Глава 12. Ловушка

Ее разбудила знакомая боль в груди. Лави открыла глаза и уставилась на медальон. От него в разные стороны расходились солнечные лучи. Яркий свет заливал комнату. Значит, уже ночь. Сколько же она проспала? Девушка покосилась на закрытую шкатулку, лежавшую на кровати, и снова перевела взгляд на медальон. Надо поскорее спрятать его, пока никто не увидел странное сияние через прозрачную стену!

Медальон был таким горячим, что она обмотала руку покрывалом и прикоснулась к нему.

− Мама, это ты? − прошептала Лави, обращаясь к медальону. Ответа не последовало.

Она нахмурилась. Если это действительно послание, как сказала Лавур, то как его расшифровать? Медальон становился еще горячее. Зеленые глаза на миловидном личике девушки округлились. В голову закралась безумная мысль: «Выйти прочь из дома!».

По спине пробежал пот, тело моментально нагрелось, стало нечем дышать от резкой духоты. Лави взмахнула крыльями и полетела к входной двери через комнату Лавур. Бабушка спала и похрапывала во сне.

Лави приближалась к входной двери и заметила, что медальон стал прохладнее. Она облегченно выдохнула. Неужели это и есть послание? Нильфийка приблизилась к входной двери. Все двери в Ангардории таяли, как только к ним приближался хозяин дома, в отличие от дверей в мире людей. Миг − и Лави вылетела из дома.

В Ангардории было тепло, темно и очень тихо. Впрочем, здесь и днем было не слишком шумно, как в мире людей. Здесь не было ни парков с каруселями, ни мыльных пузырей, ни мороженого на палочке. И, правда, − скука смертная, как выразилась Надин!

Лави удивилась своим мыслям. Что это на нее нашло?

Медальон сиял, но уже не обжигал кожу, как раньше. Наоборот, приятно холодил кожу. А потом в глазах Лави потемнело, и она начала задыхаться.

***

Лави открыла глаза и уставилась на серое в цветочек покрывало. На щеке отпечатался узор, из открытого рта текла слюна. Она попыталась перевернуться и застонала. Приложила руку к раскалывающейся голове. Никогда еще ей не приходилась испытывать острую головную боль. Тем более, такую сильную!

− Воды? − послышался рядом голос с хрипотцой.

Лави напряглась, приподнялась на локтях и уставилась на мужчину средних лет. Шрам на левой щеке, ожесточенные черты лица, серые глаза без малейшего тепла…

Лави не сводила с него глаз.

Мужчина поднялся с плетеного кресла. Роста он был невысокого, но что-то в нем настораживало. Он подошел к комоду, на котором стоял графин с водой. Налил воды в стеклянный стакан и таким же неспешным шагом подошел к Лави.

Она покосилась на его руку.

− Вот, держи.

Лави молча взяла в руки стакан и оценила обстановку. Это точно не Ангардория, она не связана, ее не пытают. Уже не плохо!

− Пей, тебе полегчает.

Она поднесла стакан ко рту, принюхалась. Никаких отличительных запахов. Похоже, и, правда, обычная вода.

− Это просто вода. Она не отравленная, − спокойным тоном произнес незнакомец. − У меня нет цели тебя убивать.

Лави сделала глоток. Затем еще один. И еще. Как же ей хотелось пить! Жадными глотками допила все до последней капли. Головная боль отступала, сил в теле стало больше.

− Что со мной? Что вы мне вкололи? − произнесла Лави и удивилась своему охрипшему голосу.

− Ничего.

− Как это «ничего»? Тогда почему у меня так раскалывается голова?

− Ты забегаешь наперед.

«Какой-то он неразговорчивый», − пронеслось у нее в голове.

− Где я?

− В моем доме, − ответил незнакомец.

− И где находится ваш дом?

− Точно не в Ангардории, − улыбнулся незнакомец. Но эта улыбка больше походила на оскал.

Лави напряглась. Перед ней явно стоит человек, судя по его внешнему виду и одежде. Он ее видит и знает про Ангардорию!

Незнакомец подошел к ней, забрал пустой стакан, налил в него воду, подошел к кровати и поставил его на кровать. Лави снова охотно взяла его в руки и сделала жадный глоток. Пить хотелось невыносимо. Она никогда не испытывала такой жажды!

− Почему я здесь?

− Пей и не задавай вопросов!

− Меня будут искать!

− Знаю. Потому и выкрал тебя.

− Выкрал? Зачем?

− Ты − моя гарантия.

− Я − что?

В комнату вошел еще кто-то, и Лави напряглась сильнее.

Вошедший выглядел как цепной пес. Лицо − смуглое, покрытое трехдневной щетиной, глаза − цвета пепла, волосы спутаны.

− Глир, разве я разрешал тебе входить? − гаркнул вошедший.

Лави переводила взгляды с одного на другого, не понимая, что происходит.

Второй человек с темными глазами явно разозлился, но поспешно взял себя в руки, извинился сквозь зубы и вышел из комнаты. Только сейчас Лави оценила обстановку. Маленькая комнатушка с кроватью, на которой она сидела, комодом и креслом, стены из бревен, низкий потолок, деревянные половицы.

− Тебе не стоит меня бояться. Ни я, ни мои головорезы не причинят тебе вреда.

− Голово… Что?

− Не бери в голову!

Эта фраза разозлила Лави. С самого детства вокруг нее витали тайны. Ни мама, ни бабушка ничего не говорили, кроме того, что она все узнает, когда вырастет. И этот туда же! Только теперь она уже взрослая и имеет право все знать!

− Ну, нет уж! Почему вы меня выкрали? Зачем я вам?

− Скоро узнаешь, птичка.

− Кто вы? Почему вы меня видите? Люди не видят нас!

Незнакомец неожиданно рассмеялся.

− Люди не видят, да. Неужели ты ничего о нас не знаешь, Лави?

− Вы знаете мое имя?

− Конечно, знаю! − Он потер ладонями лицо. − Они, что же, стирают вам память?

− Кто? − растерялась Лави.

− Ты никогда не задумывалась, почему в Ангардории так мало нильфиек и нильфов? А кто твой отец, никогда не задумывалась?

Лави открыла и тут же закрыла рот.

− Неужели вы мой…

− Нет, я не твой отец, − снова рассмеялся незнакомец. − Но хочу вернуться домой, к которому меня не подпускает эта старая карга.

− Карга? − Лави слышала это слово впервые.

− Карга, которую вы зовете Равни. В общем так, Лави. Ты поможешь мне! А вот это, − он разжал кулак, в котором был ее медальон, − ты получишь, когда выполнишь то, о чем я тебя прошу.

Лави покосилась на свою грудь, где больше не было медальона.

Она присмотрелась к мужчине внимательнее. Коренастый, широкоплечий. Она не нашла в нем ни единого сходства с нильфами.

− Чего вы от меня хотите?

− Ничего такого, чего ты не могла бы сделать, − он хмыкнул. − И, кстати, зови меня Калиф.

Глава 13. Опасность

Калиф принес Лави мясо и салат, чтобы она подкрепилась. Салат она умяла сразу, а запах мяса почему-то вызвал рвотный рефлекс. Неожиданно для себя девушка уснула, свернувшись калачиком, а когда проснулась, в комнате уже никого не было. Она повернула голову в сторону окошка и с ужасом осознала, что уже день. Если она не вернется в Ангардорию в течение трех дней, ее сочтут мертвой и обратного пути домой уже не будет! А как же Лавур? Кто за ней присмотрит?

Лави коснулась ногами пола. Спине было так непривычно легко, что девушка оглянулась и с ужасом осознала, что у нее нет крыльев. Страх захлестнул ее с головы до ног. Ноги налились тяжестью, в груди кольнуло, голова закружилась.

Эмоции переполняли через край: смятение, страх, ужас и паника сплелись в единое целое.

«Это точно была вода?» − пролетело у нее в мыслях.

Лави втянула носом воздух, сжала кулаки и подышала. Она закрыла глаза и постояла так какое-то время, чтобы успокоиться. Обошла комнату, выдвинула ящички комода, чтобы проверить, не засунул ли Калиф медальон в один из ящичков. Но в них было пусто. Она обвела глазами комнату, перевела взгляд на окно. Как она его сразу не заметила? Вот же он, выход! Только как она сбежит без медальона? Пересечь границу можно без него, но уйти она не сможет по трем причинам: во-первых, Равни сразу увидит, что на ней нет медальона силы, в мире людей без него она быстро истощится, и, наконец, это мамин медальон и, похоже, она шлет через него подсказки! Так что надо вернуть его любой ценой!

Лави мысленно боролась сама с собой, прокручивала мысли в голове. А потом вспомнила этого цепного пса по имени Глир, жуткого Калифа, и решительно подошла к окну.

Дверь скрипнула, в комнату вошел Калиф.

Он увидел Лави, стоящую возле окна, и сложил руки на груди.

− Даже не мечтай, птичка. Ты отсюда не выберешься, − произнес он. − Повторяю, Лави, ты уйдешь отсюда только тогда, когда поможешь мне и моей семье!

− Семье? − нахмурилась нильфийка.

Калиф решил не отвечать любопытной пленнице.

Лави втянула носом воздух.

− Почему у меня нет крыльев? Что со мной?

− Неужели она не рассказала?

Лави растеряно уставилась на мужчину.

− Значит, скоро сама все узнаешь!

− Нет, не скоро! Я хочу узнать все прямо сейчас!

− Надо же… Вроде уже взрослая, а ведешь себя как ребенок!

Лави прищурилась и обвела глазами комнату в поисках чего-то тяжелого, но кроме мебели здесь больше ничего не было. Только пустая тарелка, стоявшая на тумбе. Калиф проследил за взглядом девушки, быстро оказался возле тумбы, забрал тарелку.

− Ты зря теряешь время, не находишь? Насколько я помню, если ты не вернешься вовремя, старая карга решит, что ты − без вести пропавшая.

На языке Лави крутились ругательства, которые она услышала в мире людей, она с трудом удержалась от них.

− Так уж вышло, что ты единственная, кто отозвался на мой призыв.

Глаза Лави округлились, ей не хватало воздуха.

− То есть как это? − ахнула она. − Тот медальон…

− Да, это сделал я.

Лави стояла на месте и не могла пошевелиться. Она так надеялась, что это мама подает ей знак, а это был безумец, который пугал ее. Кто знает, что у него на уме?

− Да расслабься ты!

− Как у вас это получилось?

− Пошли со мной и все узнаешь.

Калиф резко развернулся и направился к двери, а Лави, не в силах пошевелиться, стояла как истукан.

− Второй раз не повторяю! − крикнул Калиф, и Лави поспешила следом за ним.

Ступать по половицам было непривычно. Она и в Ангардории никогда не носила обуви, но пол всегда казался воздушным и приятно мягким, а здесь он был твердым и непривычным.

Калиф ускорил шаг, кивнул тому самому цепному псу. Глир встал с плетеного кресла, сложил газету, которую читал, и положил ее на кресло. Он кивнул Лави в знак приветствия, но смотрел на нее по-прежнему колючим взглядом, и нильфийка поспешно отвернулась.

И Калиф, и Глир были такими громилами по сравнению с ней, что девушке стало страшно. Она обняла себя руками, словно могла защититься. Посмотрела за спину и печально выдохнула. Как же она теперь без крыльев?

Калиф подошел к входной двери, потянул ручку на себя.

− Подойди, − кинул он ей.

Лави робко шагнула вперед.

− Да сколько раз мне повторять, что я тебе не враг?! Смелее! Я тебе кое-что покажу. Нам − туда.

Лави втянула носом воздух, сжала кулаки и подошла к Калифу. Она ахнула, когда увидела, куда он указал.

Это был яростный и могучий водопад, которому не было ни конца, ни края. Он что, шутит?

Пока Лави приходила в себя, Глир осторожно отодвинул ее в сторону и шагнул вниз.

Лави ошарашено смотрела, как громила со сложенными на груди руками спокойно летит вниз и исчезает в бурных водах.

− Теперь твоя очередь.

Лави сглотнула ком в горле.

− Не дрейфь! Мда уж, не знал, что нильфийки такие трусихи! − сквозь зубы процедил Калиф. − Ты − бессмертная, чего тебе бояться?

Лави зацепило это «трусиха». Хотя, по правде сказать, так оно и было. Вот мама всегда была смелой, а она? От мыслей о маме в груди снова кольнуло. Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох… Наконец обида отпустила, и Лави снова смогла здраво мыслить.

− Я вам не доверяю. Откуда я знаю, что вы задумали? Может, решили избавиться от меня, а сами отправитесь обратно в Ангардорию?

Взгляд Калифа помрачнел. Он вздохнул.

− Давай руку, раз мне не веришь! Прыгнем вместе! − Он протянул Лави ладонь, но девушка покачала головой.

Если она к нему прикоснется, то вся ее сила перетечет к нему. Ну, уж нет!

Неожиданно Калиф взял ее за локоть, крепко стиснул его и прыгнул вниз, потянув опешившую девушку за собой.

Лави закричала от ужаса. Без крыльев она чувствовала себя немощной, словно в чужом теле! Она зажмурилась и полетела камнем вниз. А потом в один момент ее кто-то подхватил. Или ей так показалось? С зажмуренными глазами Лави осознала, что ее тело погрузилось в теплую воду, а платье неприятно прилипло к телу.

Лави открыла глаза и восторженно ахнула. Она находилась в каком-то бассейне с изумрудной водой. Бассейн − небольшой и неглубокий, вдвоем здесь и то было тесно, но как же здесь хорошо!

Вода впитывала в себя всю тревогу, страхи и придавала сил. «Что же получается: это место как тот медальон, который каждая нильфийка получает после Обряда?». Но Лави тут же отпустила все мысли. Какая, собственно, разница?! Над головой светило яркое солнце. Мягкие лучи нежно и ласково касались кожи, словно приветствуя нильфийку в этом удивительном месте.

Она повернула голову − в соседнем бассейне находился Калиф. Он откинул голову на бортик и улыбался с зажмуренными глазами. Его рубашка пропиталась водой. Глир находился впереди, через три бассейна. Лави видела лишь его затылок, но точно знала, что это он. Бассейнам не было конца, и все они, кроме тех, где отдыхали трое прибывших, одиноко пустовали. Лави удивленно смотрела перед собой. Интересно, где остальные? И что это за место?

В какой-то момент ей надоело здесь лежать. Впрочем, как и Калифу. Он поднялся на ноги и вышел из бассейна. Вода стекала с его волос и одежды, на земле образовалась лужа.

− Вставай, − сказал он спокойным голосом, даже не глядя на нее.

Лави удивленно посмотрела на Калифа. Тот ли это человек, с которым она прыгнула вниз, в водопад? Черты его лица разгладились, и мужчина стал выглядеть моложе, на его губах играла нежная улыбка, выражение глаз смягчилось.

Глир подошел к нему и встал рядом, сложив руки на груди и ожидая нильфийку. Лави встала в полный рост и осмотрела себя. Платье неприлично просвечивалось. Ойкнув, она прикрылась руками и опустила голову. Ее щеки пылали от стыда. Но ни Калиф, ни Глир на нее не смотрели. Стоило девушке подойти к мужчинам, как солнце стало сиять ярче.

Вокруг цвели деревья. Зеленые молодые листочки с нежными пурпурными, кроваво-красными, огненными и белыми цветами… А запах стоял такой, что Лави невольно вспомнила те самые эклеры с заварным кремом. Вдали находилась клумба с гортензиями, тюльпанами, пионами и розами. На деревьях сидели и пели птицы, да так, что Лави улыбнулась. Она закрыла глаза и насладилась этим мгновением. В Ангардории не было посторонних звуков, кроме сирены и горна. Здесь же был какой-то рай. И в ее голову закралась мысль, что она хочет остаться в этом месте навсегда.

− Нравится? − спросил Калиф.

Лави невольно кивнула.

− Пошли, нам уже пора.

Она хотела спросить − куда, но снова отвлеклась на приятный щебет птиц.