пришла на свое свидание вовремя, а Нина на свое – опоздала.
– Знаешь, о чем я жалею больше всего? – сказал он наконец. – Мы узнали об этой связи слишком поздно. Теперь некого о ней спросить.
Но Тамара возразила – как это некого? Они немедленно должны позвонить Леночке! И хотя она не слишком хорошо с ней знакома, но этот звонок все равно будет выглядеть естественно.
– Как, прямо сейчас? – замялся Олег. – Скорее всего, она еще на поминках.
– Прямо сейчас, – твердо сказала женщина. – У тебя телефон с собой? Звони!
Леночка – как фамильярно называла ее в разговоре Тамара – уже вернулась домой. Она сразу вспомнила звонившую, выразила свои соболезнования – в связи с недавней кончиной ее свекрови, а своей коллеги и бывшей учительницы. А потом поделилась свежим горем. Тамара слушала ее, не перебивая, время от времени высоко поднимая брови и поглядывая на Олега. Тот ничего не слышал и мог следить за разговором только по оттенкам выражения на ее лице.
– Осенью? – переспросила наконец Тамара. – Этой осенью? А когда? В сентябре? Погоди, или все-таки в октябре? В начале октября… Ясно. А почему Александра говорит, что Маша приходила в августе? Ах, у нее в сентябре отпуск… А ты когда уходила?