цитаты из книг автора «Анна Платунова»

Ива провела пальцами по горячей коже, сердце Ксандора толкнулось в ее ладонь. – Поиграть хочешь, ведьма? – процедил он сквозь зубы. …Лезвие вошло в живот префекта легко, совсем не встретив сопротивления. Он не крикнул, не застонал. Лишь зрачки расширились от боли, а брови удивленно изломились, будто он до последнего не верил, что она нанесет удар.

– Да, я пришел в себя, услышал обрывки разговоров и понял, что ни одна наложница не доживала до утра. Потому и стремился выкупить тебя. «Идиотка!» Ива вспомнила, как Ксандор заступил ей дорогу и от души выругался. – И пришел специально, чтобы… «Меня спасти?» – просилось на язык, но Ива сжала губы. Ни о каком спасении и речи не было: Ива нужна Ксандору для того, чтобы вернуться домой. Без нее он навеки застрянет в чужом теле. – Чтобы!

Это была одна из песен алых жриц. Откуда Ксандор, ненавидящий их так рьяно, мог ее знать?   Когда б этот день ни пришел, Когда б эта ночь ни пришла, Я буду струиться как шелк, Я буду пылать как смола. Я стану живая вода, Позволь мне тебя напоить, И ты позабудешь тогда Легко все печали свои…   Ноты – неровные, тихие – плыли в воздухе. Ива зажмурилась и представила, что она – ручей. Она – горный прохладный ручей, что бежит по камням, набирая силу.

– Ты иная сейчас. Но я все так же вижу в тебе – тебя, ведьма. Малыш внешне не был похож на того черноволосого воина, но то, как он хмурил брови, то, как холодно смотрел на Иву, то, как складывал руки на груди, – все выдавало в нем жестокого префекта. – А я в тебе – тебя, – подтвердила Ива. – Но оставим попытки убить друг друга до тех пор, пока не переместимся снова. Согласен? – Я с ведьмами соглашений не заключаю, – ответил Ксандор. Спрыгнул и, петляя между телег, заскользил в сторону ратуши. – Да-а-а, женщина, – протянул чей-то сочувственный голос. – Пороть его некому! Родную мать ведьмой обозвать!

Культ богини любви Феникс существовал только в Сфоридисе. Уже даже в соседней Тарикии о жрицах ходили самые невероятные слухи. Жрицы продают свою любовь за деньги. Жрицы одним взглядом могут влюбить в себя кого угодно, а одним прикосновением проклясть. Жрицы – ведьмы, которые не боятся огня, ведь они не просто так носят алые платья и поклоняются огненной птице. Ясно было одно: алые жрицы – не обычные девы. А то, что непостижимо, всегда пугает.

Воины могли ненавидеть алых жриц, но ничто не отменяло той притягательной силы, которую источали эти непостижимые и прекрасные девы. Ива шла вперед, гордо подняв голову, и со стороны казалось, что ее не ведут под конвоем, а сопровождают, словно королеву. Алое платье открывало плечи, и утренний свет стекал по ним, будто сияющая жидкость. Тонкий шлейф платья струился на ветру, напоминая языки пламени. Когда жрицы любви хотели благоговейного внимания, они его получали. Не все слухи о них были ложны.

– А меня можешь звать леди! – встряла радостная Розали. – Мне нравится! – Конечно, юная леди. Хотите еще блинчиков? – Хочу, – отдуваясь, признался воробушек, перепачканный в сиропе. – Но не могу.

– Здесь есть водопровод? – удивилась я и недоверчиво посмотрела на значок костерка. – Неужели и котельная? – Котельная? – Наступил черед Далена приподнимать брови. – Это что? Приют для котов?

Я знала лишь о нескольких магических сосудах с джиннами. Запечатанный медный кувшин хранился в Академии магии. Перстень – в частной коллекции герцога Алдона. Алмазный венец – в королевской сокровищнице. И вот теперь… браслет… у меня!

Мимо нас уныло проковыляло странное создание: розовая коза с желтой полосой вдоль тощего хребта, у нее было всего три ноги, четвертая произрастала в том месте, где у приличных коз находится хвост. Мало того, из ноги торчали рога.