* * *

Охрана четко знала порядок. Он был настолько отработан за последние пять лет, что работали ребята автоматически как по маслу и почти незаметно постороннему праздному взгляду.

Бронированный «Мерседес» щегольски подъезжал к самым дверям офиса – задние дверцы лимузина оказывались ровно напротив входа.

Один охранник выпрыгивал из джипа сопровождения и нырял в офисный подъезд. Взбегал на второй этаж до кабинета. Проверял путь. Сотрудники и посетители старались не оказываться в тот момент на дороге босса.

Затем охранник, прошедший в кабинет, докладывал по рации: все чисто.

Тогда двое других секьюрити занимали места по обеим сторонам между бронемобилем и подъездом, образуя живой коридор.

Первый из них распахивал перед хозяином дверцу машины. В.В. выскакивал из авто и делал три шага по открытому пространству к спасительному подъезду.

Охрану пришлось усилить и пересесть в бронемобиль, когда пять лет назад В.В. занялся недружественными поглощениями. С тех пор на него организовали два покушения.

Первое люди из безопасности пресекли еще на стадии подготовки. Второе было не слишком организованным, стрелял одиночка, непрофессионал, его взяли… Однако, надо сказать, цоканье пуль по капоту твоего автомобиля – удовольствие не из приятных. Пусть даже лимузин бронированный.

А все началось, когда он занялся расширением своей деловой империи… Да нет, не империи, какая там империя!.. Небольшого, карликового, можно сказать, бизнес-королевства. Когда принялся скупать разорившиеся, оставшиеся без руля и без ветрил заводики, совхозы, стройки… Когда начал агрессивную игру слияния и поглощения…

Слияния. Поглощения… Шествуя по коридору собственного офиса, В.В. впервые задумался, сколь сексуально звучат эти экономические термины.

Слияние – видимо, союз равноправных партнеров. Когда все по любви. Когда-то – давным-давно! – и не сразу, а года через три после свадьбы, у них с Лилей имело местослияние.

А в последнее время у него чаще случались поглощения. Когда он брал новенькую девчушку лет восемнадцати, и за толику ласки, подкрепленную обещаниями и\или дензнаками, она стелилась перед ним так, как он хотел.

А что тогда на языке любви означаетнедружественное слияние? Наверное, изнасилование. Причем, как пишут в милицейских протоколах, в особо циничной форме, а также с применением словесных угроз, а то и физического воздействия.

Ничего странного, что именно сегодня в голову В.В. полезли сексуальные ассоциации.

Лилька опять не ночевала дома.

Наверняка не было жены и в ее московской квартире. Он мог бы позвонить и узнать точно, но не хотел унижаться. В конце концов, она запросто могла ночевать там – но не в одиночестве.

В.В. скрипнул зубами. Вот шлюха! Как же она ему отплачивает!

Как же она мстит ему за бесконечную череду его девиц!

Ну, да, девчушки. Были они у него. Были, есть и будут. Но они ведь для него ничего не значат! Он берет их просто для поднятия тонуса и статуса, для увеличения количества гормонов радости в крови.

А Лилька-то не девка. Она – это она. Она для него многоезначит. И она это знает. И оттого, наверное, выбрала такой изощренный способ мести.

Может быть, ее пора убрать?

– Что вы сказали?

Он и не заметил, что сидит за своим столом в кабинете, а перед ним – его секретарша (естественно, В.В. с ней спал – а как же иначе, все вокруг спят с собственными секретаршами. Ну и что с того, спрашивается?)

Да, хорош же он! Даже не заметил, как последнюю мысль произнес вслух:

– Может, ее пора убрать?

Ну, ничего страшного, что у него эта фраза вырвалась при секретутке. Неплохо получилось. Пусть теперь гадают, кого (или что) босс имел в виду. Может, он Валентину хочет уволить, финансового директора. Или выгнать из Мосгордумы прикормленную депутатшу Пастилкову. Или ему просто инсталляция в виде кактусов и мини-ветряных мельниц, возвышавшаяся в углу кабинета, надоела?

– Нет-нет, – отмахнулся В.В. – Это я о своем. Не бери в голову. Знаешь, найди мне Пылова.

– Простите, кого?

– Подполковника Пылова – ты что, не помнишь? Он сейчас в отставке, но тем лучше.

Старый друг Пылов уже три года как ушел из органов и стал подвизаться на поприще частного сыска.

Рад переменам в своей жизни – до безобразия. Свободы, говорит, больше; бумажной волокиты и не сравнить, насколько меньше. К тому же – никакого начальства и денег полно в сравнении с ментовской зарплатой.

Разумеется, В.В. мог поручить взять в разработку Лилию и своему департаменту безопасности. И они, пожалуй, выполнили бы задание быстрей и эффективней, чем какой-то там частный детектив, пусть в недавнем прошлом и подполковник МВД. Однако сие было неприлично для его статуса. Подобным заданием В.В. себя подставлял и обезоруживал в глазах подчиненных. Босс, поручающий охране следить за собственной женой – есть в этом что-то смешное и даже жалкое. Похожее на скверный анекдот. Пожалуй, весть о такой слежке может разнестись – и над ним смеяться начнут. А руководитель, за спиной которого начинают хихикать, кончается.

Нет уж, пусть щекотливое поручение выполнит человек со стороны. Тем паче такой, не раз проверенный, как Пылов.

К тому же… Неизвестно, какое решение он, В.В., примет по результатам разработки. Может, и в самом деле – убрать ее? Не она первая… Нет человека – нет проблемы, как говаривал усатый вождь, желтоглазый людоед… А что остается делать, если его собственная ревность становится для В.В. проблемой?.. Если поведение родной жены может серьезно скомпрометировать его в глазах друзей и деловых партнеров?.. Что ему, к психоаналитику прикажете идти? Почему бы лучше не избавиться, раз и навсегда, от первоисточника дискомфорта?

Есть и другие варианты. Например, напугать ее с применением физического воздействия – но так, чтобы она больше в сторону чужих мужчин даже смотреть не смела. Даже на кривого бомжа.

Или – искалечить. Усадить, на фиг, в инвалидную коляску. Кому она тогда будет нужна?

Но это уже совсем другая задача. И, если он даст отмашку, решать ее должны будутдругие специалисты, а отнюдь не люди из департамента безопасности. И уж, конечно, не Пылов.

Однакодругие специалисты среди знакомых В.В. тоже, конечно, имелись.

* * *

– Фантастика! Ты?! Я никогда бы не узнал! – все восторгался Валерка, не отрываясь глядя на нее с кожаного сиденья «Лексуса». – Да ты ровесницей моей дочки выглядишь, честное слово!

– А сколько твоей дочери?

– Ох, она совсем невеста. Ей двадцать с небольшим.

Чего греха таить, его восхищение было Лиле приятно.

А ведь Валерка выглядел не моложе, а пожалуй, старше своих сорока с хвостиком лет. Жизнь не пощадила его. В ней уж наверняка не находилось места ни стилистам, ни парикмахерам, ни маникюршам.

Ведя «Лексус», Лиля украдкой рассматривала его.

Джинсики не первой свежести, потертые кроссовочки, залысины, морщины.

Однако глаза – все те же. Молодые, веселые, умные. И, как прежде, смотрят на нее с восхищением.

А ведь он ее, возможно, до сих пор любит, мелькнула мысль.

Валерка – ах, Валерка… Он, пожалуй, был единственным мужчиной, которого она по-настоящему любила. Ох, как же она его тогда любила!..

– Ты женат? – мимоходом спросила она.

– Уже нет. А ты?

– Я – да.

– Все за ним?

– Да уж, – вздохнула она.

– Ты счастлива? – вдруг выпалил он.

Она делано рассмеялась.

– Хорошенький вопрос!..

– Значит, нет.

– С чего ты взял?

– Когда человек действительно счастлив, он не колеблясь отвечает «да».

– Ты все такой же… – покачала она головой.

– Какой?

– Философ.

– И ты все такая же.

Он прямо-таки ел ее глазами.

– Какая?

– Красивая. Соблазнительная.

– Куда тебя подвезти? – спросила она, стремительно меняя направление разговора.

– Мне здесь недалеко. Можешь остановить на любой автобусной остановке, я выйду.

– А где ты живешь?

– На улице Красных Партизан. Отсюда километра три в сторону центра.

– Значит, мне по пути. Я подвезу тебя до дома.

– Может, зайдешь выпить кофе?

–Тогда ты таким не был, – покачала она головой.

– Каким?

– Прытким.

– А что ты потеряла в нашем забытом богом районе?

– Ты что, хочешь узнать, с кем я провела ночь?

– Н-ну… В общем, да.

– А ты знаешь, что подобные вопросы задавать неприлично? Тем более замужним женщинам.

– Пусть неприлично.

– Ох… Я ночевала у подруги, – соврала она.

Он пожал плечами, вроде бы не удовлетворившись ее объяснением, однако не посмел дальше расспрашивать.

– А у тебя дети есть? – поинтересовался он.

– У меня – нет.

– Жаль. Ты много потеряла.

– Какие наши годы, – грустно усмехнулась она.

– А со мной у тебяуже было бы трое детей. Как минимум.

– Ты все такой же, как прежде, – вздохнула она.

– Какой?

– Хвастун. Врун, хвастун, болтун.

– Если ко мне домой, то на следующем перекрестке направо.

– Хорошо.

– Ты давно водишь машину?

– Лет пятнадцать. А ты?

– И я примерно столько же. Только у меня тачка чуть похуже, чем твоя.

– Какая, если не секрет?

– Хочешь узнать, насколько ниже тебя я стою на социальной лестнице? У меня шестера. «Жигули». Можешь, Лилечка, сделать вывод, что ступеней меж нами пролегло много.

– Какое это имеет значение, – мило улыбнулась она, хотя это имело значение, и еще какое.

И тут странная мысль пришла ей в голову… Точнее, она смутно не давала ей покоя с той минуты, как она посадила его в свою машину. И вот теперь выкристаллизовалась и облеклась в точно сформулированную идею… А что, если она – с ним?.. Вот это будет месть!.. Вот тогда В.В., как узнает – а он обязательно всегда все узнает – точно от ревности с ума сойдет… Это вам не какой-нибудь мальчишка-оператор Макс… Вот это будет изощренно!.. Ядовитый кинжал, устремленный В.В. точно в сердце!..

Но, разумеется, не сейчас… Пока мужик совершенно не готов на роль героя-любовника… Для начала над ее нежданным пассажиром надо поработать… Одеть – причесать – откормить… Ну, это ерунда, делается на раз… Главное – другое. Чтобы быть достойным ее и чтобы В.В. стало по-настоящему больно, следует прежде всего, чтобы Валерка вновь добился успеха… Чтобы его лицо оказалось на виду, а имя на слуху… И вот тогда…

Что ж, идея хорошая… Тем более что делать человека успешным – ее профессия…

– Что? – переспросила она.

Он о чем-то осведомлялся, а она, увлеченная рулежкой и своими мыслями, прослушала.

– Кем ты работаешь, спрашиваю?

Она лукаво глянула на пассажира.

– А с чего ты взял, что я работаю? Может, я просто жена богатого мужа? А ведь В.В. богат, ты знаешь.

Он серьезно покачал головой.

– Ты не такая.

– А какая?

–Просто жены богатых мужей – кислые и вялые. А ты – бодрая и деятельная. И собранная. И красивая.

Она рассмеялась.

– Спасибо на добром слове. Ты – прав. Я и в самом деле работаю.