Анна Матвеева — отзывы о творчестве автора и мнения читателей

Отзывы на книги автора «Анна Матвеева»

388 
отзывов

Anastasia246

Оценил книгу

"Учусь радоваться небольшим частицам счастия - вот как этому скупому фрагменту света, который озаряет страницы моего дневника. Как этому тихому часу, когда все мое семейство сладко спит под мерный стук колес...

Луна в небесах - словно серебряная печать"

Время в этой книге словно стирает границы личного, и без того хрупкие до невозможности. Чужой дневник - что вообще может быть интимнее на свете дневниковых записей? - становится некой путеводной звездой для одной девочки, девушки, женщины, живущей через век, ее советчиком на долгие годы и долгой же загадкой.

Весь процесс чтения удивительно было наблюдать (и отыскивать самостоятельно) параллели жизней Ксенички из дневников и Ксении-реальной, нынешней, советской (а потом и российской). Героинь вообще многое роднит меж собой, даже странно становится при чтении: времена меняются, а боль, похоже, застыла извечной константой, ломающей судьбы... Так, непреходящая и непонятно откуда взявшаяся уверенность в собственной непривлекательности - именно она, возможно, и стала причиной необретения обеими героинями женского счастья. Непонимание со стороны родных людей и непонимание их же самой собой. Желание пожертвовать собственной жизнью ради счастья другого, принести в жертву свои лучшие годы - откуда это в них, молодых, красивых, умных женщинах? Одна пожертвовала карьерой и высшим образованием ради семьи и любви. Любовь предала эту девушку, семья вряд ли тоже осчастливила - умирала-то в одиночестве. Ксения-советская, напротив, ставку на такую призрачную субстанцию как любовь, никогда не делала - и счастья парадоксальным образом тоже не дождалась. Вот не задалось как-то с счастьем: есть карьера, возможность самореализации и заработка, но что-то гложет изнутри. Спасение - лишь в строчках на пожелтевшей от времени бумаги, а незнакомая женщина тихим голосом расскажет о собственной жизни и научит быть стойкой, сильной, милосердной, научит прощать и начинать с нуля даже тогда, когда кажется, и сил-то уже больше нет терпеть. Вот так через век протягивается ниточка от одного человека к другому, вот так оказывается истинно добро...

Исповеди двух женщин, сплетенные воедино, дарят читателю красивый образ сильных героинь, переживших многое и несломавшихся. Финал этой истории более чем оптимистичен, но отчего-то в него так хочется верить...

1

29 августа 2022
LiveLib

Поделиться

Arlett

Оценил книгу

Помните фильм «Москва слезам не верит»? Если у мужчин есть свои дела, они спокойно могут заняться ими. Думаю, что наша продукция больше заинтересует женщин. Женская проза, но какая! Только для тех, кто любит поострее.

Я большой любитель скандинавской социальщины. Она атмосферна и мрачна. И вот внезапно нашелся достойный ответ. Внезапно, потому что прилетел, откуда и не ждали. Уральская социальщина показала себя во всей своей суровой красе. Едко, жестко, честно, гнилостно, удушающе, почти непристойно и очень-очень жизненно. Фиалкам не читать, есть опасность обжечь нежные лепестки щелочью и уксусом, который так и капает со страниц. Феномен женской дружбы освежеван и разделан как коровья туша. Сначала Анна Матвеева тыкнула ему в бок вилку, вскрыла гнойник, а потом разделала, как опытный мясник. Зрелище жутковатое, но глаз не оторвать. Я рада за тех людей, на чей взгляд книга скучна. Хорошо жить на облаке. И те, кто ищет в книгах уюта, будут жестоко разочарованы. Какой уют может быть в дне выгребной ямы? Если начинаешь ковыряться в душе, то в итоге именно в ней и окажешься. Кому интересны страстишки людишек - милости прошу.

Иногда я люблю рассматривать дома. В доме напротив иногда встречаются окна без штор. Жизнь в городской коробке тогда, как на ладони. Девушка готовит ужин. Мужчина ест в компании телевизора. И голова идет кругом, когда понимаешь, что за каждым окном, за каждой дверью живет своя история. Анна Матвеева открывает нам одну из них. Обычная изнанка житейской повседневности. Откровенный и дерзкий рассказ о двух подругах, одна из которых живет в ожидании краха другой. А той, как назло, всё фортит и фортит.

Вера и Юлька дружили со школы. Сначала с Юлькой дружить было очень удобно. Страшненькая, нескладная, нелепая какая-то. Но в математике сечёт. На фоне Веры - натуральной блондинки в модной одежде, что в 80-х было запредельной роскошью - гадкий утенок. В седьмом классе всё вдруг начало меняться. Верина красота тускнела, выцветала, становилась стандартной миловидностью, и имела все шансы скатиться до серости, а Юлька резко и окончательно похорошела со всем вытекающими последствиями для личной жизни. Каким-то комичным до зубовного скрежета образом Юлька получала всё, о чем мечтала Вера, мечтала трудолюбиво и основательно. На Юльку это сваливалось легко. Юлька повертит этот дар в руках, развлечется, да и выкинет как безделицу. Вера смотрела и зеленела душой. Верин организм начал пожирать вирус зависти, доставляя порой вполне реальные физические муки. Со временем он принял форму летучей мыши, с которой Вера научилась вести безмолвные разговоры. Как и с картинами... Есть у Веры такой талант. Она слышит живопись. И это отдельная прекрасная составляющая сюжета.

К книге этой я подбиралась целый год. Зацепилась за название в лонг-листе «Русского Букера-2015» и почти сразу купила бумажную книгу, прочитав первую страницу текста поняла, что выстрелит. До чтения добралась через несколько месяцев. Стенина была не в духе и отшила меня. Как сейчас помню, стояла я на стуле (в процессе выбора книги для чтения пришлось лезть под потолок, к верхним полкам книжного шкафа) читала и поражалась - что же мне так понравилось. Поставила на место и забыла. Напомнили мне о романе список финалистов премии «Большая книга-2016» и лонг-лист премии «Национальный бестселлер». Любопытство взыграло, пришлось опять брать стул и карабкаться за книгой. В этот раз звезды сошлись. Великолепная вещь. Мне трудно поверить, что роман о женской глубинной зависти получит премию. Тут нет войны, зачаточного феминизма, героев или причудливых словесных оборотов и новаторских форм или громкого имени, нет душещипательной драмы, кроме бесцельно утекающей жизни, нет еврейского вопроса, нет политики и плевков в сторону СССР. Но от меня Анна Матвеева получает золотую корону и титул “Знаток темной стороны женской души”.

4 июля 2016
LiveLib

Поделиться

Yulichka_2304

Оценил книгу

О женской дружбе и её праве на существование написаны тонны и тонны литературы, и не думаю, что эта тема когда-нибудь себя исчерпает. Здесь же автор помимо темы женской дружбы поднимает тему женской зависти. Получается этакое беспроигрышное комбо, а преподнесённое в талантливом исполнении, – несомненный залог успешного произведения. Анна Матвеева не только выбрала удачную для себя тему, смогла её раскрыть, облагородить стильным исполнением и снабдить чутким метафорическим слогом, но и украсить вплетением в сюжетную канву многочисленных искусствоведческих деталей.

Роман повествует нам о двух подругах, Вере Стениной и Юле Калининой. Как это часто случается, два совершенно не похожих друг на друга ни внешне ни по характеру человека не только создали прекрасный дружеский альянс, но и пронесли свою дружбу через многие года, сумев не подвергнуть её суровым испытаниям. Вера – строгая, серьёзная, не слишком хорошенькая, но обладающая уникальным талантом "чувствовать" живопись; и Юля – легкомысленная, обаятельная, порхающая по жизни как стрекоза в поисках вечного лета. Юле всё в жизни даётся как-то очень легко, чему немало способствует природная красота вкупе с душевной широтой: учёба, работа, мальчики, а затем мужчины; замужества, умный ребёнок и талант. Вере же всё удаётся со скрипом, да и не то чтобы очень удачно: все мужчины влюбляются в Юлю, дипломная работа не пишется, работа – скучная и малооплачиваемая. Да и любимый ребёнок, дочка Лара, на год младше Юлиной дочки Евгении, явно звёзд с неба не хватает, а ещё и толстовата и не невоспитана. Вот так и получилось, что с юных лет поселилась в Вериной душе тёмная, тягучая, бескомпромисная Зависть по прозвищу "Мышь". Мышь завладела Вериным телом и разумом, царапая горло и стягивая его тугим обручем, и никакие экстрасенсы, медики и упражнения по самовнушению не смогли её изгнать. Так и прожила Вера многие годы в молчаливом симбиозе со своевольной ядовитой Завистью, то вцепляющейся в неё когтями как домашняя кошка, то разрастающейся до демонических размеров, захлёстывая все потаённые уголки сознания. Но ни Юля, ни кто другой так никогда ни о чём и не догадались...

Верину аллегорическую мышь-зависть можно смело выделить, как отдельного персонажа произведения. Автор методично препарировала пожирающую Верину душу отраву, предоставив читателю всё неприглядное нутро отталкивающего, почти неприличного чувства. Но и мистическому таланту Веры тоже уделено немало внимания: как картины разговаривают с Верой, как она чувствует исходящие от изображённых людей и предметов запахи, как чувствует аутентичность произведений.

И тем интереснее наблюдать, в какой ловкой, почти химической реакции заставляет взаимодействовать всех этих персонажей, их истории, чувства и судьбы.

5 декабря 2020
LiveLib

Поделиться

Anastasia246

Оценил книгу

Первое знакомство с новым автором всегда волнительно, а уж знакомство с современным русским писателем (или писательницей) тем более (или русская литература меня чаще разочаровывала, или же к ней я отношусь критичнее, чем к зарубежной:)

Книга оказалась в итоге прекрасной, глубокой, душевной (вот люблю я такие книги "про жизнь", как я их называю, например, как прочитанная недавно книга Маши Трауб "Бедабеда"), герои такие удивительно родными, сюжет несколько..фантастичен, хотя, с другой стороны, чего тогда только не происходило в России 90-х - нулевых...

Книга про зависть, нехорошее чувство, но получилась какой-то светлой и доброй. Зависть, которая приносила вред только ее хозяйке, - Вере Стениной, талантливой женщине-искусствоведу, с чего решившей вдруг, что она хуже своей подруги Юльки Калининой, хотя поводов для зависти не было абсолютно. И та, и другая пользовались успехом у мужчин (в том числе очень богатых), у обоих было дело жизни, у обоих были чудесные дочки и свой, только свой особый, личный талант. Юлька умела легко жить, порхая по жизни, как бабочка, легко отпуская прошлое, обиды, людей, переживания. Зато Вера умела по-настоящему понимать искусство, разговаривать с картинами, составлять мысленно выставки. Нельзя сказать, что Юлька была намного богаче, намного востребованнее, но, видимо, она было намного, намного счастливее: зависть не отравляла ее жизнь, и жила она только своей жизнью, ничьей больше. А Вера...Вера, как растворялась в художественных полотнах, так же растворялась без остатка в созерцании (и часто даже мысленном осуждении) чужой жизни. Хотя чему тут было вообще завидовать?! Лучше бы налаживала отношения с собственной матерью или же больше занималась с дочкой...

Интересно, кстати, было проследить и судьбы их повзрослевших дочерей, Лары и Евгении...

Красивая книга о непростой жизни, и хочется надеяться, что все у подруг все-таки в итоге наладится))

27 декабря 2019
LiveLib

Поделиться

rina_mikheeva

Оценил книгу

Об искусстве живописи написано множество книг, о самих художниках — тоже.
Анна Матвеева предлагает нам неожиданный и очень интересный ракурс, посвящая свою книгу... натурщицам. Девушкам и женщинам, чья красота, радость, печаль, молодость (или не совсем молодость и не такая уж красота, но совершенно точно — индивидуальность) запечатлены великими мастерами и оставлены в веках на долгую память.

Наверное, многие задумывались, глядя на очередной портрет: кто на нём изображён, какую жизнь прожил этот человек, что с ним стало? А если не задумывались, то самое время — и задаться вопросами, и узнать ответы, хотя, разумеется, известно о них далеко не всё, особенно о тех, что жили слишком давно, чтобы о них сохранилось достаточно сведений.

Кем они были для великих, запечатлевших их на своих картинах? Анна Матвеева рассказывает о самых-самых — не мимолётных, промелькнувших, подобно мотылькам, а тех, что оставили след не только на полотнах, но и в жизни мастеров кисти. Многие из этих девушек на долгие годы становились незаменимыми музами, настоящими вдохновительницами. Иные связывали свою жизнь с теми, кого вдохновляли, и не для всех девушек это закончилось хорошо... Судьбы многих трагичны. Среди них есть по-настоящему талантливые, те, что сами оставили после себя творческое наследие, а есть "просто" любящие женщины, жёны, хранительницы очага и помощницы. Думаю, все понимают, что на самом деле это было вовсе не просто...

Разумеется автор рассказывает и о самих художниках, об их жизни и творческом пути, но вот этот неожиданный подход и внимание, уделённое женщинам, сыгравшим далеко не последнюю роль в жизни великих мастеров, в их развитии, в поисках себя и своего пути в искусстве — этот подход придал книге неповторимые черты и сделал по-особому интересной и увлекательной.

Книга состоит из разделов, каждый посвящён одному из художников, в жизни которого могло быть несколько знаковых муз-натурщиц, оставивших важный след, а некоторые части, напротив, посвящены одной Музе, вдохновившей нескольких художников. Лично мне очень удобно было читать частями, откладывая книгу на какое-то время и снова возвращаясь.
Отдельно радует лёгкий стиль и мягкий юмор автора.

Ну и приведу несколько цитат — о любимом Рембрандте и некоторых других)

Рембрандт, если судить по его работам, обладал прекрасным чувством юмора, а в самоиронии ему вообще нет равных – чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на его автопортреты.
Те, кто заказывает ему портреты, знают, что позируют Рембрандту – но, конечно же, не понимают, что позируют тому самому Рембрандту! Чтобы стать «тем самым», всегда нужно время. А пока – нужны деньги, всегда нужны деньги…
Два портрета того времени стоят особняком – их заказали Рембрандту Якоб де Гейн-третий, родом из Лейдена, и Мориц Хёйгенс, брат того самого всемогущего Константина. Молодые люди – близкие друзья, вероятно, обладавшие весёлым нравом, так блестяще переданным художником. Но идея, с которой они пришли к портретисту, вполне серьёзна: Якоб и Мориц договорились, что тот, кто из них умрёт первым (а до смерти ещё долго, они ведь так молоды!), оставит другу свой портрет по завещанию. Чтобы не расставаться даже после смерти. Рембрандт изобразит Якоба и Морица словно бы за дружеской беседой – на портретах они обращены друг к другу, и кажется, что с губ их готовы слететь какие-то важные слова… Когда скончался Якоб, Мориц получил его портрет, но века разъединили работы Рембрандта, давным-давно ставшего «тем самым». Портрет Якоба оказался в Лондоне, в картинной галерее Далвич; портрет Морица можно увидеть в гамбургском Кунстхалле. И это ещё не всё! Портрет Якоба де Гейна вошёл в Книгу рекордов Гиннеса как самое похищаемое полотно в мире – четырежды её пытались украсть, и всякий раз картина возвращалась, а воры не были наказаны. Где только ни находили украденный портрет Якоба – и на кладбищенской скамье в английском Стрэтхеме, и в такси, и на велосипедном багажнике, и в камере хранения одного из немецких вокзалов (как будто Якоб спешил на встречу с Морицем в Гамбург!)… Портрет даже получил шутливое прозвище «Рембрандт навынос» – ведь никакую другую картину не пытались похищать столько раз. Наверное, Якоб, Мориц, да и сам Рембрандт от души посмеялись бы над этой историей!
Пикассо, питавший слабость к чётким формулировкам, заявил однажды, что для него существует лишь два типа женщин – богини и подстилки. Но если смотреть правде в глаза, не позволяя изображению двоиться и троиться, то всё было несколько иначе. Он влюблялся в богиню, после чего, как правило, стремился превратить женщину, которой поклонялся, в ту самую подстилку. Иногда получалось, иногда нет, но впоследствии он почти всегда терял к своей избраннице всякий интерес. Единственным исключением стала Марселла Юмбер.
Ох уж эти родители великих художников – практически каждый мечтает видеть своё чадо юристом и не даёт денег на краски!
Обычный мужчина примется утешать женщину, завидев её слезы. Художник Пикассо хватается за кисти и умоляет натурщицу плакать как можно дольше, чтобы он успел зафиксировать происходящее. Вот почему на эти портреты неловко и стыдно смотреть даже спустя годы – в них запечатлён не только несомненный талант мастера, но и его бесчеловечность, полное отсутствие сострадания…
Брюллов работает над картиной до полного изнеможения, его не раз и не два выносят из мастерской на руках. Все силы, скопленные за время ученичества и раннего признания, не нуждавшегося в подтверждении, он тратит на «Помпею». Точность его поразительна: говорят, что современные сейсмологи определили интенсивность землетрясения в 8 баллов по изображению разрушенных зданий. Трагедия, случившаяся в 79 году после Рождества Христова, вдруг стала главным событием современности, вначале для живописца, а потом и для зрителей.
Натурщики принимают позы, выверенные десятилетиями, а этот недоученный Мане, подумать только, придирается, требует быть естественными! Почему-то ни Давид, ни Жерико от них такого не требовали! Возмутительно!
Как жаль, что нам всегда мало успеха, который нам даётся, не правда ли?.. И как грустно, что даже он приходит так поздно.
4 мая 2020
LiveLib

Поделиться

majj-s

Оценил книгу

Общее у нас не кровь. а чернила. Фиолетовые, которыми писала Ксеничка, и синие, какими пишу я сама.

  Новый роман Анны Матвеевой ждет большое и славное литературное будущее. У камерной истории двух женщин, судьбы которых странным образом переплелись, вобрав полуторавековую историю страны, есть все, чтобы снискать любовь обычно не совпадающих в оценке  критиков и широкой читательской аудитории.

Дневники двух девочек-девушек-женщин, у которых одно на двоих только имя, Ксения, хотя и оно звучит по-разному. Ксеничка Лёвшина рождена на западной окраине Российской Империи в конце позапрошлого века, Ксана Лесовая в советском Свердловске начала семидесятых прошлого. Одна встретила мужчину своей жизни в юности, прожила с ним полвека и родила семерых детей, у другой мужа и детей нет.  Но, разделенные временем, они словно отражают друг друга, и сходства в их судьбах куда больше, чем различий.

Когда советская школьница Ксана Лесовая находит дневники девочки, жившей сто лет назад, она еще не знает, что встретила самого близкого друга и образец, по которому станет строить свою жизнь. Сначала в этом стенном шкафу для нее только вход в персональную Нарнию. Не фантастическую, а самую, что ни на есть, реальную. Где добрая, умная, талантливая девочка учится строить отношения с миром, мечтает заслужить любовь родных (еще не понимая, что одним любви достается больше, чем другим, просто так, ни за что), и ждет своего Принца.

Совсем такая же девочка, как сама Ксана. А вокруг позднесоветская жизнь, которая живущим там и тогда вовсе не казалась застоем. В класс приходит новенькая девочка, такая оторви-и-выбрось, которая выбирает тихую Ксану в подруги, но очень скоро становится подругой ее старшего брата, Димки. Папа как-то странно ведет себя и однажды Ксана случайно подслушивает его телефонный разговор с какой-то Танечкой, которая называет его папой. А еще, город в ужасе  перед маньяком, который насилует и душит девушек.

В дневниках Бесстужевка Ксеничка встречает своего Константина, которому предстоит стать светилом советской минералогии. Осуждаемая родными, живет с ним невенчавной - молодой ученый уже женат, и у него в том браке дети. Первая Мировая, Революция, Гражданская, рождение своих детей, попытки стать матерью старшим мужниным, постоянная нехватка денег, работа на износ, переезд из столицы в сибирскую глушь, болезни и смерть, и снова рождение детей, бесконечные заботы о семье.

В нашей реальности повзрослевшая Ксана бьется рыбой об лед, работая много и зарабатывая прилично, но все поглощает Долг (вот так, с большой буквы), образовавшийся после Катастрофы - подробности непременно узнаем, но ближе к концу. Не пугайтесь объема, начав читать, вы не сможете оторваться, Матвеева потрясающий беллетрист, интригу выстраивает филигранно, и внимание эта история держит как патентованный медвежий капкан.

Структурно роман довольно непростой, действие одновременно развивается в нескольких временных стратах:  есть два дневника в линейной хронологии, записи которых чередуются, а события перекликаются; есть рассказ от первого лица об условном "дне сегодняшнем"; в последней части добавляются реминисценции из старых дневников Ксаны, раскрывающие подоплеку  событий, с последствиями которых мы уже знакомы. В соединении стройная полифония, если проводить музыкальную аналогию, и замечательно соразмерное, гармоничное здание - если архитектурную.

В финале очаровательное камео, знакомящее героиню-рассказчицу с автором, и это не единственная в нынешнем году книга, на страницах которой мы встретим Анну Матвееву. В сенчинской "Русской зиме" она тоже появится, под другим именем, но узнаваемая, и это кажется обаятельной чертой современной русской литературы - создавать сообщество, где писатель не сам по себе, но член авторитетного общественного института и публичная персона.

   "Каждые сто лет" открыли мой книжный 2022, отличное начало. Спасибо Редакции Елены Шубиной и Веронике Дмитриевой, редактору этой прекрасной книги.

5 января 2022
LiveLib

Поделиться

DariaSchakina05

Оценил книгу

Насколько на меня произвела впечатление неправильно прочитанная книга, ровно настолько же на меня не произвела впечатление эта.

Здесь основное внимание уделено именно зарубежным художникам, а мы сними почему - то не находим общих точек соприкосновения. Может быть проблема в разном мировосприятии, жизненных ценностях, а может быть и вовсе проблема в рассказчике.

Но если мне понравилась первая книга, тогда почему не понравилась эта?

Наверное, потому, что личности художников совершенно неотличимы друг от друга. Все они появляются на свет, потом так или иначе приходят к живописи, цепляют похотливых натурщиц, а вместе с ними и сифилис, иногда плодят детей в большом количестве и даже отрекаются от них. И потом умирают.

Всё. И это можно сказать абсолютно про любого художника. Рембрандт, Рафаэль, Рубенс. Да, их полотна очень отличаются друг от друга, но вот биография - не особо.

Я искренне пыталась зацепиться хоть за что - нибудь, но мои попытки больше были похожи на попытки утопающего хвататься за соломинкуи, в конечном итоге, не суметь себе помочь.

Поэтому, изрядно потужившись, все-таки поделюсь некоторыми мыслями,которые, на мой взгляд, кажутся особенно занимательными.

В этом бесконечном мареве букв внезапным образом проклюнулся интересный факт про Рембрандта. Оказывается, у него есть полотно «Портрет Якоба де Гейна III», которое преступные личности воровали с изрядным постоянством. В предыдущей книге такой преступной популярностью пользовались картины Мунка (и мне искренне было не понятно, почему). Здесь же воровали портрет...

Но потом, я присмотрелась и поняла, что и сама с удовольствием свистнула себе шедевр живописи и любовалась бы на него денно и нощно!Какой –то он особенный, словно подсвеченный изнутри.

Мало того, есть еще один забавный факт. Оказывается, портрет,написанный в подобной стилистике был не один, вместе с натурщиком пришел его друг и попросил тоже написать его портрет. И в итоге получается, что Рембрандт создал импровизированный пазл, который собирается в фотографию лучших друзей,сидящих друг напротив друга!

История о портретах - пазлах

«Два портрета того времени стоят особняком – их заказали Рембрандту Якоб де Гейн-третий, родом из Лейдена, и Мориц Хёйгенс, брат того самого всемогущего Константина. Молодые люди – близкие друзья, вероятно, обладавшие весёлым нравом, так блестяще переданным художником. Но идея, с которой они пришли к портретисту, вполне серьёзна: Якоб и Мориц договорились, что тот, кто из них умрёт первым (адо смерти ещё долго, они ведь так молоды!), оставит другу свой портрет по завещанию. Чтобы не расставаться даже после смерти. Рембрандт изобразит Якоба и Морица словно бы за дружеской беседой – на портретах они обращены друг к другу, и кажется, что с губ их готовы слететь какие-то важные слова... Когда скончался Якоб, Мориц получил его портрет, но века разъединили работы Рембрандта,давным-давно ставшего «тем самым». Портрет Якоба оказался в Лондоне, в картинной галерее Далвич; портрет Морица можно увидеть в гамбургском Кунстхалле. И это ещё не всё! П ортрет Якоба де Гейна вошёл в Книгу рекордов Гиннеса как самое похищаемое полотно в мире – четырежды её пытались украсть, и всякий раз картина возвращалась, а воры не были наказаны.Где только ни находили украденный портрет Якоба – и на кладбищенской скамье в английском Стрэтхеме, и в такси, и на велосипедном багажнике, и в камере хранения одного из немецких вокзалов (как будто Якоб спешил на встречу с Морицем в Гамбург!)...Портрет даже получил шутливое прозвище «Рембрандт навынос» – ведь никакую другую картину не пытались похищать столько раз. Наверное, Якоб, Мориц, да исам Рембрандт от души посмеялись бы над этой историей! Рембрандт, если судить по его работам, обладал прекрасным чувством юмора, а в самоиронии ему вообще нет равных – чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на его автопортреты.»

свернуть

Это ВАУ!! Ну ничего себе! Почему мне такое не рассказывали в школе?!)

Те самые портретысвернуть

Помимо прочего удивил еще один факт: оказывается, раньше с художниками чем только не расплачивались: кто – то представлял собственные услуги, кто – то банально рассчитывался монетами, а власть имущие даже расплачивались перстнями! Вот это был шок для меня!)

За что выдают бриллиантовые перстни?

«Первая из картин Брюллова, отосланная в Петербург, называлась «Итальянское утро» (1823,Кунстхалле, Киль). Долго добиралась она до России. Те, кто ругает теперешнюю почту, представить себе не могут, с каким нетерпением ждали в Обществе эту посылку, доставленную лишь через два года. Не было, как пояснялось, прямых кораблей, ждали оказии. Но картина оказалась прелестной, не зря ждали, не зря Брюллова отправили в Италию! Совсем ещё юная итальяночка (за два года натурщица, разумеется, изменилась, а картине хоть бы хны) подставила ладони под тонкую струйку фонтана. Обнажённая грудь, розовое ушко, свет солнца, ласкающий гладкую смуглую спину... От холста так и веяло наслаждением, всей этой итальянской дольчевитой!

Картину приобретает для своей коллекции государь император и, пожаловав художника бриллиантовым перстнем, настоятельно просит написать работу того же стиля, в тандем. Ну, например, было утро, а потом пришёл полдень. Сие станет доподлинным украшением интерьеров!

Брюллов исполнит высочайший заказ – спустя некоторое время появится «Итальянский полдень» (1827, Русский музей). Другая итальяночка, но тоже свежая,только-только созревшая, прямо как виноград, который она собирает, принесла Брюллову ещё один бриллиантовый перстень, но вот Обществом поощрения художников была заклеймена как работа «не изящная и не соответствующая классическим идеалам красоты».»

свернуть

Этот факт взят из биографии Брюллова, и если посмотреть на те картины, за которые он и получил аж целых два перстня (думаю, поживи он подольше, то раздел бы монарха до исподнего своим творчеством), то сразу становится понятно, что получил он это вполне заслужено)

Есть такие картины, которые действительно очень захватывают. И чем дольше ты на них смотришь, тем больше они забирают твою душу. (шучу)

Или нет?)

В какой – то момент даже успела чуточку напугаться от того, что биография Мане пройдет совершенно мимо меня, как будто в его жизни тоже все было довольно обыденно, пока я не добралась до «Салона отвергнутых». В это мгновение словно поразила молния и я начала судорожно искать те самые злосчастные полотна из – за которого осмеяли великого мастера.

Салон отвергнутых

«Париж пребывал в нетерпении – «Салон отвергнутых» вызвал интерес куда больший, чем предполагал Наполеон III. 15 мая, в день открытия, публика стояла в очереди,чтобы увидеть работы, не признанные Академией. И главной картиной здесь стало «Купание» Мане. Мужчины не позволяют своим жёнам смотреть на эту работу, носами, пройдя мимо, возвращаются и возмущаются, не отводя взгляда от этой вопиюще дерзкой композиции. Никто не говорит «Купание», зрители переименовали холст в «Завтрак на траве» (1863, Музей д'Орсэ). Именно под этим названием картина войдёт в историю искусства, чтобы остаться в ней навсегда, но это произойдёт спустя многие годы, когда Мане уже не будет в живых.»

свернуть

Причем в первую очередь, его осмеяли те люди, которые якобы разбирались в искусстве профессионально, организовывали выставку, но как только художник вышел за рамки общепринятых правил, сразу же попытались сравнять его с землей.

На самом деле, это явление сохраняется и по сей день, так как некоторые люди пытаются проявить себя в творчестве, обязательно найдутся «эксперты», которые за деревьями не видят леса.

Так что, Мане, мой маленький, иди ко мне, обниму тебя)

Признаюсь, мне в этой книге встретилась и такая картина, которая сразила меня наповал! И кистью художника, и очень трагической судьбой натурщицы.

Моя прелесть...

«Каждый хотя бы раз видел эту картину, пусть и не на законном месте в галерее Тейт, а в журнале или книге. «Офелия» Милле (1851–1852) – совсем небольшая по размерам –стала знаковой работой прерафаэлитского братства: здесь с маниакальным тщанием воспроизведены все его постулаты. Насыщенный колорит. Безупречная проработка всех деталей – от рисунка на платье утопленницы до самой скромной травинки.Литературный сюжет. Смелая трактовка. Загадочная героиня. И, наконец, верность природе:чтобы написать эту картину, Милле провёл больше пяти месяцев в графстве Суррей,на берегу реки Хогсмилл. Он не просто педантично переносил на холст образцы британской флоры, но также пытался рассказать на языке цветов историю Офелии. Впоследствии критики обвинили Милле в том, что на картине цветут растения,которые не имеют обыкновения цвести одновременно. Никто не понял, что крапива здесь символизирует боль, плющ – женское одиночество, а фиалки – невинность и раннюю смерть...

...

К несчастью, вымокшее платье погубило не только Офелию... Милле, задумавший картину ещё в 1851 году, сразу же решил, что будет писать её по частям: летом проработает фон на пленэре, а зимой в центре холста появится героиня, позировать для которой он пригласит подругу Россетти.

Верный идеям прерафаэлитов, Милле искал максимального правдоподобия и потому приобрёл за бешеные деньги старинное платье в антикварной лавке. Оно было грязным и ветхим,но стоило целых четыре фунта, хвалился художник. В своей студии на Тауэр-стрит Милле установил ванну, под которой было размещено несколько масляных ламп,подогревавших воду. Двадцатидвухлетняя Лиззи приходила в мастерскую ежедневно,облачалась в платье и «тонула» в ванне всё время, что длился сеанс. К сожалению, однажды масляные лампы погасли, вода стремительно остыла, но Лиззи побоялась прервать работу художника – она знала, с какой одержимостью он трудится. Результатом стала жестокая простуда, опасная для слабых лёгких натурщицы. Ей было так худо, что отец Лиззи даже пригрозил Милле судом, если тот не оплатит лечение у хорошего лондонского доктора. Милле оплатил все счета,но хороший лондонский доктор прописал Лиззи в качестве лекарства настойку лауданума (опиум), и девушка стала наркоманкой.»

свернуть

Сколько тут прописанных деталей, сколько старания и сколько профессионализма отображено в данном сюжете. Тут каждый цветочек и каждая травинка написана с особым смыслом! В такие моменты действительно хочется больше и дольше ковыряться в биографии художника, в его мыслях и чувствах,чтобы понимать, а почему он изобразил именно такой сюжет и именно в таких декорациях, что его так сильно волновало?

В процессе чтения, пока изучала биографии и натурщиц других художников, я все равно возвращалась к «Офелии», потому что эта картина поистине шедевральна)

Может и не так уж все плохо у меня с зарубежными художниками?)

И снова пишу рецензию и никак не могу остановиться, чтобы перестать уже перечислять художников и занимательные факты из их биографии. В конечном счете получится так, что у каждого художника я взяла какой – то особенный «сувенир» себе на память)

Пожалуй, скажу еще небольшие факты про Сальвадора Дали и буду закругляться) Честное пионерское!))

Сальвадор Дали – это именно тот художник, к которому я относилась с особым обожанием еще со школы. Он поразил меня своими сюжетами, полетом фантазии, мыслями, которые вложил в свои полотна. Мне кажется, он был божественным существом, который смог выйти не просто за рамки восприятия, но и за рамки нашей с вами Вселенной и сумел привнести что – то новое, уникальное и неожиданное.

Творчеством данного художника восхищаться можно бесконечно, но как человек он был довольно странным. Что неудивительно с такой – то профессией.

Элегантная женщина и выбритые подмышки

«По мнению Дали, элегантная женщина отличается от прочих тем, что тщательно выбривает подмышки, а в очертаниях рта её непременно должна сквозить отчуждённость, высокомерная и печальная. «Нос? У элегантных женщин не бывает носов! Это привилегия красавиц! Руки и ноги должны быть безукоризненно красивы, а вот грудь не имеет никакого значения. Если она красива, прекрасно, если нет – прискорбно, но само по себе это не важно».»

свернуть

Но еще более странной была женщина, которая сопровождала его на протяжении большей части его жизни.

Гала.

Если бы я хоть когда – нибудь с ней встретилась, то бежала бы без оглядки) Но Сальвадор от нее фанател до потери сознания, писал портреты. А она сделала для него такую пиар – компанию, что он стал мега - известным художником, которым мы можем восхищаться и по сей день.

У Дали вся жизнь была эпатажная, и завершил он ее также эпатажно) Попросил похоронить себя так, чтобы по нему ходили люди.

Оригинальная могилка

«Сальвадор Дали пережил свою супругу на семь лет, и эти годы стали самыми тяжёлыми в его жизни. Он впал в депрессию, практически не мог работать, только лишь подписывал пустые листы. Главный сюрреалист мира скончался 23 января 1989 года, на 85-мгоду жизни. Все свои работы он завещал Испании, а себя велел похоронить в театре-музее Фигераса, «так, чтобы по могиле могли ходить люди». Завещание было исполнено, тело Дали замуровано в полу одной из комнат музея. Пятьдесят лет прожившие вместе супруги после смерти оказались разлучены...»

свернуть

Я бы никогда в жизни до такого не додумалась! Как он дошел до такого?!

Несмотря на то, что книга понравилась мне чуть меньше других «Картинных девушек»,

Анна Матвеева - Картинные девушки. Музы и художники: от Веласкеса до Анатолия Зверева

Тем не менее, чем дольше я копалась в моментах, особенно зацепивших меня, тем сильнее я понимала, что попала в мир, полный ярких красок, страданий, страстной любви, смертей, венерических заболеваний и тщеславия. И этот мир не хочет больше отпускать меня от себя...

Наверное, я пропала...

Ищите меня   ̶в̶ ̶к̶л̶у̶б̶е̶  в музее)

8 апреля 2025
LiveLib

Поделиться

orlangurus

Оценил книгу

Бывает ли у вас так, что, когда вроде бы точно помните, как что-то происходило лет 10 назад, всё же в самых глубинах памяти немножко суетится маленький чёртик, подсказывающий, что всё же не совсем так было сказано, сделано, подумано? У меня бывает... И, поскольку в отличие от героинь книги, дневников я не веду, остаётся только гадать, насколько честно я помню событие. Не то, чтобы я специально хотела "подкрасить" в нужных местах, а просто действительно, как сказано у Матвеевой, память - большая затейница.
В книге, вернее, в историях двух женщин, чьи судьбы неразделимо переплелись именно из-за дневников, особенно ценна честность воспоминаний. Их двое - дворянская девочка Ксеничка перед самым сломом нормальной дворянской жизни и советская девочка Ксана перед самым концом советского периода истории. Начинают они вести дневник примерно в похожем возрасте, около десяти лет. Каждая где-то немножко представляет, как когда-нибудь дневник будет прочитан кем-то, и этот кто-то восхитится информативностью, стилем, событиями жизни. Но маленькая Ксеничка больше думает о своей роли летописца:

Геничка не права: я воображаю себя не сочинительницей, а летописцем с бесконечным свитком в руках…

Ксана же, у которой не очень складываются дружбы, не слишком привлекает немецкий, которым мама заставляет заниматься, больше использует дневник для собственного удовольствия, но тоже с некоторой надеждой на будущих читателей:

Начинаю новую тетрадь своего дневника. Она очень красивая и такая чистая, что хочется записывать сюда только хорошее. Или хотя бы умное, интересное для моих будущих детей… Может, спустя сто лет моя внучка или правнучка тоже случайно найдёт эти тетрадки и будет читать их втайне от всех, а потом начнёт вести свой дневник, подражая бабушке, и так будет продолжаться вечно, каждые сто лет!

Дневник Ксана - это в подражание Ксеничке, чьи дневники совершенно случайно попали к ним домой. Но девочка, зная, что её бабушку звали Ксения, искренне верит, что читает бабушкину историю. Оказывается, это вовсе не так...

Я слушала папу, а внутри у меня тогда всё прямо стонало: как же так, Ксеничка Лёвшина – не моя бабушка! Все эти польские и германские родственники, которых я уже привыкла считать своими, жизнь в Полтаве, Лёля и Геня, гимназии, балы – всё это было моим, и вдруг папа заявляет, что я не имею на Ксеничку Лёвшину никакого права. В моих жилах не течёт польская и немецкая кровь, а только обыкновенная русская. Никаких столбовых дворян по Шестой книге! Никакого графа фон Лёвенштейна, сражавшегося на Куликовом поле!

Однако Ксана Лесовая уже так привыкла к мысленному общению со своей "коллегой", что перестать читать и вникать в события - выше её сил. Тем более, что жизнь и судьбы обеих чем-то схожи. Даже не по событиям, а по полному совпадению жертвенности характеров. Ксеничка, мать восьмерых детей, положившая жизнь на алтарь великого мужа, и Ксана, незамужняя и бездетная, отказавшаяся даже от попыток как-нибудь устроить собственную жизнь ради семьи, в которой - не любящая её мать, вечно пьяная невестка и племянник с постоянно обостряющейся шизофренией... Они разные, но они как-то душевно рядом...

Времена, в которые жили Ксана и Ксеничка, не похожи ничем, кроме своей неопределённости, непредвиденных изменений, разрушения вчерашних идеалов. Обе героини - странные. Но это на мой, вполне практический и здравомыслящий взгляд, и после того, как прошло несколько дней с прочтения книги. А пока читаешь, тебя переполняют их эмоции, и, возможно, моментами душа становится чище от их чистоты:

способности к моментальному душевному восстановлению я сама не имею и воспринимаю её в других как некий изъян.

Объёмная книга подогревает ожидание развязки, и вот с этим немного проблемно. В общем-то понятно, что вряд ли роман закончится каким-то супер вотэтоповоротом, поскольку в самом повествовании резких движений нет. Концовка получилась, может быть, слегка смятая. Это можно было предчувствовать с момента, когда особенное внимание стало уделяться учёному Матвееву (и обязательно обратить внимание на фамилию!), минерологу, геологу etc., тому самому человеку, который, мягко говоря, пустил под откос жизнь Ксенички...

Очень хороший язык романа, не усложнённый сильными стилизациями, избежавший современного жаргона. Тут цитатник для всех жизненных ситуаций прекрасно можно пополнить:

Легко восхищаться Джокондой, но, если не знать, что её написал Леонардо, уверены ли вы, что проведёте рядом с никому не известной улыбающейся Лизой хотя бы минуту? Что мы видим в первую очередь – сам шедевр или табличку с именем автора?
И не только здесь, но повсюду, где живут люди, в шкафах белеют спрятанные скелеты, улыбаясь фарфоровыми зубами.

Думаю, это будет не последняя моя встреча с Анной Матвеевой. А уже совсем скоро встречусь с ней, как с автором Тотального диктанта. Кстати, для будущих участников: никаких нестандарных употреблений знаков препинания, вроде большой любви Арсеньева к тире или Рубиной к точке с запятой, не заметила))).

10 марта 2024
LiveLib

Поделиться

Paperbacks

Оценил книгу

Автор, пишущий рассказы, часто рискует прозвучать поверхностно и неубедительно. Но я, как преданный поклонник короткой прозы,  с удовольствием должна отметить, что сегодня она расцвела буйным цветом.

Современные авторы всё чаще обращаются к малой прозе, при этом очень умело и талантливо распоряжаются несколькими десятками страниц.

Сборник Анны Матвеевой, как надвигающийся ураган, с каждым рассказом набирал и набирал обороты, к концу оставил от меня одни щепки.

Каждый! Каждый из этих девяти рассказов мне хочется запомнить.

Вряд ли я теперь когда-нибудь забуду рассказ "Слова", потому что он читан и перечитал мной до дыр. Я не могла унять слёз, да и не хотела..

Это маленький очерк о художнике Мише Брусиловском. Даже не столько о нём, сколько о любви! Об искусстве, о роли маленького человека в истории.

Каждый маленький рассказ - это окошко в прошлое. Это и те загадочное времена, что большинство из нас не застали, и совсем недавние события, которые "делают" наше настоящее.

Все мои слова, всё, что я ещё хотела бы сказать, застряли где-то во мне. Это тот случай, когда не хочется много говорить.

Я крайне редко советую книги, тот, кто почувствовует "своё", сам выберет что ему читать, но этот сборник я горячо рекомендую всем, кто ценит хорошую литературу.

23 сентября 2021
LiveLib

Поделиться

ALEKSA_KOL

Оценил книгу

Прочитала я эту потрясающую книгу. Не знаю как так у Анны Матвеевой получается, но ее манера написания и загадочные, немного грустные истории меня цепляют.

Книга о Ксане, о ее не очень счастливой жизни, о пересечениях судеб, о том, как люди порой влияют друг на друга, не подозревая об этом.
Ксана всю жизнь читает дневники одной женщины Ксении, которая давно уже умерла. Но тем ни менее, Ксения через эти дневники влияет на решения и жизнь Ксаны.

Книга очень глубокая, грустная, добрая и человечная.
Книга о настоящих людях, о таких, какими мы на самом деле являемся. О неидеальных и жаждущих понимания. О нас с Вами!

Книгу обязательно советую к прочтению! И буду читать и дальше Анну Матвееву.

5 ноября 2022
LiveLib

Поделиться